Контекст

Полборн Рон

В соответствии со вторым законом – «закон данности» – субъект контролирует содержание этого пакета смыслов. По этому закону социум никогда не борется за инновации в смыслах существования, но всегда отстаивает стабильность и определенность, что закреплено в государственных кодексах. В соответствии с этим законом социум регулирует любые попытки субъекта что-то изменить в содержании уже существующих и «работающих» смыслов.

Социум предлагает субъекту распознать смыслы своего существования, как бы выбрать те, которые он сочтет для себя наиболее приемлемыми. Этим социум подчеркивает свободу выбора субъекта. Считается, что только после подобного распознавания

субъект может считать свое существование осмысленным. По крайней мере большинство думает именно так.

Именно распознаванием смыслов фактически и занимается субъект в предложенном ему социумом наборе, действуя аналогично станциям перехвата движущихся целей – «свой – чужой». Для этого субъект ищет соответствия между своими представлениями, ценностями, значимостями и тем, что предлагает социум. В результате он отбирает те смыслы, которые в максимальной степени соответствуют его собственным представлениям, называя их своими. Поэтому его набор смыслов в данной ситуации почти всегда в чем-то отличается от такого же набора у другого. Этим набором субъект и будет руководствоваться в своих решениях и действиях.

Так же субъект определяет и те смыслы, которые для него значимы «здесь и сейчас», всякий раз создавая иерархию смыслов для любой новой ситуации. При этом распознавание происходит из набора смыслов, которые уже у него сформировались, но каждая ситуация требует своей иерархии и доминирования соответствующих ей смыслов. Этим, в том числе, объясняется так называемая непоследовательность субъекта, который способен менять свое поведение, что зачастую вызывает у окружающих как минимум непонимание.

Как раз этот процесс распознавания смыслов, т.е. определение, из имеющихся и предложенных, смыслов, соответствующих условиям ситуации и целям субъекта, происходит в процессе интерпретации информации об этих условиях и собственных потребностей и целей. В результате субъект «обнаруживает» смыслы, которые в своем взаимодействии и формируют контекст. И только после этого контекст приобретает способность влиять на дальнейшую интерпретацию информации, тем самым участвуя в формировании новых контекстов. Подобный процесс приводит к локализации смыслов по принципу «здесь и сейчас», т.е. устанавливает взаимосвязь смыслов, которая кажется чем-то единым, управляющим субъектом. Это происходит автоматически, на основании взаимодополняемости и непротиворечивости отобранных смыслов субъекта, который неспособен длительное время пребывать в состоянии угрозы, неопределенности.

В результате локализации смыслов нейтрализуется тревога субъекта – он считает, что все стало ясно – как, что, зачем и почему надо делать, принимает решение и действует в соответствии со смыслами и условиями ситуации. При этом тревога выступает в качестве энергии этой локализации смыслов, которые… «обещают»; «обещают» «снятие» этой тревоги, если субъект примет эти смыслы и будет следовать за ними. Конкретным результатом локализации смыслов становится цель будущих действий, устремленность на достижение определенного предмета или состояния.

7. «Однозначный» контекст

существует ли бесконечность? И если «да», то какой в ней смысл для человека? А если нет этого смысла, то существует ли она для человека?

П.Сэлфинг

Похоже, награждая нас человеческим мозгом, «Бог», «природа» или «эволюция» забыли приложить к нему руководство по эксплуатации.

А. Уилсон

«Однозначный»

контекст – мечта любого исполнителя власти. При его наличии никто не сможет понимать сообщение как-то иначе, чем положено. А, следовательно, и исполнять нормы этого контекста все будут одинаково, не вызывая сомнений и колебаний. Собственно говоря, всякое иное управление как бы отменяется и наступает «золотое время» всеобщего однозначного подчинения. Хорошо, что это возможно только в фантастических романах. И не потому, что человек и социум не способны на такое. Более того. Вполне способны. Вот только подобные однозначные контексты означают достаточно быстрое разложение такого социума, который становится элементарно не жизнеспособным. Социум переживал подобное. Была империя, в которой «никогда не заходит солнце», были «гениальные лидеры, которые никогда не ошибаются», «тысячелетний Рейх» и т.п. Существуют и сейчас такие однозначные контексты – «Америка превыше всего», «Вперед, Италия» и т.д.

Впрочем, не следует обвинять исполнителей власти в особом коварстве. В целом они, по-своему, заботятся о безопасности социума, которым пытаются управлять. Вот только, главная их задача в другом – сохранение себя во власти. И для этого они «идут навстречу большинства социума», создавая постоянные и «однозначные» контексты, которые они по вполне понятным причинам предпочитают называть «вечными ценностями». Даже понимание частью социума того, что ничего вечного не существует и это словосочетание является всего лишь красивым набором абстрактных, и уже поэтому непонятных, слов, ничего не может изменить – «вечные ценности» провозглашаются и начинают работать, становясь критерием для принятия решений, оценки этих решений и совершенных на их основании действий и определения наказания за них.

«Вечные ценности» конечно же всего лишь обозначение того контекста, который представляет собой набор взаимосвязанных смыслов, что только и позволяет использовать их в морализаторстве и повседневной социальной практике. За словами «добро» и «зло», «честь», «совесть» и т.п. «тянется» шлейф смыслов, большинство которых не является результатом понимания субъектом их содержания. Они внедрены в социально-этические построения субъекта на этапе его становления с использованием его веры и особенностей возрастного этапа его некритического восприятия действительности. В дальнейшем задача социума на всех его уровнях состоит в том, чтобы постоянно подкреплять этим смыслом как практикой самого субъекта, так и, в большинстве случаев, практикой его окружения.

«Вечные ценности» – эти вечные контексты – конечно же существуют. Или, по крайней мере, должны существовать… в качестве тех ограничителей субъекта, которые необходимы для его выживания. В отличие от смысла, суть таких ценностей является отражением объективных условий такого выживания, когда зло понимается как уничтожение жизни ради амбиций, наживы, порабощения и т.п., а добро – все то, что направлено на сохранение и поддержание жизни, на реализацию потенциала субъекта и подавление того, что противостоит существованию жизни. Однако превращение этих ценностей в смыслы, т.е. в контексты, превращает их в идеологические матрицы, использование которых связано, в основном, с управлением субъектом, сохранением его в рамках неких норм, которые могут быть придуманы и предложены социуму некой его частью, которую принято называть элитой. Однако всякое управление, которое задумывалось и начиналось как способность реализовать «вечные ценности», неизбежно превращается во власть, которую следует охранять и постоянно усиливать. Результатом этой «бесконечной власти» непременно станет диктатура контекстов, направленных на ее сохранение.