Коллеги

Уварова Лариса

Анна в упор посмотрела на него, ее зеленые глаза были холодными.

— Ты все понял неправильно, — сказала она ровно. — Я по-прежнему ненавижу тебя.

На следующий день, не поспав ночью ни минуты, позвонила Алексею.

— Оказывается, я не такая уж и сильная, — горько усмехнулась Анна, закуривая очередную сигарету. — Честно говоря, то, что я узнала, просто подкосило меня.

Пепельница была полна окурков, в комнате висела завеса сигаретного дыма, но ни Анна, ни Алексей не обращали на это ни малейшего внимания, только Котька отчаянно расчихался и с самым обиженным видом уполз под шкаф.

Алексей посмотрел

на Анну с жалостью, которую, впрочем, постарался скрыть: она ведь не любит, когда ее жалеют, просто терпеть не может. И все держит в себе. Вот и сейчас у нее такое горе, а она просит у него консультации, как у юриста, не более того.

— Ты сильная, — тихо, но твердо возразил он. — Ты молодец, держишься.

— Вот уж не думала я десять лет назад, что когда-нибудь мне еще раз доведется пережить такое.

Алексей понял, что Анна говорит о гибели Олега, но промолчал.

— Понимаешь, — глухо пояснила она, — я так ему верила, так его любила, а он…

Алексей положил руку ей на плечо, слегка привлек ее к себе.

— Анна, попробуй понять одну вещь: не заслуживает он того, чтобы ты так из-за него убивалась.

Она отодвинулась, посмотрела ему в глаза.

— Ты что, ничего не понял? Тут дело даже не в моих чувствах, не в моей любви к Дэну, которая все еще существует, несмотря даже на его подлость. Знаешь, что самое страшное во всем этом для меня? — Анна порывисто схватила Алексея за руку. — То, что на одной чаше весов Дэн, с которым еще совсем недавно у меня было связано все самое хорошее, самое приятное… Знаешь, за несколько минут до того, как я обо всем узнала, он прислал мне цветы. — Не выдержав, она закрыла лицо руками, плечи ее задрожали.

— Поплачь, — посоветовал Алексей, нежно проведя рукой по ее волосам. — Тяжело быть железным человеком, правда? Ты слишком долго держала себя в руках. Не надо этого делать больше, прошу тебя.

— А на другой чаше весов, — через силу продолжила Анна, смахивая слезы и уже сердясь на себя за эту слабость, — на другой все эти девчонки, запуганные, измученные, не знающие, как выбраться из трясины, в которую они угодили. И ведь они не сами туда попали, это подстроил Дэн, заработал на них деньги. Ты только подумай, деньги за торговлю женским телом! И на эти самые деньги он создавал коллекции одежды, и то платье, которое я надела в день премьеры, было, значит, тоже… грязное… — Не в силах продолжать, она вновь закрыла лицо руками и долго молчала. Наконец спросила: — Леша, скажи, что мне делать?

Он тяжело вздохнул:

— Как юрист?

— Да, как юрист.

— Послушай, — вдруг сказал Алексей, озаренный новой мыслью, — а если все эти документы — фальшивка? Насколько я знаю, Воронцов тебя не любит? Может, он все это сфабриковал специально, чтобы тебе жизнь сломать?

Она подняла голову, глаза ее на какой-то момент вспыхнули надеждой, но снова погасли.

— Подделка, говоришь? И это, и это тоже, да? — Анна лихорадочно защелкала пультом видео. На экране телевизора замелькали лица девушек, рассказывающих жуткие подробности о той самой теневой стороне модельного бизнеса, которой, по словам Дэна, не было.

Алексей сокрушенно помотал головой:

— Нет, все это, конечно, правда. Если бы Воронцов сфабриковал такое, его в Кащенко следовало бы засадить: до подобного извращения еще додуматься надо.

— Вот именно, — подтвердила Анна. —

Что же мне делать? Будет большая огласка, весь бизнес Дэна, конечно, полетит ко всем чертям, шум поднимется невероятный. А если этого не сделать… Как мне поступить, Леша?

Алексей взял ее руки в свои, мягко сказал:

— Знаешь, я не буду давать тебе советов как юрист, лучше отвечу тебе как друг. Поступай так, как подсказывает тебе твоя совесть, хорошо?

— А как поступил бы ты?

Он помолчал, потом, тщательно взвешивая каждое слово, ответил так прямо, как никогда не говорил с клиентами или в суде:

— Я — мужчина, и мне сложно судить о том, что чувствует женщина, оказавшись в таком положении. Но если бы что-то подобное случилось со мной, я сделал бы все для того, чтобы человек, причинивший боль не только мне, но и сотням других людей, их семьям, их родным получил сполна за содеянное.

Анна выпрямилась и даже улыбнулась уголками губ, хотя глаза у нее оставались холодными.

— Ты прав, — произнесла она спокойно и твердо. — Мои переживания — мелочь по сравнению с тем, что испытали эти несчастные девушки. Я буду бороться и начну с того, что позвоню Воронцову. Пусть все случится уже сегодня. Я должна постараться, чтобы о Дэне Смирнове узнали всю правду.

— Рита, будьте добры, обзвоните всех, с кем у меня на сегодня назначены деловые встречи. Они на сегодня отменяются ввиду веских причин личного плана. Никому меня не беспокоить, — сказал Дэн и повесил трубку. Потом он подошел к окну, рассеянно пробарабанил пальцами по стеклу какой-то неопределенный мотив, задумался. Только вчера они строили с Анной такие прекрасные планы их совместной жизни, но вот она заявила, что' между ними все кончено. Почему? Ведь толком ничего не объяснила. Сказала лишь что-то насчет его совести, которая сама должна дать ответ. Что же такое могло случиться?

То, что Анне стало что-то известно о его теневом бизнесе, ему и в голову не приходило. В конце концов, он сам выбрал эту женщину, потому что инстинктивно чувствовал ее податливость, несмотря на всю внешнюю серьезность и даже суровость. Он сразу понял, как ей не хватает тепла и ласки, а, подарив ей и то и другое, без труда приручил ее.

Все складывалось вполне удачно, несмотря на недавние неприятности, о которых не знал ни один посторонний: кое-кто пустил слушок, что модельное агентство Дэна Смирнова помимо своей основной задачи выполняет и кое-какие другие, между прочим, упоминающиеся в уголовном кодексе. Конечно, это всего лишь слушок, не более того, но все-таки он может создать достаточно проблем и для бизнеса, и для него самого лично.

Его знакомство с Анной, произошедшее совершенно случайно — во всяком случае, он не предпринимал для этого никаких шагов, она сама возникла в его жизни — оказалось как нельзя кстати. О Дэне Смирнове заговорили, а зловредные шепотки тут же умолкли. Оно и понятно: станет ли владелец крупного дома моделей, известный Кутюрье, связываться с блестящей тележурналистикой с большим будущим, умной, внимательной, подмечающей каждую мелочь, да к тому же еще и принципиальной, если у его бизнеса есть теневая сторона? Естественно, ни за что. Анна это сразу же раскусила бы. Так, наверное, подумали все. Все, кроме самого Дэна, который был твердо уверен, что она ни о чем не догадывается. А женись он на ней, она вообще станет для него неплохой ширмой.