Континент
Шрифт:
– Что здесь происходит?
– обратился Максим к стоящим рядом бойцам СОП, но ответа не получил, к нему даже не обернулись. Тогда он крикнул.
– Оглохли, что ль?! Да что тут творится, мать вашу?!
Парни пожали плечами, зато отозвался их командир:
– Какого демона здесь делает штатский? Куда смотрят спасатели из оцепления? Выпроводите его немедленно! Четвертая бригада, слушай мою команду, отходим!
Не дожидаясь исполнения приказа, Максим метнулся в сторону. Теперь он знал, на площади есть спасатели, а значит, появилась надежда найти своих. Отступающие войска оттеснили Максима с центра площади к жилым
– Мы не можем уйти!
– кричал Куэ.
– На трех этажах осталось люди, мы должны увести их. Нам приказано эвакуировать граждан!
– Они сами уйдут. У нас есть приказ отступать.
– Невозмутимо возражал Янек.
– Они не уйдут! Они ведь не знают...
– Отставить разговоры! Забыл, кто здесь старший? Смотри, а то вылетишь из спасателей вслед за Яровым.
"Вот значит, как повернулась жизнь!" - отметил Максим. Трусливый предатель занял его место и стал командиром.
Прежде, чем Куэ успел что-то ответить, к Янеку подбежал молодой боец и доложил:
– Господин капитан, там, на лестнице, трупп мужчины в камуфляжной форме без знаков различия. Похоже, его атланты убили, у него дырка в башке.
– Это не наше дело, - меланхолично отрезал Янек.
– Мы уходим, таков приказ.
– Я понимаю, - не унимался боец.
– Но при трупе найдено странное оборудование, прибор какой-то со штативом, на фотоаппарат немного похож. Я такой никогда не видел. Что с ним делать?
– Ничего. Оставьте, как есть! Труп унесут санитары. Отступаем!
Молодые бойцы двинулись вдоль улицы, следом за командиром. Дирук и Куэ замешкались, и тут Максим негромко окликнул их. Бывшие сослуживцы кинулись к нему.
– Командир!
– заорали они в одну глотку.
– Кэп!
– Куэ хлопал его по спине.
– Тут такие дела! Так тебя не хватало!
– Отставить разговоры с посторонними. За мной!
– крикнул, обернувшись, Янек, словно он собирался броситься в бой, а не бежать с площади.
Максим даже не взглянул на него, словно Янека вообще не существовало.
Площадь постепенно пустела.
– Неподчинение приказу повлечет за собой...
– закричал новоиспеченный командир. Окончание фразы никто не услышал, потому что со стороны заложников, раздался душераздирающий крик. Кричали два голоса - мужской и женский, через секунду мужской голос затих, а женский усилился до истошного визга. Максим, Дирук и Куэ побежали к зданию.
На ступенях лестницы, стиснув виски руками, обезумев от страха и горя, визжала молодая женщина. Рядом лежал пожилой мужчина, судя по всему, ее отец. Из пробитой головы у него растекалась лужа темно-красной крови. Стоящий рядом жрец обтирал заостренный ритуальный молоток.
– Почему вы убили его? Мы же уходим!
– заорал кто-то из бойцов СОП.
Жрец кивнул, улыбнулся и схватил за волосы женщину, согнувшуюся над трупом. Одной рукой он пригнул ей голову, а второй замахнулся молотком для удара.
– Отряд, за мной!
– взревел Максим, и ринулся к лестнице.
От столь вопиющей смеси наглости, храбрости и глупости, жрец остановился. Ему стало интересно, что задумал это жалкий человек, ведь
– Ваше условие выполнено, войска отступили. Немедленно освободите заложников!
Жрец рассмеялся. Тролли заржали, вторя своему командиру. Под этот гогот Максим незаметно сделал пару шагов, упрямо наклонил голову и со всей силы боднул жреца в переносицу. От такого удара никакая накопленная сила, заклинания и ворожба не помогли. Нос хрустнул, из глаз жреца полились слезы. Максим сгреб в охапку, окаменевшую от страха девицу, и потянул за собой женщину с девочкой на руках.
– Скорей!
Ближайший тролль поднял дубинку и метнулся наперерез, но мальчишка-заложник юркнул ему под ноги, тролль налетел на него, споткнулся и покатился со ступеней. Максим крикнул заложникам, чтобы бежали вниз, туда, где их готовы были прикрыть еще оставшиеся на площади солдаты.
Подоспели Дирук и Куэ, на них кинулись тролли. Завязалась драка. Гном махал огромными кулаками, гоблин, с детства привыкший к уличным дракам, норовил пнуть противника ногой, бил ниже пояса, а один раз даже исхитрился укусить неприятеля за ухо. Желая помочь охранникам, второй жрец метнул в гоблина файрбол. Куэ успел нагнуться, огненный сгусток пронесся над его головой и угодил в тролля. Пока Куэ уворачивался, он заметил у себя под ногами вывернутый кусок асфальта. Вспомнив один древний клич, он схватил каменюку и, заорав непонятные слова: "Булыжник - орудие пролетариата!",
запустил камнем в голову замешкавшегося жреца. В отличие от ловкого гоблина, тот увернуться не смог. Тем временем Максим ударом под дых и прикладом по голове вывел из строя еще двоих нападавших. После этого оставалось только бежать. На счастье спасателей одно из подразделений СОП, оборонявшее площадь, еще не успело далеко отступить. Его командир восхищено воскликнул:
– Во дают! А ну-ка ребята, навались, поможем спасателям.
Погоня была остановлена, но атланты открыли огонь. За спинами спасателей раздались крики, трое солдат попали под удар. Почерневшие в пламени тела рассыпались невесомым пеплом. Площадь опустела. Последнее отделение СОП отступило с потерями, оставив поле битвы атлантам. Почти сразу весь периметр вместе с прилегающими зданиями охватило кольцо мерцающего огня. Сизовато-розовые всполохи, переливались в воздухе, словно новогодние огоньки, но красота их была обманчива. Стоило кому-либо из солдат приблизиться к ним, как огонь оживал, вспыхивал ярким сиянием, и в миг пожирал жертву.
Максим с удивлением взирал на здание "Золотого Дракона", теперь уже даже его совсем не магическое зрение различало над крышей огромные черные крылья, распростертые в теплом весеннем воздухе. Где-то в отдалении сновали люди, отдавались команды, но здесь, перед линией вражеского огня, висела мертвая тишина. Слышно было как ветер, шелестя, гонит по асфальту потерянный кем-то платок. Еще пара метров, и тонкая ткань соприкоснулась с мерцающей гранью огня, вспыхнув, она рассыпалась в прах. В мрачном молчании товарищи побрели прочь. Куэ со злостью сплюнул и ускорил шаг.