Колокольчик в Праге
Шрифт:
Дмитрий Молчанов задумчиво смотрел на сидящую перед ним женщину. Он думал, была ли хоть доля правды в том, что она говорила о Евгении Новаковой, или все это было лишь ее воображаемым вымыслом, подогретым ревностью. Он был уверен, что определенное количество жильцов разделяют мнение с Михаелой Констатни, а Евгения Новакова знает обстоятельства намного лучше, чем желалось.
Если бы Евгения убежала, отказалась от совместной работы с Алексеем, это наилучшим образом подходило для домуправляющей. Ей бы оставалось мало: утешить обманутого писателя и поскорее
Дмитрий взял газету с близстоящего журнального стола:
– Мне сообщили, что меня видели и читали в газете.
С недовольным волнением Михаела Констатни собрала разбросанные по столу газеты. «Если Евгения тоже действительно захочет поместить в газете объявление. Придется позаботиться об этом самой». – подумала Михаела Констатни. Наивно сказала:
– Тиражи – пустая трата времени и пишут о напрасных глупостях, совершаемыми людьми.
Дмитрий Молчанов хотел продолжить, но его прервал звонок собственного мобильного телефона. Ответил на звонок: «Хорошо, скоро буду». Встав, детский врач, желавший, по-видимому, узнать все, хотел осмотреть это мрачное место, здание. Девушка медленно покачала головой, кивком головы указав на домуправляющую, что ей это не понравится.
– Спасибо… За приятное знакомство. У меня срочные безотлагательные дела, так что я покину вас. – вышел из гостиной и направился к главной двери общежития, не давая повода и времени Михаеле Контатни сказать прощальные слова. Возле порога Евгения и Алексей Аврелин, догнали и в некотором шоке смотрели на спину уходящего врача. Уже на пороге, ожидая такси-машину Евгения подбежала и спросила тихим голосом:
– Не правда ли, милейшая леди? Я говорю о Михаеле Констатни.
– Она искусная актриса, – сухо сказал Дмитрий Молчанов. – Видно ты, дорогая, наслушалась того, чего не следовало бы слушать.
Евгения вздохнула воздуха и на мгновение закрыла глаза:
– Дмитрий – вы врач… – наконец заговорила она. – Я не понимаю, почему вы изначально строго отнеслись к знакомству.
– Я детский врач. Немножко понимание и восприятие окружающего мира другое. Меня, лично, их требовательность не колышет. – слово «лично» Дмитрий Молчанов произнес подчеркнуто.
– Машина приехала. –пришедший Алексей прервал диалог. Проводив друга до машины, они друг другу пожали руки. Евгения в нерешительности махнула рукой:
– Пока!
– Признаюсь, – медленно заговорил Алексей, пока они шли по дорожке, – сегодня я долго боролся с собой, прежде чем к тебе приблизиться.
– И не надо … – Евгения грустно смотрела на кустарники, Алексей Аврелин стал не спеша показывать ей новые прививки, молодые побеги, посадки кустарников. Это спокойствие приводило в уныние Евгению. Любовь наполнившая сердце Алексея была чистой, необычной. Почему же сердце Евгении закрывалось для него?
Алексей широко и радостно улыбнулся:
– У
Евгения оценила хорошую шутку Алексея Аврелина, увидев маленькую бутылочку виски; в ответ улыбаясь сказала:
– Разве что – немного.
Они провели весело и беззаботно время. В квартире горел свет только в одной комнате. За окном была пасмурная погода. Евгения принюхивалась к Алексею, смеясь, спросила:
– У меня тоже? Так и должно быть?
– Зависит от того, сколько ты выпила. – у Алексея возник вопрос: «И что же дальше? Она даже никогда не пила спиртного!»
Спустя минуту, Евгения опять принюхалась к Алексею.
– От вас уже не пахнет спиртным, – заметила она. – А от меня?
Без смущения, Алексей наклонился к ней и понюхал. Она прыснула, и смеясь прошла к своей кроватке, утонула в своих печальных размышлениях. Алексей Аврелин присел на кровать, и Евгении пришлось отодвинуться, чтобы не съехать по кровати в его сторону. Пока он гладил ее руку, Евгения боролась с желанием закрыть глаза; пытаясь, позволить мыслям течь, как им вздумается, и предоставить возможность Алексею делать все, что он пожелает. Он крепко сжал ее руку выше локтя, Евгения повернула к нему удивленное лицо:
– Алексей, вы чем-то не довольны?
Он рассмеялся.
– Ты хитрая, госпожа прелесть, – сказал Алексей. – Ты из самого сердца вырываешь у меня секрет.
Кивнув Алексей Аврелин, пересел и, откинувшись на спинку стула, сказал следующее:
– Хорошо. Начну с того, что ты не будешь закатывать таких сцен, как сегодня утром.
– Я не закатываю сцен, просто высказываю свое мнение. Я устала. Давай послушаем музыку.
Евгения перекатилась на бок и закрыла глаза. Алексей нажал на магнитофоне кнопку «Плей». Заиграла музыка.
– Мое предисловие в книге: я не любитель сильных персонажей, поэтому в большинстве случаев пишу рассказы о грустных историях из жизни людей…
Тихим голосом она пела песню. После песни она умолкла, а затем, не меняя тона, сказала:
– Мир очень ужасен. И в нем очень много злых, вредных людей. Тебе это известно так же, как и мне. Я не говорю о проблемах подругам, это может их обескуражить.
– Да, правильный выбор! – Алексей в изумлении смотрел на Евгению. Она закрыла дверь от всех. Она слегка улыбалась подругам, поворачивалась и шла домой. Его стало бесить от такой истины. Евгения хотела его обнять, но он уклонился.
– А ты не задумывалась, как все предотвратить?
– Черт возьми, я ни о чем другом и не думаю.
– Есть лишь один-единственный способ, и слишком надежный. Успеть.
Евгения трогала свои кисти рук. Волнующий вопрос назревал у Алексея в голове о жителях дома к Евгении. Она как не в чем не бывало стала рассказывать особенные признаки дневника. Прощаясь, она сказала:
– Не верьте им.
– Пока. – Алексей прощаясь, поцеловал ее в лоб. Он ощутил цветочный запах.
Направляясь по лестнице к выходу, на лестничной площадке Алексей Аврелин услышал: