Компьютерная княгиня

Анохина Инна

Особенно радовала поза полуобнаженной девицы. Она широко расставила ноги, вцепившись в пистолет двумя руками, и с видом победителя, прищурив хитрый левый глаз, поглядывала на стоящих поверх оружия. Куда она целилась при этом, понять было невозможно, мужчины стояли почти рядом, окаменев от удивления.

– Даша, ты бы его положила от греха подальше.

– Ни за что, а вдруг он опять покусится на мою честь.

– Слышишь, Даш, а ты одеться не хочешь? – продолжал уговаривать друг Павел, – При всех недостатках грудь у тебя что

надо, ты же не хочешь соблазнить нас на групповуху?

– Да ладно, Паша, тебе же нравятся здоровые двухметровые дылды.

– Дашка, положи пистолет …

Глинский захохотал во весь голос:

– Ребята, я, пожалуй, пойду, вы уж тут сами разбирайтесь.

Так, хохоча, он и ввалился домой, где его ожидал весь изведшийся от волнения Олег.

– Ну что?

Шеф только махнул рукой.

– Опять не вышло. Будем делать третью попытку.

Вечером, перед сном, выглянул в окно, дом рыжей соседки был как на ладони.

– Надо бинокль прикупить, – улыбнулся Александр Дмитриевич, – кажется, я могу стать зрителем театра одного актера, – и совершенно неожиданно для себя подумал, – мне это будет приятно.

***

В понедельник на работе начался аврал, и Глинский забыл обо всех девицах на свете. Олег, настроенный против авантюрных выходок шефа, тактично молчал. Он знал начальника уже пять лет, и не просто знал, он жил рядом с ним, ему было известно обо всех его делах, обо всех женщинах, с которыми тот встречался, благо чего, чего, а из последнего шеф тайн не делал.

Хозяин был склонен к авантюрам, но в очень малой степени. Просто иногда наступали такие моменты в его бурной биографии, когда он достигал какой-то наивысшей для себя точки, пика, и тогда можно было ожидать чего угодно.

Казалось, все идет хорошо, налаженный бизнес, почти добрые отношения с партнерами, враги временно затихли, живи и радуйся. Но нет, именно в этот момент Глинскому становилось скучно, и он начинал придумывать что-нибудь особенное.

Вот и сейчас, почувствовав, что все наладилось, новые детали притерлись к уже отлаженному механизму, шеф снова стал искать приключений на свою голову, и на этот раз его потянуло на женский пол.

– Стоп, – подумал Олег, – да ему просто пора жениться, вот он и бесится. Срочно ищем невесту. Пришло время шефу завести детишек, жену-хозяюшку, тестя и тещу. Видимо, с Мариной отношения не складываются, а жаль, такая девушка.

Вздохнул, вспоминая недавнюю встречу с ней.

Марина подкараулила его возле офиса.

– Олег, что происходит? Саша совсем перестал у меня бывать. Он и раньше-то раз в неделю заглянет, в ресторан сходим, в театр соглашался иногда, если гастроли, потом ко мне на пару часов заедет и все, но сейчас третью неделю носа не кажет. По телефону говорит, дел полно.

– В эти выходные мы с соседями ругались, – Олег доверительно склонился к собеседнице.

– С какими? У вас же нет соседей, хотя папа говорил, из столицы компьютерщики приехали,

так это они, да?

– Да. Поставили, понимаешь, забор между нашими участками, а шефа не спросили. Он приехал, как увидел, – Олег замолчал, нагнетая интерес у публики.

– Ну, – Марина заторопила, – дальше то что? Живые остались или вы в плен не брали?

– А что дальше? Вызвал бульдозер, забор снесли, потом соседи приходили ругаться.

Марина с сочувствием покивала. Она хорошо изучила любимого и знала, как не любит тот, когда за него пытаются что-то решить.

На самом деле события выглядели несколько иначе. Когда вечером после работы они с шефом вернулись домой, охрана показала на установленный забор.

– Это что такое? – заорал Глинский, обращаясь к Олегу. – Я же сказал, не ставить!

– Так это не мы, Александр Дмитриевич, это их вождь, – пожаловался один из охранников.

– Какой вождь? – тормознул скорый на расправу шеф.

– Девка такая, волосы пылают, как огонь. Влетела во двор, говорит, вы поосторожнее, сейчас я между нами забор мостить буду, ну и намостила. Чисто вождь краснокожих, шуму было, пыли, вы бы слышали, как она работягами командовала. Повыше, побольше, проволоку еще колючую обещала сверху и ток пустить.

– Так, – Глинский моментально пришел в хорошее настроение. – Вызывайте бульдозер, будем ломать, – посмотрел на Олега, – сейчас ломать, а не завтра.

– Александр Дмитриевич, – заныл тот, – уже восьмой час, кто же поедет, темно.

– Ничего, прожекторы по периметру включим и музыку погромче, давай.

– А причины?

– На два сантиметра по моей территории прошли, ты что, не видишь?

– Шум поднимет.

– По-моему, ты забыл, кто здесь хозяин.

Бульдозеры приехали. Глинский, поужинав на скорую руку, спустился вниз и лично руководил падением дворовой стены.

– Чисто берлинскую стену ломает, – поделился впечатлениями один из охранников.

К появлению красной Дашиной машины снесли большую половину забора. Все наблюдали, как она затормозила возле открытых для бульдозеристов ворот, выскочила из машины и подбежала к руководящему работами хозяину.

– Вы что себе позволяете! – соседка даже подпрыгивала от возмущения.

– Да понимаешь, какой-то гад между нами забор заделал. Зачем он нам, как ты думаешь? Мы же не в тюрьме, а тут проволока, ток, говорят, еще два пулемета у тебя на крыше установят.

– А два зачем? – оторопела.

– Чтобы не перегревались, один работает, второй остывает, потом наоборот.

Тщетно разошедшаяся соседка прыгала вокруг бульдозеров и их заказчика. Глинский был снисходителен и внимателен. Он даже попытался по-отечески приобнять ее за плечи:

– Пойдем, водки налью, а то ты так расстраиваешься…

Но Марине правду знать не стоило, поэтому изложенная Олегом версия, ее успокоила.

– Да, если с соседями заморочки, это плохо, бедный Саша.