Конец игры
Шрифт:
– Не бухти, усаживайся давай.
– А может, не надо? – сделал я последнюю попытку откосить от испытания сомнительной сохранности техники, но договорить не успел – в наш увлекательнейший диалог вклинился дражайший шеф:
– Господа! У меня пренеприятнейшее известие!
– А капитан-то наш не чужд классики! – ухмыльнулся Тарасов, не выходя, впрочем, на общий канал. – Интересно, что стряслось?
– Сейчас узнаем. Только не нравится мне его голос.
Что есть, то есть. Такое впечатление, что грядущие проблемы ему в радость. Не похоже это
– Петр Михайлович, не тяните!
Упс! И вас проняло, шалунишки!
– Со мной только что связался Жан-Жак, – зашел издалека дражайший шеф, – он в панике. В Системе обнаружено два неопознанных корвета, которые на форсаже идут к нам от внешних планет. До контакта примерно пять часов. Система контроля данные подтвердила. Какие будут предложения, коллеги?
Вот так новость! Не ждали мы гостей так скоро.
– Саныч, это же не патруль?
– Однозначно, Паша. Патрули на корветах и тем более парами не ходят. Фрегаты минимум. Сдается мне, это привет от неведомых конкурентов.
– И что делать?
– Как что? Рвать когти, сам же советовал.
– Шефу это предложи.
– Да легко! – Тарасов незамедлительно переключился на общий канал и перебил собравшегося было что-то сказать Денисова: – Дорогой Пьер, есть предложение делать ноги.
– Согласен, – не остался в стороне и Егерь. – Времени как раз впритык. Пока до катера дотопаем, пока на орбиту выйдем. А там еще стыковаться. Боюсь, не успеем без огневого контакта убраться из Системы.
– Паша?
– Вам виднее, патрон. Но мужики дело говорят.
– Тогда все собираемся у грузового шлюза. Десять минут на сборы. Время пошло.
– Э-э-э, разрешите, «капитан»?
– Да, Александр?
– Посмею внести небольшую корректировку в ваш план. Мы тут с Пашей собирались провести испытание любопытного образчика технологий Первых… так вот, я запустил здешний катер. Аналог эксплорер-бота с довольно большой автономностью в пределах Системы. Может, не будем терять время? Прямо на нем и рванем на «Великолепный»?
– Хм… заманчиво, – задумался дражайший шеф. – Нет. Слишком рискованно. Знакомая техника надежнее.
– А как же трофей? – надавил я на чувствительное место патрона. – Где еще раздобудем такую игрушку?
– Паша, вот ты лично на ней полетишь?
Оп-па. Такой постановки вопроса я не ожидал и с сомнением глянул на Тарасова, но тот лишь продемонстрировал затянутый в перчатку кулак и предостерегающе покачал головой.
– Д-да, п-патрон!
– Не слышу уверенности в голосе.
– Да, патрон! Полечу!
– Вот и лети. С майором вместе. А я предпочитаю привычный катер.
– Э-э-э, Пьер? Может, хотя бы до озера вас докинуть?
– Пожалуй, – после короткого размышления согласился тот. – Это вариант. Долетаем до нашего катера, пересаживаемся
– Поправка: убираемся на двух единицах техники.
– Александр, вы уверены, что стоит так рисковать?
– Абсолютно.
Ч-черт, ну куда его понесло?! И меня еще впутал! Гад ты, Саныч! Врезать бы тебе сейчас с ноги…
– Паша, заткнись! – прошипел Тарасов, отключившись от общего канала. – Доверься мне. Есть мнение, что этот хлам нам еще пригодится. Считай это предчувствием.
Н-да. Убедил.
– Ну как знаете, Александр. Где вас искать?
– Ловите пеленг. И поторопитесь!
– А ты чего стоишь? – переключился майор на меня. – Лезь в кресло, живо!
– Саныч, ты еще не смотался?!
– Я тебе сейчас поприкалываюсь, – буркнул под нос Тарасов. – Эй, Олежек, одеться-то не забыл?
– Ой!
– Да не переживай ты, Галина Юрьевна. Я не подглядывал. И потом, что естественно, то не безобразно.
Я представил, как сейчас очаровательно покраснела Олегова благоверная, и помимо воли улыбнулся, что не осталось незамеченным со стороны майора.
– Паша, не лыбься. Ты почему еще не в коконе?!
Вот раскомандовался, блин! Не в армии, в конце-то концов. Хотя… он ведь меня завербовал, так? Так. И чего я тогда выделываюсь? А, чтоб его!
Против ожидания, кресло оказалось весьма удобным, хоть и выглядело как своеобразный каменный вырост. Да и на губку я зря грешил – мягкая и упругая, отлично подстраивается под форму тела. Лег, и вставать уже не хочется – так уютно. И спокойно. И… надежно? Вот уж не думал, что чужая техника такие эмоции может вызвать. Опять что-то нечисто? Система контроля в мозг залезла?
«Ответ отрицательный».
Значит, и впрямь удобно. А где сбруя пристежная?
– Ай, мля!..
– Паш?
– Испугала, чертова железяка.
– А, это ты на ремни… понимаю. Сам первый раз долго матерился.
Ага. Было с чего, надо признать. Насчет ремней это Тарасов реально загнул – нет их тут и не было никогда. Просто чертова губка вдруг неимоверно быстро разрослась, плотно обхватив торс и конечности. Хорошо хоть лицо не облепила. А то вообще бы как в фильме ужасов получилось. Но, что удивительно, держит крепко, и при этом совсем дискомфорта не ощущается, как от наших лямок. Красота, в общем. Нет, никуда я отсюда не уйду. Однозначно с Тарасовым полечу, путь дражайший шеф на старом катере тащится в гордом одиночестве. Сейчас закрыть глаза, расслабиться и отдаться неге…
– А-а-а!!! М-мать!
– Паша?!
– Петрович, брысь! – Я раздраженно столкнул запрыгнувшего мне на грудь котяру, совершенно забыв про «ремни», которые, что особенно удивительно, совершенно не ограничивали движений, и помахал парочке прелюбодеев. – Привет, шалунишки.
– Чего-то ты возбужденный, Паша, – не остался в долгу Денисов, а вот Галя скромно промолчала.
Как я и предполагал, лик ее был украшен стыдливым румянцем, различимым даже сквозь забрало. И даже с учетом рыжины и веснушек.