Колыбель Героев
Шрифт:
— Алата, ну не надо, ну не убивайся ты так! — утешал призрачную меня призрачный же Эш, шмыгая призрачным носом.
— Он был хорошим магом, — зазвучал спокойный и печальный голос наставника Ринхата. — Увы, чародейство — опасная вещь, и возможно, рассудок Марчиса просто не выдержал напряжения в момент установки Купола. Такое редко, но бывает…
Фоном к диалогу слышалось очень правдоподобные всхлипывания магички. И дальше в том же духе — истеричная я, убитый горем, но пытающийся утешать Эш, сочувствующий Ринхат, немногословно хнычущая Натэя…
Учитель поманил нас к себе. Мы соскользнули с кроватей и уселись перед ним прямо
— Ну вот теперь можем и поговорить, — прошептал Ринхат. Странно, но вопли наших призрачных заменителей совсем не мешали его слышать. Наоборот — казалось, что кроме настороженного шепота мага звуков в мире не существует. Наверное, так и было задумано. — Сомневаюсь, что нас будут подслушивать, но перестраховаться не помешает.
И он рассказал нам о своем разговоре с Верховным Наставником Колыбели Героев. Мы молча слушали, не веря своим ушам. Наставник, всегда казавшийся чем-то почти божественным — мы редко видели его лично, и с детства нам вдалбливали в головы уважение и преклонение перед ним — вдруг оказался интриганом и похитителем людей. Для чего ему понадобился Марчис, можно было только догадываться, но вряд ли для чего-то хорошего.
Конечно, можно придумать себе в утешение красивую сказку о том, что наш маг отправился с секретной миссией куда-то за пределы Колыбели. И нужно было, чтобы его считали мертвым. Но что-то с трудом верится в такие сказки.
Эш и Натэя смотрели на учителя Ринхата в каком-то оцепенении. Слишком резкий переход от отчаяния к надежде, эти двое и прорыдаться толком не успели, как пришел наставник и сказал, что надо радоваться.
— Итого, что мы имеем, — продолжал шептать Ринхат. — Марчис, боевой маг кварты под номером тридцать восемь. Ничего примечательного за последнее время за ним не числится. Но Наставнику понадобилось, чтобы именно он считался мертвым, верно? Тут может быть две цели — либо Шетту нужен именно Марчис, либо ему нужна именно тридцать восьмая кварта, лишившаяся боевого мага.
— А может, не именно он и не именно мы, — предположил Эш едва слышно. — Может быть, это был случайный выбор. Для какой-то неведомой цели.
— Зная Наставника, вряд ли, — покачал головой Ринхат. — Какой бы ни была его цель, не тот он человек, чтобы полагаться на случайность.
— Значит, именно Марчис, — подытожила я. Образ лопоухого мага стоял перед глазами. Опять начало предательски щипать в носу, но на сей раз удалось обойтись без слез. Алата, шкруть съешь твои потроха, да что с тобой такое? Ты еще расплачься, да еще при твоей любимой магичке! Она ж тебе потом жизни не даст. Не каждый день у тебя в кварте умирает, а потом воскресает маг, но это не повод распускать сопли.
— Нужно понять, почему именно он, — Ринхат обвел всех нас внимательным взглядом. — Попробуйте вспомнить, может быть Марчис говорил в последнее время что-нибудь, что сможет дать нам зацепку. Или в событиях последних дней вы обнаружите что-то странное.
Эш покосился на Натэю. Именно она обладала отличной памятью на мелочи, этого у магички не отнимешь. Через мгновение на нее смотрели уже все, как на оракула, от которого ждут ответа, решающего многие судьбы.
— Был один странный момент, — после нескольких минут молчания выдала Натэя. — Я бы ни за что
— Как же не помнить! — все так же, шепотом, скривилась я. — Мне после этого дурацкого ритуала сообщили, что в моих жилах есть примесь крови аккуров. То есть я — на какую-то часть оборотень! Интересная была жизнь у одной из моих прабабушек! То ли ее как-то в Тахиро занесло, то ли аккур сам мимо пробегал…
— А во мне обнаружили эльфийскую кровь, — признался Эш. — Правда, совсем чуть-чуть, в каком-то далеком поколении.
— И во мне, — кивнула Натэя. — Что неудивительно, граница с Виаллари близко. А вот Марчис долго еще ходил гордый, что в нем признали чистокровного человека. Абсолютно чистая раса. Вроде бы даже он оказался единственным во всей Колыбели.
— Даже странно, при его повышенной лопоухости я бы и Марчиса причислила к эльфам, — начала я в своей обычной манере и осеклась.
Повисла пауза.
— Вот оно! — наконец проговорил учитель Ринхат. — Наставнику Шетту нужна была чистая кровь.
Глава 5
Ринхат долго не мог заснуть. Лежа в маленькой комнате управляющего сектора — не больше той, в которой ютилась осиротевшая кварта — он представлял, как им тоже сейчас не спится. Жужжат, небось, как потревоженный улей, решая, что же делать дальше. Хотя нет, тридцать восьмая кварта не показалась Ринхату дружной. Общая беда немного сплотила их, но ненадолго. Наверняка сейчас они задули единственную свечу на подоконнике и легли, отвернувшись друг от друга и погрузившись каждый в свои мысли.
Его, Ринхата, кварта была не такой. Маг не дал себе с головой уйти в воспоминания. Иногда он устраивал себе вечера памяти, приподнимая щит отрешенности и снова пуская застарелую боль в свою жизнь. В такие вечера наедине с собой Ринхат вспоминал улыбку Ламиры, вечные шуточки Гарлана, бесконечные пикировки с Уной. Иногда… но только не сегодня.
Он обещал помочь тридцать восьмой кварте, чем сможет. Ринхат мог бы сделать попытку провести ритуал на поиск, чтобы узнать хоть что-то о местонахождении Марчиса. Но он твердо помнил, что ему грозит в случае «самодеятельности». Нет, если Шетт вышвырнет мага из Колыбели, тридцать восьмой кварте он точно не поможет. Значит, стоит попытаться давно забытым способом.
Когда-то в детстве, еще до того, как Колыбель Героев раз и навсегда вбила ему в голову принципы боевой магии, Ринхату снились вещие сны. Это продолжалось лет до десяти, потом как-то само собой сошло на нет. Но маг знал, что этот талант остался в нем, и при желании его можно вызвать. Правда, необходимости как-то не было, и Ринхат почти забыл об этом своем умении. Похоже, настала пора вспомнить.
Самое главное, что подобное колдовство — да это и не колдовство вовсе! — извне отследить невозможно. Хотя Ринхат давал девять шансов из десяти, что Наставник просто пригрозил ему расправой, стремясь запугать. Следить за магом он вряд ли станет. Будет Шетт тратить свое драгоценное время на какого-то там учителя и троицу ребятишек! Даже если они и объединят свои силы — кто они четверо против Верховного Наставника Колыбели Героев? Только пикни — опомнишься уже на подлете к острым скалам, и на сей раз это будет не инсценировка.