Консервный нож

Головачев Василий Васильевич

Уве Хоона он уже видел, а оппонентом ученого оказался великан, лицо которого почти полностью пряталось под мощным волосяным покровом. Рядом на диване - любопытная парочка: молодой человек с нежным лицом и румянцем во всю щеку и пергаментная старуха с живыми умными глазами. Еще одна пара - на пеностульях в углу: седой старик с брезгливо оттопыренными губами и юнец с нашивками суперкарго космо-флота на рукаве.

Только теперь Никита смог рассмотреть и оценить свою соседку по дивану.

Девушка была безусловно красива, гибка, грациозна в каждом движении

и даже в легком жесте и очень не проста, если судить по ее ответному оценивающему взгляду с глубоко упрятанными ироническими огоньками.

– Друзья, знакомьтесь, - прервал разговоры Уве Хоон.
– У нас в гостях Никита Пересвет, инспектор по освоению. На Д-комплексе он впервые.

– Константин Мальцев, - первым представился молодой человек с дивана, - эксперт-кибернетик и хороший парень.

По комнате пробежал смех.

– Костя не может без саморекламы, - прогудел, подходя, бородач и сунул Никите широкую ладонь.
– Ираклий Валаштаян, инженер похода.

Юноша с нежным лицом оказался работником спасательной службы Михаем Морицем, а старуха - его начальником, то есть начальником группы спасателей, Стефаной Калчевой.

Дошла очередь до красавицы, с которой не сводил глаз ревнивый Мальцев.

– Флоренс.
– Девушка встала и оказалась почти одного роста с Никитой.
– Психоэтик. Можно просто Фло.

Пересвет осторожно взял протянутую с хищной грацией узкую ладонь. На безымянном пальце девушки красовался ажурный перстень из голубого металла со светящимся камнем; казалось, внутри камня запрятан мерцающий огонь - переливы чистых спектральных тонов чередовались в самых причудливых сочетаниях, от чего камень "мурлыкал" светом.

– А меня можно просто Никита, - в тон девушке сказал инспектор.
– Очень удачно, что нас познакомили, ведь мне придется работать с вами на всех трех Дайсонах.

– Меня предупредили.

Глаза Флоренс были карие, теплые, с золотистыми точечками - не озера, скорее родники. Если бы не настороженный интерес в них, скрытый иронической полуусмешкой, и не вызов, то же, кстати, тщательно упрятанный на дне "родников"…

Никита выдержал рукопожатия остальных мужчин и вдруг сквозь общий доброжелательный фон почувствовал, что его пытаются прозондировать в пси-диапазоне. "Вася" отреагировал мгновенно, включив защиту и форсаж своей анализирующей системы. "Нас пытаются прощупать".
– "Кто?" - "Не пеленгуется. Излучение узкоспектральное, но не поляризованное".

Гипноизлучение было избирательным, действовало только на Никиту и, судя по реакции защитной аппаратуры, отличалось по спектру от всего того, что предусмотрели инженеры тех-сектора УАСС1. На инспектора повеяло чем-то неземным, нечеловеческим. Впечатление было, конечно, сугубо эмоциональным, но Пересвет доверял как "Васе", так и своей интуиции. Продолжая разговор, он незаметно проанализировал поведение каждого из присутствующих, но все были увлечены беседой, и с точностью сказать, кто из них пытается подслушать его мысли, было нельзя. К тому же приходилось напрягаться, прятаться за барьер

воли и пси-защиты и при этом казаться естественно спокойным.

– У вас интересный перстень, - заметил Никита непринужденно.

Флоренс посмотрела на свою руку.

УАСС - Управление аварийно-спасательнойслужбы.

– Найден на втором Дайсоне. Ему около десяти тысяч лет.

– Но, судя по виду, сохранился он великолепно, словно его только что сработали Или, может быть, его сделали современные дайсы?

Мальцев, ревниво следивший за Флоренс, засмеялся.

– Вы плохо знаете аборигенов, об их разуме спорят до сих пор. Они, по-моему, просто смышленые животные, вроде земных дельфинов, и не более. Для того чтобы сделать такие перстни, нужны развитая промышленность, высокая культура производства и глубокие знания эстетики.

– Перстни - вообще загадка, - пробасил Валаштаян.
– Их наверняка сделали древние дайсониане, строители Сферы Но, по всем данным, облик дайсониан одинаково далек как от человеческого, так и от облика дайсов-острови-тян. Зачем перстень был нужен дайсонианам? В качестве украшения? Но тогда они люди, что противоречит всем гипотезам.

– Это для нас он перстень, - сказал Уве Хоон.
– А дайсонианам он мог служить чем угодно: от витаминных добавок к рациону до искусственных зубов. Но Ираклий прав, перстень - загадка, как и наша очаровательная Фло.

Никита с любопытством ожидал ответа девушки, но она только улыбнулась и со вздохом разочарования развела руками.

– Прошу извинить, друзья, мне пора идти, встретимся на очередном "светском рауте". Приятно было познакомиться.
– Она бросила взгляд на Пересвета.

Инспектор вежливо поклонился.

– Взаимно Завтра я навещу вас.

Фон внешнего пси-давления внезапно исчез. Флоренс вышла. Компания зашевелилась и стала расходиться, словно до этого ее сдерживало именно присутствие девушки.

– Вы поздно зашли, - подошел к Никите Хоон.
– Мы успели наспориться и выговориться. Кстати, в качестве гида Флоренс будет незаменима, она старожил Д-комплекса, одна из первых облетела все три Дайсона. Заходите по вечерам, бывает интересно.

Никита поблагодарил хозяина каюты и вышел вслед за Мальцевым, который явно потерял настроение. В коридоре кибернетик остановился.

– Как вам наше.. общество?
– Видимо, он хотел спросить о Флоренс, но передумал. Инспектор улыбнулся.

– Вполне. Только я не понял, чем занимаются в Сфере спасатели. Ведь эта женщина, Калче-ва, кажется, начальник группы спасателей?

– Они здесь недавно, всего три дня. На Базе-два произошла серьезная авария, вот УАСС и направило сюда группу для расследования. Где вы устроились?

– Напротив, вот моя дверь.

– А я через три каюты слева, номер одиннадцать. Заходите в любое время.

Константин пожал руку Пересвету и, неловко повернувшись, упал.

– Ходить здесь удобно только босиком, - сказал Никита, скрывая улыбку.
– Интересно, как дайсониане передвигались по таким коридорам'?