Консорт

Линде К. А.

Авока прищурилась.

– Осторожнее со словами про Алви. Я все еще сражаюсь лучше тебя.

Сирена переминалась с ноги на ногу, ей казалось, что она лишняя. Матильда и Вера не замедлили шагов, но она не хотела оставлять Авоку одну с Кесфом.

– Нам нужно идти, – сказала Сирена. – Он не станет помогать.

Авока подняла голову выше и кивнула.

– Ты права. Не поможет. Ничего не изменилось.

Лицо Кесфа было напряженной мрачной маской. Его золотые глаза раздраженно вспыхнули.

– Многое изменилось, но не мое отвращение

к людям. Я буду на лугу. Найди меня, когда проснется разум.

Он пошел прочь, обходя деревню, направляясь в лес бодрым шагом. Он будто был рожден для леса.

– Прости, – Сирена коснулась плеча Авоки.

– Не стоит. Он… выводит из себя. Как я вообще думала о браке с ним?

– В Элдоре вы были суждены друг для друга. Может, там у вас все получилось бы.

Авока поравнялась с Сиреной, они следовали за Матильдой и Верой.

– Мы бы постоянно грызли друг друга. Это было бы катастрофой.

– Вполне возможно, – сказала Сирена, тихо смеясь.

– А ты? – спросила Авока. – Что насчет твоих мужчин?

Сирена вздрогнула от этого. Она пыталась забыть мужчин, что не давали ей покоя весь год. Видимо, сила привлекала силу.

– Не знаю.

– Дин все еще тебя любит.

– Знаю, – сказала Сирена.

– Ты все еще беспокоишься за него.

– Как иначе? Нас ждала свадьба. Я ничего не могу поделать со своими чувствами, но я творила ужасные вещи в Бьерне, и не все они были из–за смерти Мэлии. Многие были из–за Дина. Не знаю, что теперь у нас. Я не готова простить его, но знаю, что он старается.

– Может, он и дурак, – сказала Авока. – Но влюбленный дурак. Я не хотела работать с ним. Я хотела перерезать ему горло, узнав, что он сделал с тобой. Но мы работали вместе несколько месяцев. Он верный. Я не хочу лезть в твою любовную жизнь, но я бы с ним хоть поговорила. Он это заслужил.

– Думаю, да, – сказала она.

– А Эдрик и Каэл? – спросила Авока. – Дремилоны?

Сирена покачала головой.

– Мертвы для меня.

Авока едко рассмеялась.

– Это вряд ли.

– Когда я была там, я поняла, что привязана к обоим. Дома и Дремилон, как Серафина и Виктор.

– Думаешь, это та же связь? – поняла ее Авока.

– Не знаю. Я даже не знаю, возможно ли это. Но, когда я спасла жизнь Эдрику, связь пропала, – объяснила Сирена.

– Долг был отплачен. Только так это можно объяснить.

– Не знаю, – Сирена все еще не разобралась в этом. – Это возможно. Как еще связь можно убрать?

– Смертью.

– Он умер.

– Но ты его вернула. Все не так просто, и мы многого не знаем о произошедшем с Виктором и Серафиной.

Сирена кивнула. Это было правдой.

– Значит, теперь я связана только с Каэлом.

– Да. Я ощущаю его на всей тебе, – сказала Авока. – Я не сразу поняла, что это было, но вы, похоже, соединили магию.

– Да,– пристыжено прошептала Сирена. – Он сказал, что убил свою любовницу Жардану, чтобы получить сильную магию крови.

– И ты

думаешь, что вас соединяет магия крови?

Сирена кивнула.

– Он хотел, чтобы я правила миром рядом с ним.

– Ах, он тебя не знает.

– О чем ты?

Авока оскалилась.

– Тебе не нужен кто–то рядом, чтобы править. Перед тобой задрожат даже горы, когда ты пойдешь в атаку.

Сирена улыбнулась от таких слов. Может, Авока была права. Может, она не нуждалась в мужчине рядом, чтобы править. Но она знала по улыбке на лице Авоки, что у нее всегда будут друзья.

Они добрались до хижины, куда ушли Матильда и Вера. Дом был по соседству с Кэл, и он был одним из самых больших в деревне. Сирена слышала голоса внутри и ворчливые возражения.

– Как сильна магия древних? – спросила Сирена у Авоки. – Я видела только игру Манны со светом на церемонии волка–одиночки.

– Достаточно сильна. Они помогли тебя исцелить. Но все они разные. Их не учили должным образом, но у них много опыта.

– Как Фэн жил так долго с магией, если он в Бьерне? – поинтересовалась Сирена.

– Потому что мы – не часть Бьерна, – сказала Манна, возникая на пороге. Она не горбилась, как в день церемонии волков–одиночек. Она стояла прямее, ее глаза пылали. Она явно правила деревней, что бы ни говорили мужчины.

– Но Алви и Оброн – в Высшем ордене.

– Технически мы существуем в пределах Бьерна. Хотя магический барьер до нас не доходит, наше поселение возникло после последней войны. И наши мальчики вызвались пойти на церемонию Представления Бьерна. Но если корона признает Фэн частью Бьерна – это новость для нас.

– Ох.

– Но вы тут не поэтому. Вы хотите нашу помощь, – сказала Манна. – Мы обсудили все и согласились попробовать использовать магию так, как говорят ваши древние. Наша магия никогда не работала так, как они говорят, и многое для нас в новинку, но если это защитит деревню, мы это сделаем.

– Мы рады вашей помощи, – сказала Авока и коснулась пальцами губ в жесте уважения своего народа.

Матильда и Вера повели их группу к центру деревни, туда, где горел костер для волков–одиночек. Матильда, Вера, Сирена и Авока присоединились к, что поражало, двенадцати древним, и все, кроме двоих, были женщинами разных возрастов. Двое мужчин были близнецами и больше всего сомневались в предложении Матильды и Веры. Похоже, они голосовали, и мужчины проиграли.

Матильда глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

– Я давно не видела столько своих братьев и сестер в одном месте.

– Очень давно, – прошептала Вера.

Матильда открыла книгу, и Сирена тихо охнула. Книга была не простой. Это была книга Дома, которую она получила на день рождения больше года назад. Книга направляла ее силы. Она думала, что потеряла ее в Элейзии.

– Мы приберегли ее для тебя, – прошептала Авока.

Матильда и Вера взглянули на открытую страницу и опустили книгу на землю перед собой.