Колдунья
Шрифт:
— Да, да, верно, это так, приятель, — подтвердил Адольфо. — Тебе бы следовало взглянуть на ее коллекцию.
— Я уверен, что такая, как она, сумеет постоять за себя, — произнес Чако. Он обратил внимание, что у этой молодой женщины была и сила, и быстрота реакции. Она была довольно худой, с хорошими мускулами и широкими плечами, и вообще казалось, что она чувствует себя слишком уверенно, как будто точно знает, чего хочет.
Таких, как она, здесь было немало. Его, например, очень удивила Магдалина, когда прошлой ночью она остановилась у его комнаты. Постучавшись в дверь, она обнажала перед ним
Той ночью его определенно кто-то околдовал, о чем свидетельствовало и то, что на следующий день в кармане своего черного пиджака он обнаружил колдовской мешочек. Он был напичкан ядовитым порошком, зубом змеи и косичкой из волос, некоторые из которых были его собственными. Все содержимое колдовского мешочка могло предназначаться как для того, чтобы околдовать его, так и для того, чтобы причинить ему вред.
Особенно его беспокоила близость ведьмы, раз смогла она засунуть мешочек ему в карман. Неужели она была одной из тех, кого он знал? Неужели она была где-то рядом и он сталкивался с ней плечом к плечу?
Такое подозрение заставляло его внимательней приглядеться к каждой женщине, с которой он общался. Он не думал, что Магдалина, несмотря на то что он дважды, хотя и вежливо, но все же отказался от ее услуг, могла что-то иметь против него. Однако она больше всех в «Блю Скай» знала о колдуньях и ведьмах.
И уже конечно, Фрэнсис Ганнон точно не была ведьмой, он мог поклясться в этом.
Вчера она впервые занималась с ним чтением и письмом. Она объяснила ему алфавит и научила, как правильно произносить несколько простых слов. В то же время она часто смотрела на него, когда думала, что он этого не замечает. Он был красивым и, очевидно, нравился ей, что очень радовало его. С тех пор как он увидел ее в красном платье, она не выходила у него из головы.
Именно из-за Фрэнсис Ганнон Чако отослал Магдалину, не желая пользоваться ее услугами, хотя он не думал, что его шансы сблизиться с владелицей казино слишком уж велики. Даже если Фрэнсис совершенно простила его за убийство мужа, она была недосягаема для такого, как он. Она правильно говорила и была образованной. У нее были такие же манеры, как у любой женщины идальго. Кроме того, Фрэнсис была более открытой, более порядочной и искренней, чем большинство женщин высшего общества.
Она была абсолютной противоположностью этой высокомерной, взбалмошной, пускай и прекрасной, Донье Инес. Интересно, пострадал ли де Аргуэлло или кто-нибудь из слуг за ту обиду, которую он нанес ей, отказавшись от нее.
— Доброе утро, Магдалина. — Приветствие Лаз отвлекло Чако от его размышлений.
Чако присмотрелся к лицу Магдалины и не обнаружил никакого сдерживаемого гнева или злобы. Женщина всех сердечно поприветствовала и села рядом с Лаз и Адольфо. Но, правда, известно, что оборотни имеют всегда два лица.
Лаз посмотрела на индейское одеяло, перекинутое через ее плечо:
— Ты опять была у пуэбло?
— Двоюродная сестра отца дала мне это. Она также собрала немного орлиных и ястребиных перьев. — Она вытащила длинное коричневое перо из-под
— Почему? — спросила Лаз. — Кто-нибудь рассердился на тебя?
Магдалина отрицательно покачала головой:
— Индейцы боятся колдуньи, которая охотится за ними.
Чако сразу же сосредоточился на слове «колдунья».
— Ты слышал об убийстве?-спросила Магдалина.
— Каком убийстве?
Магдалина, посмотрев торжествующе, продолжала:
— Не было ни перестрелки, ни убийства из-за угла. Несколько недель назад молодого парня навахи нашли мертвым в канаве. Его горло было разодрано так, как будто бы это сделало животное, в то время как другие признаки указывали на то, что там орудовал человек. — Затем она понизила голос и сказала:— На земле были оставлены человеческие следы. Но самое страшное, что на теле была сделана надпись рукой, но так, как будто эта надпись была выжжена.
— О, Боже, — пробормотал Адольфо, вытаращив глаза.
У Чако мурашки поползли по коже. Опять он представил себе оборотня. Убийство свидетельствовало о том, что ведьма охотилась и за другими жертвами. Он не был уверен, что ему стало легче от этой мысли.
— А как точно звали человека?
— Его имя? — проговорила Магдалина, посмотрев на него. — Я не знаю его имени, знаю, что он был из северной резервации.
Чако не видел, что общего между убитым парнем и им, кроме индейской крови. Он посмотрел на Магдалину.
— Родственники навахи уверены, что убийца — колдунья, — продолжала она. — Сейчас все в северной резервации боятся ее.
Лаз перебила:
— Но какое это имеет отношение к пуэбло, живущим рядом с Санта-Фе?
— Несколько лет назад они потеряли молодого парня. И убит он был аналогично. Они тоже боятся, — сказала Магдалина, а затем добавила: — Я лишь надеюсь, что они не станут подозревать каждого, кто занимается чем-то другим или живет не с ними, во всяком случае, мне лучше там не появляться. Я слышала, что племена пуэбло на юге сокращают свои поселения до минимума — до пяти или шести человек.
«Чистка», — подумал Чако, он тоже слышал об этом. Люди сходят с ума, думая, что это их соседи вызывают неурожай или чью-либо смерть. Они начинают убивать друг друга, вместо того чтобы прислушаться к словам вождя племени, считавшегося самым мудрым. Они должны здраво поговорить друг с другом. Нельзя все неудачи списывать за счет колдовства.
— О каких колдуньях вы здесь говорите?-вдруг раздался голос Фрэнсис, которая выходила на площадку.
Адольфо сразу же вскочил, увидев ее. Чако этого не сделал, ему были незнакомы правила приличия и умение вести себя с дамами. Она взглянула на него, сев на противоположном конце скамейки.
Магдалина опять начала рассказывать о пуэбло и убийствах.
Фрэнсис было тяжело слышать, что невинные люди страдают от рук собственных же соплеменников. У индейцев и так много проблем с американским правительством, которое преследует их.
Она была на стороне индейцев? Это так не типично для англосаксонки.
— А англосаксонцы верят в существование ведьм?-спросила Магдалина.
Чако вдруг заметил, что несколько поодаль в тени дерева стояла Софи и прислушивалась к разговору.