Компаньонка
Шрифт:
– Может, просто не любит, чтобы вокруг неё кудахтали? – предположила она.
Кухарка поставила на стол меж ними пирог.
– Вот куры, сами-то… сами…
В кухню входит Гордей. Он улыбчив как никогда и в приподнятом настроении.
– Его светлость окончил ужин…
Все присутствующие посмотрели на управляющего с недоумением. А Гордей подсел к Настасье на скамью и, глядя куда-то вдаль, заулыбался ещё шире.
– …Назвала
Охнули все. И Неёла подсела к Гордею:
– Да как же так?!
В кухню вошёл лакей с нетронутым ужином на подносах.
– Думаю, она надолго тут не задержится, – умно заявил он.
– Завтра графиня нас покидает. Князь сказал, что в её услугах более не нуждается.
Гордей подскочил со своего места
– Давайте-ка все хорошенько поужинаем… и с вином!!!
Печальный взгляд Кити скользил по мраморной лестнице. Она поднималась с тяжёлым сердцем, а за ней молча, опустив виновато голову, шла Мари.
– И никакого тебе вальса… – прошептала с обидой Кити.
Мари нагнала её и взяла под руку.
– Не беспокойся, дорогая, я извинюсь и всё исправлю. Ума не приложу, как же я так…
Мари проводила грустную Кити до дверей в её спальню.
– Доброй ночи, Мари, – не глядя на собеседницу, произнесла Кити и скрылась в комнате.
– Доброй ночи, дорогая. Не переживай, – подбодрила её Мари напоследок.
Мари пошла дальше по коридору. Как же она была собой недовольна, сказать такую глупость! Но князь совершенно вывел её из себя, и Мари не сдержалась. Вообще князь казался Мари вспыльчивым, и его скверный характер вполне себе оправдывал репутацию князя. И раз уж на то пошло, то нет дыма без огня! «Может, о нем говорят правду… Он даже дочери не позволял входить в любимый зал княгини. Настоящий тиран и эгоист».
Среди мерцания свечей, под звуки старинного вальса, в крепких мужских объятиях кружится Элен. Глаза Элен смотрят с восхищением и любовью на своего партнёра. Она улыбается ему, и на её щеках разливается румянец.
Князь стоит у стены и наблюдает за Элен, ему плохо, он задыхается. От нехватки воздуха он расстёгивает верхнюю застежку мундира.
Элен повернула свою прелестную головку и увидела супруга. Улыбка Элен померкла. Она с ненавистью смотрит на Влада.
Князь оглядывается по сторонам в поисках окон или дверей, но в зале Элен нет пути к воздуху. Князь хрипит и сгибается пополам.
Он видит, как к нему приближаются чудовища в бальных туалетах.
Одно, с крокодильей пастью, обмахивается изящным веером из слоновой кости. Из его зубастой пасти доносятся слова: «Он женился на приданом».
– Какая красивая пара, – захихикала гиена в розовом шёлке.
– Она его ненавидит, загубил такую красоту, – доносится до князя.
– Самолично поджёг, он убийца, убийца… – со всех сторон слышит князь.
– Убийца! Убийца!
Князь вдруг понимает, что у него есть возможность увидеть, кто танцует с Элен и на кого она смотрит с таким обожанием.
Князь выпрямляется через силу и, подойдя к ненавистной паре, поднимает взгляд на противника…
Лев с косматой гривой открывает свою пасть, и Влад видит его шершавый язык и острые клыки…
Князь открыл глаза и беглым взглядом охватил свой кабинет. Он глубоко вдохнул, потом ещё раз и уставился на огонь в камине. Только неровное дыхание выдавало его кошмарный сон.
Обычно Неёла Ануфриевна ложилась рано, потому как вставать приходилось ни свет ни заря. Но в этот вечер она задержалась с собеседниками. Старший конюх и Гордей сидели за столом перед одной горящей свечой.
– Хорошо, что он её отослал, больно любопытная, – подытожила Неёла.
Гордей кивнул.
– Так и норовит в бальный попасть.
– А если она что-то уже знает? – испугалась Неёла.
Гордей уставился на неё изумленным взглядом и замотал головой в отрицании.
Только конюх спокойно пил чай.
– Я поговорю, – отхлебнув горячий напиток, сказал он и вышел с кухни.
Мари, вооружившись шпильками и щипцами, поставила свечу у двери в бальный зал так, чтобы свет хорошо падал на замочную скважину.
Чья-то тень перекрыла Мари свет от свечи. Она испуганно обернулась и, задев свечу, уронила её. Та покатилась по мраморному полу и остановилась, погаснув под мужским ботинком.
Конец ознакомительного фрагмента.