Ком 10
Шрифт:
Так что сейчас наши дамы сидели, словно королевишны какие в окружении рыцарей. И это вообще не учитывая, что почти всякая могла бы половину этого отряда, ежели магия есть, в порошок стереть. Но то такое.
Высокое начальство всячески одобряло происходящее братание — в том числе с братцами-крокодильцами, с которыми после третьей рюмки даже при отсутствии переводчика завязалось вполне себе взаимопонимание. Застолье ширилось, откуда-то притащились музыкальные инструменты, загудели дивные египетские флейты, переливами откликнулись арфы, забренчали какие-то
Раздайся, народ,
Тут медведь на круг идёт!
С крокодилицей спляшу,
Свою удаль покажу!
И пока египтянки хлопали ресницами, медведь (бурый, — подсказал мне Зверь) подхватил первую попавшуюся танцовщицу под ручку и закружился с ней в центре площадки.
С краю тут же выскочила рыжая девка:
Надо жёнкам подсказать,
Надо понаказывать,
Чтоб навили нам верёвок —
Муженьков привязывать!
В общем, пошёл хохот и общее разгулье. В круг аж очередь стояла, кажный хотел ловко чего-нибудь с подковыркой исполнить. С девчачьей стороны в кругу были египтянки, которые ни бельмес не понимали и только хихикали, да рыжая девка, которая частушек знала, кажется, мильён, а если не знала, на ходу придумывала. Мне особенно понравилась одна про парня, который с крокодилицей пошёл гулять, а как полез целоваться, она ему нос откусила. Но так я, братцы, хохотал, что забыл, в каком порядке слова в строку складывались…
А гвоздём сегодняшнего вечера стал… вы думаете, кто? Удивительно, но нашёлся среди прибывших оборотней мой старый случайный знакомец. Тигр с дальневосточного фронта! Задиристый да закусистый, тут он подвыпил и чувство самосохранения слегка подрастерял.
Драка будет, — предупредил меня Зверь. Причём в самый тот момент, когда все хохотали, и казалось, что состояние расслабленное — дальше некуда.
Я повёл головой, прислушиваясь уже сознательно — и услышал! Сквозь гул голосов, сквозь хохот и притопы разобрал, как ехидный, подначивающий голос раскручивал тигра на драку:
— Видал, Ероха, мишка-то уже сколь чинов превзошёл? Казачий войсковой старшина уже! А ты всё хорунжий.
— Да отстань ты, Данька! Ну повернулась к нему воинская удача…
— Передом, ага, — хохотнул заедливый Данька. — А к тебе — задом!
Тут вокруг них ещё засмеялись, и я не разобрал, что тигр Ероха ему ответил.
— Я-то думал, меж вами не все слова ещё сказаны, — снова подкусил Данька. — Тогда-то вам есаул схлестнуться
Тут я обернулся и поймал взгляд Ерохи, сердитый такой. Злой даже. Но сразу понял, что злится он больше на Даньку, приставшего к нему, как клещ. Однако было в нём и что-то ещё. Желание реванша.
Разберёмся-ка мы с этим, не откладывая на завтра? — спросил я сам себя, и Зверь радостно откликнулся:
Так и я про что! Разобраться надо!
Я направился к спорщикам, проталкиваясь сквозь толпу, и без обиняков спросил:
— Господа, у вас остались ко мне какие-то вопросы?
— Что вы-что вы! — зачастил Данил. — Ни в коем случае, ваша светлость! А вот друг мой, Ерофей Середин, большое желание имеет пригласить вас на дружескую… э-э-э… потасовку, так сказать. Поломаться по-товарищески, понимаете ли.
— Ах, желаете подраться? — я усмехнулся. — Это можно! Отчего бы и не подраться?!
В этот момент гармошка вдруг как-то смолкла, и мои слова нарочито громко прозвучали в случайной паузе.
— Опять! — с досадой вскрикнула Серафима.
— Да ладно, чего ты? — успокоил её голос Есении. — Пусть подурачатся. Я, в конце концов, здесь.
Мигом вокруг нас была размечена ильиными огнями площадка — гораздо большая, чем пятачок, на котором танцевали — зверюгами-то мы куда как здоровее станем!
Елозливый Даня немного стушевался, когда договариваться об условиях к нему подошёл князь Витгенштейн.
— Избиение младенцев уж не устраивай, — усмехнулся, подходя ко мне, Петя. — считаю, эта драка в некотором роде должна стать началом вашего дальнейшего слаживания. И их сильно мордой в грязь не валить, и себя как следует представить.
— Без магии? — уточнил я.
— Без. Но со свойствами без ограничений. Так что ты в полном своём облике.
— И на том спасибо.
Зрители вымелись за световое ограждение (в сумерках, кстати сказать, удобно), и Петя объявил:
— Прошу начинать, господа!
Тигр обернулся первым, вызвав у меня невольное уважение. Вот это зверюга! Такой спокойно «Саранче» голову откусит, не поморщится. А, может, и «Пантере». Не удивлюсь, если он, воспользовавшись невнимательностью дохтура, двойную порцию водорослевого эликсира отхлебнул.
Я стоял, ждал. Тигра мягко шел вокруг меня, слегка поводя хвостом. Красивая зверюга. Ага.
Мы лучше! Дашь мне? — и столько желания, тоски по нормальному, простому бою было в этой мысли, что я не смог отказать.
Да па-ажалста! Мы самые! Только не убей!
Да!
И это последнее «ДА!» вырвалось у меня таким рёвом, что Ерофей не выдержал и бросился на меня. Ну как на меня? На то место, где я только что был. Зверь мягким рывком увел нас в сторону, всё еще не принимая облик. Тигр мгновенно свернулся — видимо, ожидая удара — потом выпрямился, вновь пошёл по кругу.