Коллапс системы
Шрифт:
А еще надо было выяснить, чем хочет заняться Третий или как заставить его признаться, чего он хочет. Ратти и Арада собирались создать группу для работы над программой восстановления после травмы для освобожденных автостражей. Они и меня хотели пригласить, хотя наверняка понимали, что я не соглашусь.
Я передал им кучу данных об инциденте с памятью, и они собирались поручить доктору Бхарадвадж поработать над этим. Они считали, что для начала информации достаточно.
А еще они хотели, чтобы им помог Третий, но боялись его попросить – вдруг он решит, что это обязательно.
Как и инцидент с моими воспоминаниями. Но я хотя бы знал, что по-прежнему способен выполнять свои обязанности.
Конечно, мне нужно восстановиться после травмы, я просто не хочу разрабатывать программы для других, пока не разберусь с собственными проблемами. Зато теперь я хотя бы понял, что мне нужно. Я даже хотел сообщить об этом доктору Бхарадвадж: не знаю почему, но мне всегда легче разобраться в своих желаниях, когда я просто все ей выкладывал. Я попросил у ГИКа детальное описание, из чего состоит восстановление после травмы, и он прислал мне файл, только я пока не мог себя заставить его открыть.
Но я пытаюсь, ясно?
Я был готов покинуть эту систему. Планеты никогда мне не нравились, а здешние приключения уж точно не изменили отношения.
И я уже решил, на этот раз по-настоящему решил, на каком корабле улечу.
«Ты знаешь, куда мы полетим теперь?» – спросил я ГИКа.
Благодарности
Чтобы эта книга увидела свет, работала целая команда Tor.com, в особенности редакторы Ли Харрис и Ирен Джалло, художники и дизайнеры Кристин Фольтцер, Мэтт Русин, Дезире Фризен, Майкл Даддинг и Джейми Джонс. Спасибо моим агентам Дженнифер Джексон, Майклу Карри и Тройсу Уилсону.
Рассказы
Импульсивное поведение
Не могу сказать, что с тех пор, как я взломал свой модуль контроля, мне расхотелось убивать людей. Просто, начав изучать сервера компании, я обнаружил сотни часов развлекательного контента и подумал: куда торопиться? Убить людей еще успею, когда досмотрю сериал.
Да люди и сами не прочь поубивать друг друга, особенно тут. Ненавижу шахты, добычу на шахтах и людей, работающих на шахтах, но из всех дурацких шахт на моей памяти эту я ненавидел сильнее всего. Только вот люди ненавидели ее еще больше. Мой модуль оценки рисков прогнозировал, что до конца контракта с вероятностью в пятьдесят три процента начнется жестокая резня.
– Эй, придурок, – сказала Элейн, обращаясь к Эйсу. – Ты тут не начальник.
Судя по тому, как эти трое на смотровой площадке грызутся из-за объемов добычи, прогноз, вероятно, еще сильно занижен. Не то чтобы меня это волновало. Я завис на развлекательном канале, смотрел сорок четвертую серию «Расцвета и гибели лунного заповедника» и в фоновом режиме сканировал аудиопоток на предмет ключевых слов. На тот маловероятный случай, если кто-нибудь из людей скажет что-то важное.
– От этих штуковин у меня мурашки, – сказала Секаи, покосившись на меня.
Никто не любит автостражей. Даже
Я не отреагировал. Я стоял в полной броне, с непрозрачным лицевым щитком. А кроме того, девяносто восемь процентов моего внимания занимал эпизод сериала, в котором телохранительницу и лучшую подругу главного юриста колонии погребло под обломками, когда она пыталась спасти транспортный корабль, оказавшийся в ловушке после столкновения. Неужели сценаристы и впрямь ее убьют? Ну что за фигня!
Я даже не понял, что произошло, пока не услышал приглушенный вопль. Я просмотрел видеозапись. Эйс резко повернулся и ненароком задел Секаи, столкнув ее с площадки.
Просто супер! Я поставил сериал на паузу и подключился к дрону-наблюдателю в стволе шахты. Картинку получить не удалось, но я считывал энергетический след от скафандра Секаи. Она ударилась об стену (бедняга) и упала на лопасть в корпусе экстрактора. Гравитация в шахте слабее, поэтому есть вероятность, что от удара она не… Ага, вроде шевелится. Я выделил сигнал ее коммуникатора и услышал сиплое паническое дыхание. До того как лопасти начнут вращаться, а Секаи свалится и сгорит внутри коллекторов, оставалось девяносто секунд.
Казалось бы, разбираться с такими ситуациями – моя работа. Но нет, в мои обязанности входит: 1) не допустить, чтобы работники разворовали имущество компании – от инструментов до одноразовых салфеток из столовой; 2) не допустить, чтобы работники нанесли увечья и/или убили руководство, как бы заманчиво это ни выглядело; и 3) не допустить намеренного причинения работниками вреда друг другу, что может снизить производительность труда. Поэтому в ответ на мой сигнал система жилмодуля велела мне оставаться на месте.
Шахтой руководили жадные, мелочные выродки, поэтому ближайший бот-спасатель находился в двухстах метрах над нами. Система жилмодуля приказала мне оставаться на месте: бот-спасатель 28 вот-вот прибудет. Как раз успеет забрать обугленный кусок мяса, ранее известный как Секаи.
Осознав, что натворил, Эйс издал звук, который плохо восприняли органические части в моей голове. Элейн всхлипывала. Я мог бы наплевать на них и вернуться к сериалу, но мне нравилась телохранительница главного юриста колонии, и не хотелось, чтобы она погибла. Секаи, человек, за которого я формально нес ответственность, тоже скоро умрет.
С тех пор как мой модуль контроля перестал работать, я иногда совершаю странные поступки, даже не знаю почему. Видимо, когда обретаешь свободу воли, после того как всю твою жизнь твоим поведением на девяносто три процента управляли извне, это причудливым образом отражается на способности сдерживать неожиданные порывы. Не успев даже подумать, я шагнул вниз.
Я упал в шахту, оттолкнулся от стены стабилизатора и оказался в колодце с пониженной гравитацией. Я приземлился на кожухе чуть выше Секаи, и тут система жилмодуля отдала моему модулю контроля команду, которая поджарила бы мои неорганические части и мягкую человеческую плоть. Ха-ха!