Конец мая
Шрифт:
Я замечаю заправочную станцию, окруженную вековыми соснами и елями, в стороне от дороги. Включаю поворотник, и подъезжаю ближе. Кругом пустынно, только лампы над заправкой светят ярко, да вывеска маленького магазинчика мигает разноцветными огоньками.
Остановившись, я вылезаю из Приуса и быстро вставляю наконечник шланга в отверстие топливного бака. Все это время, я не перестаю смотреть по сторонам.
Ничего подозрительного.
Я направляюсь в магазин, чтобы расплатиться. Колокольчик над дверью приветливо звенит, когда я вхожу
Увидев меня, его лицо изумленно вытягивается.
– С тобой всё в порядке? – спрашивает меня парень.
– Да, – усилием воли я беру себя в руки, – Попала в аварию, тачку вынесло в кювет, никто больше не пострадал, только ушибы и ссадины – говорю я, надеясь, что он поверит в эту историю, и не будет задавать вопросов.
Я легкомысленно улыбаюсь.
Парень косится в окно, пытаясь разглядеть мою машину.
– Мне нужно залить полный бак, – я опять привлекаю к себе его внимание, – И если у тебя найдется аптечка, то я буду очень тебе признательна. Не хочу, чтобы отец увидел меня в таком виде.
– Щас, – он кидается в темную подсобку, и я остаюсь одна. Мне приходится сцепить вместе пальцы, чтобы руки перестали дрожать.
Оглядевшись, я замечаю, что торговый зал небольшой, только несколько рядов деревянных стеллажей, с выставленными на них всевозможными товарами и пара холодильников с напитками. Полка с жевательными резинками и шоколадом размещается прямо у кассы. Большой кофе-автомат стоит у дверей.
– Можешь воспользоваться туалетной комнатой, если хочешь, – предлагает парень, возвращаясь обратно, – Держи, – он протягивает мне маленькую красную шкатулку с белым крестом, – По коридору, налево, – парень указывает на то место, откуда вышел сам.
– Спасибо.
Закрыв за собой дверь туалета, смотрю на себя в зеркало. Все лицо в ссадинах и порезах. Разбитая губа опухла и еще кровоточила. Бежевая блуза вся в крови. В моей или маминой, я не знаю, но от этой мысли меня мутит.
Я осторожно умываюсь и делаю несколько жадных глотков. Облокотившись на раковину, я сдерживаю рвущиеся наружу рыдания, и пытаюсь успокоиться. Мне это даже как-то удается.
Я аккуратно обрабатываю перекисью все участки с порезами. Заклеиваю глубокие раны пластырем, несколько штук засовываю в карманы.
Когда я возвращаюсь, парень увлеченно продолжает играть в приставку, его пальцы порхают по клавишам. Я протягиваю ему аптечку и деньги. Беру с полок несколько упаковок кексов, шоколадок, и печенье.
– Отсюда можно позвонить?
– Валяй, – он достает стационарный телефон, и ставит на стол.
Я набираю номер отца, и прижимаю трубку к уху. Хочу услышать его голос, хочу, чтобы он успокоил меня и сказал, что всё будет в порядке, но в ответ раздаются только протяжные гудки. Это может означать только одно из двух: либо папа оставил свое рабочее место, что в принципе
С усилием заставляю себя положить трубку и опять обращаюсь к парню:
– Слышал взрывы?
– Взрывы? – его лохматые брови сдвигаются к переносице, теперь он смотрит на меня настороженно, – Не, не слышал.
– Перед тем, как попасть в аварию, я видела… – шум подъезжающей машины заставляет меня замолчать на полуслове.
Я медленно поворачиваю голову к окну, и вижу группу молодых людей с металлическими битами.
Все волоски на моей коже приподнимаются.
–Надо закрыть дверь!
–Ты что, под Спайсом? – парень выходит из-за прилавка.
– Где ключи?! – ору я на него.
– Тебе лучше свалить из моего магазина, – он показывает на дверь и в эту самую секунду, она распахивается сама.
Я едва успеваю спрятаться за кофе-автомат, сжимая в руках пакет с кексами и шоколадками, я стараюсь стать невидимой. Слиться с окружающей обстановкой. От страха в горле пересыхает.
Два рослых парня двигаются в сторону продавца, а один остается снаружи. Наверняка они заметили мою машину, даже если и существует шанс, что это не так, то мне предстоит как-то незамеченной дойти до нее.
Капелька пота стекает по моей груди.
– Эй, сюда нельзя заходить с оружием, – испуганно кричит им парень, – Я вызову полицию… – он не успевает договорить, как один из них с чудовищной силой опускает биту ему на голову.
Она раскалывается как спелый арбуз, с чавкающим звуком входит в мозг. Ошметки плоти разлетаются по полу.
Я зажимаю рот рукой, сдерживая крик. Запах крови, вязкий и тяжелый, заполняет помещение. Тошнота обжигает пищевод. Я зажмуриваюсь и глубоко дышу. Слышу, как они втягивают в себя воздух, как животные.
Чувствуют, я здесь.
В эту самую секунду гремит оглушительный взрыв. Все окна разом вылетают, и гаснет свет. Один взрыв сменяет другой. Меня обдает жаром. Я прижимаю к груди колени и прячу в них голову. Воют сигнализации машин.
Я жду, когда заправка взлетит на воздух вместе со мной. Но ничего не происходит. Поднимаю голову, и прислушиваюсь. Я не могу определить, где они прячутся, и боюсь двигаться с места.
Проходит несколько томительных минут.
Осторожно поднимаюсь на ноги, стараюсь не издавать ни звука. На цыпочках, прохожу к двери и вылетаю на улицу.
Я вижу, как вокруг все горит. Если огонь доберется до заправки, мне конец. Пригнувшись, я со всей силы бегу к машине. Оказавшись у Приуса, я резко оборачиваюсь, мое сердце пропускает удар и бьется быстрее.
Кто-то приближается ко мне.
Одеревенелыми руками выдёргиваю заправочный шланг и пытаюсь достать ключи из кармана. В голове шумит от ужаса. Неловким движением роняю их на землю. Наклоняюсь и шарю ладонью по асфальту. Наконец, чувствую пластмассовый брелок в виде кролика. Хватаю его бледными пальцами и открываю дверь.