Колодец

Гжатский Сергей

" За полчаса управлюсь…" — прикинул Симаков и поглядел на небо. Светило стояло ещё довольно высоко и он успокоился.

На обратном пути ему попалось не больше десятка грузовых и легковых автомобилей. Одни спешили навстречу, другие, сигналя на всю ивановскую, обгоняли и исчезали за косогором. Потом машин вовсе не стало, мотоцикл тарахтел по трассе в одиночестве.

Дорога пошла под уклон. Впереди показалась лощина, по дну которой протекала речушка. Через неё был переброшен узкий железобетонный мост. Перед самым въездом на него мотоцикл Симакова обогнала темно — вишнёвая

иномарка. Она пронеслась в опасной близости со свистом. От неожиданности он вильнул рулём и выругался:

— Вот черти! Несутся как угорелые!

Иномарка между тем вырвалась вперёд метров на пятьдесят и вдруг резко затормозила, взвизгнув тормозами. При этом автомобиль развернулся поперёк дороги и совершенно перегородил проезд!

* * *

Костя Игнатов впервые попал в поле зрения кадровиков ФСБ ещё в пятнадцатилетнем возрасте, когда стал победителем областной физико-математической олимпиады для школьников. Потом были ещё олимпиады и он опять становился их неизменным и неоспоримым лидером. Были и призы, и награды, и грамоты. Среднюю школу Костя закончил с золотой медалью и по настоянию отца с матерью уехал в Москву, что бы продолжить образование. Он легко поступил в МГУ на физико-математический факультет и через положенное время блестяще закончил его. Потом была аспирантура, защита диссертации, защита докторской…

Сейчас Константин Фёдорович Игнатов, двадцативосьмилетний доктор наук, возглавлял ведущий отдел в засекреченном институте, работавшем на оборону страны.

То, что Игнатов помимо всего прочего был ещё и майором ФСБ, оперативником Управления Особых Стратегических Операций, знали только считанные единицы. Он был настолько засекречен, что в самом Управлении ни разу не засветился и связь поддерживал только через своего непосредственного руководителя — начальника отдела "А-Я"/ аномальные явления /.

Не догадывался об этой его тайной деятельности и сам начальник Управления — генерал Нефёдов, когда запрашивал через компьютер базу данных на всех ближайших и дальних родственников четы Симаковых. Каково же было изумление генерала, когда в числе прочих фамилий всплыло и имя Константина Игнатова — младшего брата жены Симакова — Клавдии.

С доктором Игнатовым генерал Нефёдов был знаком лично, так как курировал секретный институт и не раз встречался с начальником ведущего отдела и в лаборатории, и на совещаниях. Нефёдов искал подходы к Симакову и кандидатура Игнатова подвернулась как нельзя кстати.

Генерал отдавал себе отчёт, что завладеть артефактом, это только половина дела! Надо было ещё и научиться им управлять! Вот для этого-то и должен был пригодится Игнатов!

По-видимому, только один Симаков, как Страж Врат, мог знать секрет артефакта и больше никто на всей планете! Но аналитики Управления в один голос утверждали, что колхозник непредсказуем, вполне может заартачиться и послать властные структуры куда подальше, вместо того, чтобы начать сотрудничать с ними. Конечно, в таком случае голубчика можно было бы арестовать как какого-нибудь саботажника и вытрясти все его тайны, применив гипноз в сочетании с психотропными препаратами последнего поколения…

Но

это не выход!

Проще было подставить к нему Игнатова, который усыпив подозрения зятя, мог незаметно выведать секрет "Звёздных Врат", применив электротехнические средства разведки и контроля. Собственно, генерал Нефёдов и задумал поступить именно так. И именно такое задание планировал он поручить доктору Игнатову, не подозревая о "двойном дне" последнего.

Моральная сторона дела его ничуть не беспокоила. Он почему-то был уверен, что доктор без обиняков примет его предложение работать против родни. Ну, а если вдруг откажется, то есть много способов "надавить" на строптивца…

Майор Игнатов, получив приглашение явиться к генералу Нефёдову для приватной беседы, немедленно поставил об этом в известность своего непосредственного руководителя. Тот, что бы прояснить ситуацию, тут же поспешил к начальнику управления и раскрыл перед ним свои карты.

Узнав, что Константин Игнатов давно является сотрудником ФСБ и служит в его управлении на контрактной основе, генерал только досадливо крякнул.

— Что ж, это упрощает дело! — сказал он начальнику отдела "А-Я" и попросил:

— Организуй-ка ты мне с ним завтра встречу на нашей конспиративной квартире…

Что и было выполнено без промедления…

* * *

Дверцы иномарки широко распахнулись и из неё вылезли трое парней в камуфляже. Они не спеша, вразвалочку направились к Симакову и их улыбочки не предвещали ничего хорошего. Один из подходивших нёс помповое ружьё. Михаил Степанович с удивлением узнал в нём давешнего охранника с северных ворот элитного посёлка.

"Так вот в чём дело! Небось ретивое взыграло и хлопцы удумали со мной поквитаться" — подумал Симаков и был недалёк от истины.

Возглавлял троицу грузин. Он ступал легко, пружинисто, во всём его облике сквозила скрытая угроза. Из них троих он был пожалуй самым опасным. Двое других: волосатый до невозможности громила / не человек, а обезьяна / и "крестник" Симакова, следовавшие за своим вожаком на некотором отдалении, большой тревоги не вызывали.

Симаков заглушил мотор и оглянулся. Да, надо отдать им должное, место для засады было выбрано идеальное. Дорога тут круто уходила под уклон, опускаясь в пойму неширокой и неглубокой речушки, которая весело журчала по белым камушкам в обрамлении густо заросших кустарником берегов. За мостом, на том берегу, она полого поднималась на косогор и метров через сто терялась за горизонтом. И ни одной машины вокруг! Да, попал он в переплёт!

Можно было бы развернуться и дать дёру, но охранники настроены весьма решительно и вполне могут выстрелить в спину. Нет, лучше подождать и поговорить, выяснить, что им надо. Симаков на всякий случай подобрался.

— Эй, мюжик, слюшай, разгавор к тэбэ ест, — крикнул грузин, останавливаясь метрах в пяти-шести от Симакова. И он, и "горилла" виртуозно поигрывали резиновыми палками. Своего рода демонстрация силы и решимости применить их на деле. Ну-ну. .

— Я вам торжественно внимаю, молодые люди.