Компьютерная княгиня

Анохина Инна

Встал с дивана, подошел к окну, выходящему на соседний участок. Даша, со вкусом произнес имя, продолжала руководить стройкой. Неожиданно она слишком экспрессивно взмахнула руками, указывая рабочим на допущенный просчет, и съехала в вырытый котлован, благо тот был неглубоким. Работяги сверху изучали заказчицу, пытавшуюся выбраться из ямы.

– Вот гады, девчонка ноги могла переломать, стоят, рты пораззявили, хоть бы кто руку подал, – в сердцах ругнулся обворованный, однако идти с повторным предложением помощи воздержался.

То, что рыжая показала власть над его деньгами,

не понравилось. Неужели так легко взломать счет и снять деньги, ведь банк то надежный или она и, правда, гений? Вот так, походя, пробежалась по клавиатуре пальчиками и пятьдесят тысяч, как ягоды с куста, осыпались.

Олег возился на кухне с ужином, с сочувствием поглядывая на задумчивого шефа.

– Хотите, заставим деньги назад вернуть?

– Пытать будете? – Глинский недобро усмехнулся.– Тогда уж я сам, лично.

– Почему пытать? Объясним ситуацию, они люди приезжие, расстановку сил еще не знают, привыкли в столице бесчинствовать, а у нас тут городок тихий, патриархальный…

– по пятьдесят штук никто не ворует, – продолжил речь хозяин.– Кстати, а кто у нас бывший английский муж?

– Не знаю. В Англии жила, замужем была, а кто был муж – Олег пожал плечами, – может официант в пабе, а может, граф, никто же не знает. Хотите, уточню.

– А фамилия у нее, значит, Трубецкая, – шеф продолжал размышлять вслух, – может она еще и княгиня?

– Да ладно, какая она княгиня, пакость рыжая и все, – помощник был категоричен, искренне сочувствуя шефу.

– Компьютерная княгиня, ишь ты, – произнес Глинский, садясь за стол.

Аппетит пропал, захотелось выпить водки для поднятия тонуса, но воспоминание об алкоголиках заставило отказался и от нее.

***

Утром сумрачный шеф выдал Олегу сквозь зубы:

– Пусть ребята за ней проследят, где, что, с кем. Из чьих рук деньги кушает…

На следующий день помощник принес распечатанный лист. В девять утра Даша была в фирме, где просидела до восьми вечера, вышла вместе с компаньоном, по дороге заехали в ресторан «Русская кухня», быстро поужинали, затем разъехались по домам. По дороге посетила супермаркет, купила сыр, йогурты, хлеб, сигареты и креветки.

Олег замялся в дверях:

– Завтра ребятам следить за ней или как? Там ничего необычного, с утра до вечера на работе. Финансиста пока не нашли, но народ рассказывал, на машину деньги занимала у своих.

– Следить, пока не отменю. И питается она как-то неправильно. Сигареты, хлеб. Йогурт, креветки. Фу, гадость какая! А ты продумай, как бы мне к ней в дом попасть вечерком, поговорить по душам. А что папика нет, это хорошо, – прошелся по кабинету в раздумье, – это очень хорошо. У меня будут на нее планы, – он даже губы облизнул, вспомнив сцену на диване. – А что? Долги отдать поможем, с долгами жить невесело.

– Шеф…

– Иди и думай.

Олег знал шефа не первый день, когда у него вот так ходили желваки, перечить не имело смысла. Остановить заведенную машину по имени Глинский не удавалось еще никому.

– Хана княгине, – подумал верный оруженосец, – а потом и нам хана, нас ее друзья в порошок сотрут. Астапьев еще раз звонил, просил не воевать. Впрочем, если шеф и собирается

воевать, то явно не с целью уничтожения противника. Но неприятно, зачем нам эта головная боль?

Тем не менее, на следующее утро пришлось отправляться во владения соседки. Прошло три дня.

– Я могу попасть в гости? – спросил начальник, разделавшись с обычными делами.

– Да, элементарно. Дом стоит как на семи ветрах. Забора, кроме нашего, нет. Серьезных замков тоже. Так что проблем не будет, но оно вам нужно, шеф?

– Значит, завтра я иду в гости.

Когда наступило завтра, Александр Дмитриевич проснулся в приподнятом настроении. Он покажет рыжей соседке, как выставлять его на посмешище, еще и в газету дала объявление – «украла деньги!», нахальная девчонка. Это же надо, деньги украла и оповестила об этом всех и каждого. Вспомнил, как к нему в офис явилась делегация, состоящая из директора зоопарка и двух теток в дешевых юбках. Как они благодарили, как просили навестить и проверить, ведь уже привезли хомячков, которых таких любит Александр Дмитриевич.

– Ваши подшефные ни в чем не нуждаются, приезжайте, посмотрите, – сложив руки на груди, клятвенно заверял директор, тетки согласно кивали.

– Мы им и травку свежую, и корм, и домики прикупили, сейчас у нас десять хомяков и пятнадцать сусликов, или мало? – три пары глаз взволнованно смотрели на любителя грызунов, мрачно слушавшего доклад.

Провожая гостей, Глинский услышал, как одна из теток заметила:

– На его месте я бы крокодилами увлекалась или удавами, а этот…

Спонсор скрипнул зубами, да разве ж это видано, куда не зайдешь, только и вопросов, почему суслики, откуда у него эта любовь к хомякам и нелюбовь к своим деньгам.

Даже будущий тесть, мэр, позвонил с вопросом:

– Саша, а на самом деле, куда ушли деньги?

Последний год Александр Дмитриевич встречался с дочкой мэра, Мариной. Красивая, высокая, с длинными платиновыми волосами, стройной фигурой, стандарт жены богатого человека. Глинский не собирался отступать от стандартов. Девушка влюбилась в мрачного бизнесмена, а он, как всегда, уступая той, которая настойчиво его добивалась, завел роман. Роман протекал спокойно. Марина любила и прощала все выходки, Глинский позволял себя любить. Поговаривали о свадьбе, но пока спешить было некуда, была бы шея, а ярмо найдется, и потом мэр – должность выборная, кто его знает, вот пройдут следующие выборы, посмотрим, может и поженимся. Местный олигарх не любил непродуманных поступков.

Никто и представить себе не мог, что есть человек, который может отдать пятьдесят тысяч за хомяка. Впрочем, и сам случайный покровитель грызунов тоже не мог.

– У соседки королевские жесты, – констатировал он, – ну ничего, на эти деньги я ей что-нибудь разобью в доме, или все-таки пересплю. Мне кажется, даже с учетом графско-княжеских регалий, я могу себе позволить раз двадцать на такую-то сумму.

Вечер он встречал в большой комнате дома любительницы грызунов и чужих денег, видимо, служащей гостиной ожидая появления хозяйки. Девушки все не было, стемнело, Глинский, пригревшись на диване, начал дремать. Раздался звонок.