Конец мая
Шрифт:
– Это не твое дело.
–Тогда не задавай вопросы, на которые не хочешь услышать ответы, – глубокомысленно изрекаю я.
По его очень недовольному виду я сразу понимаю, что он не произнесет ни слова, пока я не закончу сушить волосы.
Терпению моего брата может позавидовать любой буддистский монах.
Когда мы были детьми, родители часто оставляли нас одних, и забота обо мне ложилась на его плечи. Он ходил за мной по пятам, что ужасно меня злило. Я не могла долго усидеть на одном месте, и ему
Выключив фен, я поворачиваюсь к брату и протягиваю ему свою расческу.
– Раз уж ты здесь помоги, – у нас с ним одинакового цвета волосы. Но в отличие от моих, к концу дня превращающихся в гнездо, его лежат идеальной волной.
– Ты можешь сделать круг и подкинуть меня на работу, – медленно раздирая спутанные пряди, говорит Игнат, – Это ведь не так сложно.
– Нет, несложно, просто у меня были другие планы.
– Посплетничать обо мне?
– Ну, конечно, мечтай, – закатываю я глаза, по правде сказать, Алиса о нем даже слышать не хочет. Мама не оставляет надежды на их примирение. Я же стараюсь держать нейтралитет, – И вообще, это не твое дело, – повторяю я его же слова.
– Мое, если это касается моей работы.
– При чем здесь твоя работа? – он с силой дергает меня за волосы, – Ай, мне больно! – восклицаю я и забираю у него щетку. – Ты специально это сделал, – тыкаю в Игната пальцем.
– Нет, клянусь, – его улыбка говорит об обратном, – Я бы не стал тебя просить, но мне очень нужно сдать проект жилого дома в срок. Мой босс настоящая свинья и не терпит задержек, особенно от младшего архитектора.
– Общественный транспорт тебе в помощь, или ты белой кости? – едко интересуюсь я.
– Не хочу тратить время на пересадки, – давит на меня брат, и постепенно я начинаю сдаваться, – Отец еще не вернулся, так я бы взял машину у него, и не стал тебя просить, – папа всегда оставлял свой новенький «Фиат» на стоянке в аэропорту, предпочитая собственный автомобиль такси.
– Ты ему звонил? – я озадаченно хмурюсь, – Может, его вылет задержали?
– Он не берет трубку.
– Странно.
– Что именно? – брат забирает у меня щетку и размеренными движениями начинает прочесывать густую массу моих волос, – Что отец решил продлить свою командировку?
– Да нет, – отмахиваюсь я, – Что не предупредил маму.
Я закрываю глаза и погружаюсь в свои мысли.
Наши родители были неразлучны, и почти все время проводили вместе. Они работали по плавающему графику. Иногда отсутствуют неделями. Папа главный научный сотрудник, а мама старший лаборант в институте космических исследований РАН, который располагается в Москве.
Между нами 6417 километров.
– Ладно, я довезу тебя до центра, – соглашаюсь я, – Тебя это устроит? – поднимаясь со стула, я прохожу в гардеробную и закрываю дверь.
Сбросив халат, решаю на
– Я твой должник,– долетает до меня приглушенный голос Игната, – Сварить тебе кофе?
Я широко улыбаюсь.
На самом деле, я обожаю, когда ему что-то от меня нужно, он сразу становится таким покладистым, как золотистый ретривер, и я могу вертеть им, как захочу.
– Ева?
– Если ты настаиваешь… – сладким голосом отвечаю я, и застегиваю блузку, – А мама где? В гостиной?
– Не-а, у себя.
– Ясно.
– Только не задерживайся, нам через полчаса выезжать, – Игнат выходит из комнаты, громко хлопнув дверью.
– Ага, как же, – бурчу я себе под нос, прекрасно осознавая, что он меня не слышит.
Собрав волосы в хвост и, подкрасив глаза, я беру сумку и быстро сгребаю все со стола: телефон, дипломную работу и ноутбук. Обведя взглядом комнату, решаю, что уборка мне действительно не помешает.
Может быть, заставить брата…
Нет, это уже слишком.
Я выбегаю в коридор и спускаюсь на первый этаж.
В кухне витает запах свежесваренного кофе. Моя любимая кружка уже на столе. Брат стоит у раковины и допивает свой сок. В костюме от Хуго Босс он выглядит, как настоящая кинозвезда.
Кинув сумку в кресло, я усаживаюсь за стол. Приготовленная вчера пицца стала твердой как камень. Отодвинув тарелку, я беру еще дымящуюся чашку кофе и делаю глоток:
– Боже, как же хорошо.
– Завязывала бы ты по ночам за компом сидеть, – выдает Игнат.
– Намекаешь, что я плохо выгляжу? – если бы взгляд мог убивать, то сразил бы его наповал.
– Как вампир, – губы брата расплываются в широкой улыбке.
– Надеюсь, это комплимент.
– Решай сама.
– Твоя жизнь все еще в моих руках, – предупреждаю я, пригрозив ему пальцем, Игнат смеется.
Я намазываю тост толстым слоем инжирного джема и откусываю большой кусок.
– Фу, как можно портить вкус хлеба этой дрянью, – сморщив нос, он отворачивается от меня и моет свой стакан.
– Завтрак должен быть сытным и питательным, – с набитым ртом ворчу я.
– Питательным и полезным, – выделяет последнее слово Игнат, – Какое это имеет отношение к тому и другому?
– Самое прямое.
Я смотрю в окно, и мое внимание привлекают люди во дворе. Они собрались у соседнего дома Беликовых, и что-то увлеченно обсуждают, яростно жестикулируя. Последний раз так решали, кто будет платить за разбитый в районе фонарь.
И только я хочу спросить у брата, знает ли он причину этого странного собрания, как круг распадается и один человек отделяется от толпы и с криком бросается бежать.