Компаньонка
Шрифт:
Ее руки поднялись и обняли его за шею. Он тут же навалился на нее и прижал своим возбужденным телом к перилам. Он не отпускал прутья, словно только это и могло удержать их обоих сейчас на земле.
— Элеонора, — прошептал Артур, глубоко вздохнув, — мой разум подсказывает мне, что это не слишком хорошая идея. Но я, кажется, больше не способен прислушиваться к нему.
— Помимо логики, в мире есть и другое, сэр. — Она улыбнулась: — И не менее важное.
— До сегодняшнего вечера я не верил в это. Он снова поцеловал ее, на сей раз гораздо крепче.
Он оторвал руку от перил и стал расстегивать лиф ее платья. Лиф поддался с шокирующей легкостью. Когда Элеонора ощутила его ладонь на своей груди, удивление ее перешло в удовольствие. Странное, необычное напряжение возникло где-то внутри. Она услышала свой хриплый стон.
Артур поднял голову и посмотрел на ее грудь, которую он покачивал в ладони.
— Какая прелесть! — Он обвел ее сосок большим пальцем. Ей захотелось потрогать его столь же интимно. Она принялась расстегивать ему рубашку. Артур что-то пробормотал. Она не смогла разобрать слов, но поняла, что он не возражает.
Когда рубашка была расстегнута, пульс Элеоноры резко участился. Кончиками пальцев она коснулась его обнаженной груди, ощутив тугую кожу и упругие волоски.
Не в силах сопротивляться искушению, она поцеловала его в шею, затем в плечо.
По телу его пробежала дрожь.
Это вдохновило Элеонору, ее ладонь скользнула ниже по мускулистой груди и остановилась у пояса брюк.
Он издал звук, который напоминал стон и одновременно сдавленный смех, и поймал ее руку.
— Мы играем с огнем, — произнес он. — Я редко предаюсь подобному виду спорта. Но сегодня, чтобы почувствовать, как в нас загорается пламя, есть смысл рискнуть.
Она не была вполне уверена, что именно он имел в виду. Но прежде чем она успела спросить его об этом, он оторвал другую руку от перил и прижал Элеонору к груди. Затем, подхватив на руки, он быстро понес ее через комнату и опустил на ковер перед камином. Раньше чем она успела что-то сообразить, он опустился рядом с ней.
Обнимая и покачивая ее левой рукой, другой он нетерпеливо поднял ее юбки. Элеонора перестала дышать, когда поняла, что лежит почти обнаженная в свете камина.
«Светская женщина, без всякого сомнения, нашла бы это вполне нормальным», — сказала она себе. И это так возбуждало — ощущать тепло камина обнаженной кожей.
Она плотно закрыла глаза, ощущая, как трепет пробегает по телу. Его рука оторвалась от ее бедра, чтобы скинуть брюки.
Через несколько секунд она почувствовала, как что-то твердое толкается в ее обнаженные бедра. Снедаемая любопытством, она на мгновение открыла глаза. Когда-то ей приходилось видеть на ферме возбужденных животных, но она никогда не видела голых мужчин.
Вид возбужденного мужского члена едва не лишил ее сознания.
— Боже мой! — ахнула она тихо, не в силах сдержать эмоции.
Он был такой большой — гораздо больше, чем она ожидала. И такой грозный.
— Что-нибудь не в порядке? — спросил Артур, нагибаясь, чтобы поцеловать
— Да, да, все в порядке.
Она снова закрыла глаза. Ей хотелось спросить, нормальна ли для нее подобная величина, но она испугалась, что в ответ он расхохочется. Она не хотела быть похожей на Джулиану, которая боится любовных ласк. «Нужно вести себя по-другому», — сказала она себе.
Прежде чем ей удалось подыскать необходимые слова, чтобы задать свой деликатный вопрос, она ощутила еще один толчок и увидела, как Артур вынул из кармана носовой платок и положил его рядом. Неужели он собирается чихать в разгар этого занятия? Элеонора не знала, что и думать.
Но и об этом она не успела спросить, потому что вдруг почувствовала, как его пальцы скользят среди рыжеватых волос, которые скрывали ее самое интимное место.
Он нежно их гладил, и это порождало сладостные ощущения, которые все нарастали. Элеонора задвигалась, мечтая о чем-то большем, о каких-то еще более сильных ощущениях, которые она не могла описать.
— Ты уже готова принять меня? — спросил он возле самого ее рта. — У тебя такие нежные и влажные складки.
— Да, да! — Она не понимала, какой смысл он вкладывал в эти слова. Но сегодня она-не могла дать ему другого ответа, кроме «да».
Он лег на нее, тяжестью своих бедер раздвинул ее ноги. Она ощутила, как его возбужденный член толкается во влажный, пульсирующий вход в ее тело, и подумала, что теперь уже слишком поздно заводить разговор о его величине.
Поздно. Даже слишком поздно. Ибо эта огромная штука проникла в ее лоно, медленно, но неотвратимо входя в нее, заполняя ее собой, и у нее вдруг возникла мысль, что она сейчас взорвется.
Ее пронзила внезапная острая боль. Она невольно вздрогнула и, вскрикнув, впилась ногтями в спину Артуру.
— Проклятие!
Она открыла глаза и встретилась с его яростным взглядом.
— Элеонора! — На его лице отразились эмоции, которые можно было назвать гневом. — Почему ты мне не сказала?
— Не сказала — что? — Она чуть пошевелилась, чувствуя, что ее тело понемногу приспосабливается к нему. Может, оно и вошло с трудом, но все же вошло. Или почти вошло. И это было самое главное.
— Почему ты мне не сказала, что ты девственница?
— Потому что это несущественно.
— Я считаю это важным.
— А я не считаю.
— Я считал тебя женщиной, достаточно опытной в этом вопросе.
Элеонора улыбнулась:
— У меня хорошие новости, сэр. С этого мгновения я и в самом деле стала женщиной с определенным опытом.
— Не дразни меня, — предупредил он. — Я на тебя очень сердит.
— Означает ли это, что ты не собираешься закончить то, что мы так хорошо начали?
— Похоже, я не в состоянии сейчас здраво мыслить.
Элеонора провела пальцами по его волосам.
— В таком случае ты должен позволить мне принимать решения за нас двоих. Я предпочла бы, чтобы ты закончил это дело, если только ты способен довести его до конца.