Конкурс киллеров
Шрифт:
— Такой нет, — пискнуло в ответ жизнерадостное дитя.
— Как — нет? — возмутилась я.
— Есть улица Игнатова и улица Братьев Захаровых, — любезно пояснила девочка. — Вам какую надо?
— Братьев, — ответила я.
— Тогда идите прямо! — Девочка умчалась прочь.
Проводив ее взглядом, я задумалась. Как это — прямо? На первом доме написано: «Улица Игнатова, 1». Логично предположить, что две другие девятиэтажки являют собой второй и третий номера той же улицы.
— Не подскажешь, где Игнатова,
— Там, — махнула она рукой в направлении все тех же трех зданий.
Ну, что я говорила? Похоже, братьями тут и не пахнет!
— А где же улица Братьев Захаровых? — на всякий случай поинтересовалась я у энергично вырывающейся девочки.
— Там! — и взмах загорелой ручонкой с цыпками в ту же сторону.
Что за чертовщина?! Желая побыстрее разрешить недоразумение, я резво доскакала до следующего здания и снова застопорилась, пытаясь переварить увиденное: «Братьев Захаровых, 10»! А дальше? А дальше «Игнатова, 2»!
Я огляделась в поисках предыдущих девяти братьев, но вокруг было чистое поле с вкрапленными в него отдельными элементами строительной площадки. Жилых домов в строящемся микрорайоне Водники было пока только три. Смекнув наконец, что наши градостроители в очередной раз небанально подошли к планировке жилых кварталов, я зашагала к нужному объекту, свернула за угол, вышла к подъезду и обнаружила вблизи него небольшую толпу. Чуть поодаль в пене полевых ромашек мирно застыли машина «Скорой» и спецтранспорт милиции.
— А что случилось? — поинтересовалась я у бабули, размеренно лузгающей семечки на лавочке с видом на нужный мне подъезд.
— А Жорка с балкона упал, — охотно пояснила старушка. — Нажрался допьяна и свалился вниз, прямо на пику.
— Куда?!
— А на железяку арматурную. Вишь, посередь клумбы торчит?
Я послушно посмотрела, но никакой клумбы не увидела, очевидно, она существовала пока только в воображении моей собеседницы. На отведенном под будущую клумбу месте валялись обломки досок, лохматые лоскуты рубероида и высилась груда кирпичного крошева, наполовину скрывающая кособокое подобие бетонного обелиска. Из верхней грани корявого куба торчал железный штырь, красный от ржавчины.
Или не от ржавчины? Внезапно я увидела покрытые брезентом носилки и поняла, что пика испачкана кровью!
— Кто, вы говорите, упал с балкона? — обернулась я к словоохотливой старушке, чувствуя, что по спине побежали мурашки.
— А Жорка Клюшкин из десятой квартиры, — ответила бабуся, продолжая с аппетитом щелкать семечки. — С третьего этажа упал, алканавт проклятый, царство ему небесное, да и напоролся, как кур на вертел! Вообще-то пьяные хорошо падают, может, и остался б жив, кабы эти олухи, строители, мусор за собой убрали!
Не слушая больше говорливую бабушку, я приблизилась к
— Уберите журналистов! — рявкнул вдруг кто-то у меня над ухом так, что я аж подпрыгнула. — Без комментариев!
Я вскинула голову и увидела приближающегося ко мне Черного.
— Мне ваши комментарии без надобности, я и сама могу кое-что рассказать! Я его знаю! — поспешила заявить я, указывая пальцем на закрытые носилки. — Это мой киллер!
— Ваш кто?! — Черный споткнулся.
— Вы под ноги смотрите, здесь кругом мусор, — заботливо посоветовала я и тут же прикусила язык. Опять я ментам про мусор, какая бестактность! — Это мой киллер. Не в том смысле мой, что я его наняла, наоборот, это он пытался меня убить.
— Бедняга! — громко сказал невесть откуда взявшийся Серый, посмотрев почему-то не на меня, а на носилки.
— Да уж, натерпелась, — подтвердила я, предпочитая отнести сочувственную реплику сыщика на свой счет. — Он несколько попыток сделал, последний раз — нынче ночью. Проник под покровом тьмы в дом и…
Мужики переглянулись с обидным намеком. Опять! Ну что это такое! Как только увидят меня — сразу переглядываться начинают! Похоже, раз и навсегда записали меня в клинические идиотки!
— Сегодня ночью этот человек напился до свинячьего визга, — ласковым голосом психиатра, беседующего с буйнопомешанным, сказал Серый. — Потом ему закономерно стало дурно, он вышел на балкон, отключился, упал вниз и разбился насмерть.
— Насчет свинячьего визга ничего не знаю, — покачала я головой. — Но если у него на теле есть раны, то некоторые из них вовсе не от падения. Вы проверьте, у вас же есть специалисты, разбирающиеся в следах зубов? Понимаете, на него сегодня ночью в нашем доме напали сначала Мурик, а потом Томка.
— Это кто, ваши родственники? — приторно-сладким голосом поинтересовался Серый.
— Да! — рявкнула я. — Родственники! Братья наши меньшие! Мурик — удав, а Томка…
— Мартышка! — подсказал Серый и радостно загоготал.
— А слоненка с попугаем нету? — спросил Черный.
Я закрыла рот и обвела юродствующих сыщиков гневным взглядом. Не хотят, значит, чтобы я помогла им раскрыть убийство? Не хотят — и не надо! Я сама его раскрою! В смысле, и это тоже! А что? Одним убийством больше, одним меньше! Раскрою их оптом!