Колибри

Килина Диана

Я вошла в небольшое помещение с дощатым полом. Перед нами мгновенно вырос работник ресторана, и они с Сашей заговорили, но я не слышала, о чём. В ушах стоял гул от пульсирующей боли в висках – действие алкоголя начало проходить. Когда холодная ладонь коснулась моей руки и потянула меня вглубь зала, я повиновалась, как безвольная кукла.

Нас подвели к круглому столику, накрытому на две персоны у большого окна с видом на озеро. Ночью вдоль берега горели миллионы фонарей, освещая кромку воды, и это поистине захватывающее зрелище. Я сняла пиджак и села на стул, который

любезно отодвинул мой спутник, и тут до меня донеслись обрывки их диалога:

– Merci, c'est un endroit idйal[8], – сказал Саша, и я в удивлении уставилась на него.

– Je vais vous faire un menu. Aimeriez–vous prendre un verre[9]?

Саша перевёл взгляд на меня:

– Ты будешь что–нибудь пить?

– Можно мне воды? – выдавила из себя я, пытаясь изобразить улыбку официанту.

– Apportez de l'eau et une tasse de cafй noir[10], – непринуждённо сказал босс и работник этого, явно мишленовского[11] заведения, удалился.

Я не смогла побороть любопытство:

– Ты знаешь французский?

Он улыбнулся и кивнул. Я не сдержала ответной улыбки.

– Что ты делал в том клубе? – спросила я, а потом фыркнула, – Только не говори, что запустил свои лапы по всей Европе.

– La Petite Palace? – сказал он с идеальным французским прононсом, и я оказалась на краю пропасти, – Нет, это не мой клуб. Я приехал отдохнуть с друзьями.

Он пожал плечами, и расслабленно откинулся на резном кресле. Одну руку он опустил на подлокотник, а второй подпёр подбородок и принялся растирать его большим пальцем. Этот жест вызвал отчётливый флешбэк в памяти, когда мы сидели на террасе кафе в Кадриорге, и пили наш первый совместный кофе.

Он изменился. Сеточка морщин вокруг глаз стала отчётливей, хотя это его не портило. В волосах поблёскивала прежняя седина, но её тоже стало немного больше. Стрижка поменялась, стала короче, от чего волосы непослушно торчали в разные стороны. Зная по себе, такой беспорядок на голове могло вызвать только постоянное нервное взлохмачивание. Я отметила, что он стал крепче и шире, серая рубашка с чёрными пуговицами туго обхватывала его грудь и мощные плечи. Видимо, всерьёз занялся спортом. Я бросила взгляд на его пальцы, медленно поглаживающие подбородок, и невольно подумала, почему он не морщится. Они у него всегда холодные, как ледышки.

– Алиса? – выдернул меня из моих мыслей его голос, – Ты будешь есть?

Я пожала плечами и отрицательно помотала головой. Потом схватилась за материализовавшийся на столе стакан с водой и отпила немного. Жидкость мгновенно просочилась по моему телу, вызывая лёгкую прохладу. В голове потихоньку стал рассеиваться алкогольный туман, и я начала видеть пространство чётче. Саша пристально посмотрел на меня, а потом сказал официанту:

– La femme sera un dessert et cafй latte[12].

– Qu'est–ce que le dessert, vous кtes intйressй[13]? – официант обратился ко мне, но я не поняла ни слова и вскинула брови, бросив Саше многозначительный взгляд.

– Avez–vous une tarte aux pommes[14]? – тот проигнорировал мой призыв о помощи, даже не посмотрев в мою сторону.

– Oui[15].

– Prendre[16], –

сказал Саша с улыбкой.

Официант удалился, и я попыталась сфокусировать глаза на боссовом лице, избегая взгляда на губы. Вышло неважно, и он ухмыльнулся. Потом он вытянул руки и сложил их на столе, переплетая пальцы в замок.

– Итак, – спокойно сказал он и придвинулся ближе.

Он этого движения на меня обрушилась волна его запаха, и я задержала дыхание. Сняв пиджак, я смогла отодвинуть аромат его тела от себя, а теперь он подбирался ко мне, как туман, обволакивая моё слабое сознание.

– Итак, – смогла сказать я, когда меня слегка отпустило.

Не стоило так много пить сегодня. Я точно смогла бы держать себя в руках, если бы не алкоголь. Слабачка.

– Алиса, я никогда не рассказывал тебе о том, что женат. Тебя это интересует?

– Откровенно говоря, меня больше не интересует то, что связано с тобой, – парировала я, слегка осмелев от раздражения, которое стало разгораться внутри меня.

– Тогда, почему ты злишься? – босс улыбнулся и бросил на меня очередной обжигающий взгляд.

– Я не злюсь.

– Алиса, я не слепой, – сказал он, фыркнув, – И я знаю тебя вдоль и поперёк.

– То, что ты меня трахал, ещё не значит, что ты меня знаешь, – пожала плечами я.

Внутри у меня всё просто плавилось от ярости. И от желания.

Саша заржал в голос, а потом выдал:

– Да, ты точно злишься. Ты всегда ругаешься, когда злишься.

В голове мелькнул очередной нелитературный эпитет. Ну, вы поняли.

– Саша, ты попросил час, – как можно спокойнее сказала я, но мой голос всё равно дрогнул, – Строго говоря, ты не попросил, а поставил меня перед фактом – тебе нужен час, чтобы со мной поговорить. Время тикает. Меня ждёт муж.

– Это тот, который оставил тебя, разодетую как шлюху и заведённую до чёртиков, в ночном клубе? – он сжал челюсти.

Если бы я обладала сверхсилой, то бокал, который я держала в своих руках, треснул бы.

– О, ты опять принялся за оскорбления. Как приятно, когда маски сняты, и можно видеть истинную сущность человека, – прошипела я, прищуриваясь.

Саша недовольно рыкнул, а потом выдал длинную тираду:

– Ладно. Да, я не говорил тебе, что женат. Откровенно говоря – я и не должен был, потому что мой брак давно развалился и последние два года до приезда в Таллинн, я занимался разводом. Бывшая жена хотела отсудить у меня всё и забрать ребёнка. И ей почти это удалось.

Я молчала, и смотрела на него во все глаза. Бывшая?

– Когда я познакомился с тобой, мы как раз пришли к соглашению. Я оставляю ей недвижимость в Санкт–Петербурге, половину бизнеса и получаю возможность видеть дочь два раза в месяц. И в августе я уехал именно для того, чтобы подписать это соглашение.

Я усиленно заморгала, и сделала ещё один глоток воды.

– Я знаю, что Серёжа, – продолжил он бесстрастно, – Сказал тебе о дне рождении. Даты совпали чисто случайно. Он ничего не знал о разводе. Я не привык делиться проблемами ни с кем, и всегда справлялся с ними сам.