Конец игры

Доэрти Кристи

Глава 10.

“Когда ты приехал?’”, “Как твой отец?’, ‘Почему никто не сказал нам?’ Все окружили Сильвиана, восклицая, требуя ответов и обнимая его. Даже Лукас, который никогда не любил француза, стучал его по плечу в каком-то буйном ритуале объятий парней.
– Рад, что ты вернулся, приятель, - грубовато отозвался он. Они толпились возле возвышающегося очага в большом зале, разговаривая и смеясь, радуясь возможности раньше других в школе увидеться с ним..

– Я прилетел, как только смог, - объяснил Сильвиан.
–

Я должен быть здесь. Из-за тебя… Из-за Картера.
– - А как твой отец?
– спросила Элли.
– Ему… лучше? Мышцы Сильвиана при упоминании его отца, тяжело раненного при покушении неделю назад, .почти незаметно напряглись.

– Его перевели из реанимации. Врачи говорят, что он поправится.

– Слава Богу, - сказала Элли с неподдельным облегчением.
– Мне так жаль, что отвлекаем тебя от него. Ты ему нужен.

Неожиданно он остановился, затем повернулся к ней лицом. Сильвиан взял руки Элли в свои.

– Ты нуждалась во мне.

Прежде чем она успела среагировать, он наклонился вперед и легонько поцеловал ее в макушку.

Элли вздрогнула при его прикосновении. Она так сильно по нему скучала. Они оба прошли через ад. Это был дерьмовый день. Когда он обнял ее, Элли не стала отстраняться.

– Это было ужасно, Сильвиан. Ужасно.

– Я знаю, - прошептал он. Его дыхание всколыхнуло пряди ее волос.

Сейчас, когда она наблюдала, как другие взахлёб болтают с ним, он взглянул на неё. Его взгляд был подобен ярко-голубой молнии.

Заботливое отношение и волнение в его взгляде заставило сердце Элли сжаться.

“О, Боже”, -подумала она. “Что же я буду делать?”

Сильвиан, когда уезжал, еще был ее парнем. Сейчас она будет вынуждена сказать ему правду о Картере.

И затем потерять его навсегда.

Наблюдая за ним сейчас, как его волнистые волосы идеально растрепаны, скулы высокие и хорошо очерченные, как он стоит высокий и стройный.слушая остальных, она почувствовала себя полной дурой.

Она должна отпустить его. Потребовалось много времени, чтобы услышать свое сердце. Много времени, чтобы понять, чего она хочет. Он будет прав, когда разозлиться из-за этого.

Элли очнулась. Нет сил думать об этом сегодня.

Повернувшись, она посмотрела по сторонам ища родителей. Люди вытекали из часовни, но девушка не видела их в толпе.

Столы в большом зале были покрыты девственно-белыми скатертями. Бледно-желтые цветки увенчали каждый стол.

– Ну, это несколько необычно, - пробормотал ее отец. потягивая свою воду, но вид у него был довольный.

Ее мама быстро освоилась.

– Конечно. ты будешь не против - она залпом допила вино и взглянула на мужа, который склонил голову в молчаливом согласии.
– Вообще-то, раз мы вместе… есть несколько вещей, которые нам надо обсудить.

Что-то в её голосе заставило желудок Элли сжаться. В это момент ей хотелось испариться.

–

Что происходит?

Шум в зале увеличился - все возвращались из церкви.

– Давай выйдем на секунду, - предложила ее мать.

Они вместе вышли по парадной лестнице на лестничную площадку, где Элли впервые встретила Люсинду в ночь Зимнего бала.

Расположившись у перил, они смотрели вниз на холл. Низкий гул голосов доносился из большого бального зала. Но здесь они были одни и могли спокойно поговорить.

– Итак, что происходит?’- Элли переводила взгляд с лица матери на отца.

Первая начала мать:

– Мы должны перед тобой извиниться за то, как все решили за тебя. Я никогда не говорила тебе, кем была Люсинда. Или о моей связи с Киммерией.
– ’ Она осторожно положила руку на полированные дубовые перила, как будто не вполне доверяла им.
– Это было неправильно. Мы должны были рассказать тебе правду. Но положа руку на сердце, мы никогда не подозревали, что все так обернется.

– Все нормально, - заверила ее Элли без колебаний.

– Было время, когда я думала, что никогда не увижу это место снова, - поделилась ее мать.
– Надеялась даже.’

– А теперь?- Элли выстрелила в нее боковым взглядом.

Губы ее матери изогнулись в легкой улыбке .
– Она до сих пор мне не нравится.

Внизу кто-то засмеялся. Она увидела, как Зои семенит босиком по коридору в своём маленьком сером платье, держа туфли в руках.

– Нам очень жаль. что тебе пришлось… увидеть в ту ночь в Лондоне.
– Ее мать опустила свой взгляд.- Случившееся с Люсиндой ужасно. И я думаю, она никогда бы не хотела, чтобы ты видела это.

Элли подумала о взгляде Люсинды, сжимавшей её запястье окровавленными руками. Полном доверия. Понимания.

– Да нет, хотела бы, - Элли не нравился поворот, который принимал этот разговор.
– На самом деле я думаю, она прекрасно понимала, что могло бы случиться. И хотела, чтобы я увидела это.

Её отец выглядел поражённым:

– Почему, ради всего святого, она хотела этого?

– Ну, чтобы я поняла, насколько высоки ставки.
– Элли не вникала в произошедшее так до этого момента - попросту не было времени. Но сказав, осознала, что это правда.
– Она хотела, чтобы я поняла, с чем я столкнулась. С чем я столкнусь.

– Тебе не грозит та же опасность, что Люсинде.
– рассердилась ее мать.
– Это абсурд.

Может быть, она и не хотела быть резкой, как получилось, но гнев Элли вспыхнул со скоростью брошенного страйка.

– Ты хоть представляешь, на что был похож последний год моей жизни?
– её голос был низким и холодным.
– Люсинда не единственная, кто умер. Джу

умерла. И Рут. Многие люди были ранены. Включая меня.
– она подняла волосы, чтобы они могли увидеть рваные раны на её голове.
– Я вся в шрамах.