Кольцо Афродиты
Шрифт:
Напротив, зашагал в сторону Проспекта.
OПИСАНИЕ ПРИРОДЫ ...Следом за Гошей из-за угла вынырнула Гигантская Вставная Челюсть, пожирая все на своем пути, урча, как Вшивин, и чавкая, как Паршивин. Гоша не замечал челюсти, шагал по ночному Городу навстречу...
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
На Проспекте левитировали кришнаиты. Дирижер - Прабху. Димон не леви-тировал - воровал из кришнаитской кассы деньги.
– Димон,- сказал я, обращаясь непосредственно к кузену,-
– Почему ж не лучше?- возмутился Димон.- Очень даже лучше.
– Хуже,- говорю.- В тысячу раз хуже. Перед Филимоном меня покинул? Из криш-наитской кассы воруeшь? С девками спать не умеeшь? И Лена твоя, блядь тупая, уже четвертый месяц беременна? А как водку с нами пить - сразу в кусты?
Кришнаит ебаный.
От этих слов кришнаиты перднули на землю.
– Братья кришнаиты!- воскликнул Прабху, с хрустом почесав яйца.Давайте дадим ему пизды!
– Ему - в смысле мне,- объяснил дуракам я.
И тут же задал деру - потому что начали бить.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ ...Едва Гоша оставил кришнаитов, все еще потрясающих кулаками, как на тех обрушилась Гигантская Вставная Челюсть. Подлец, однако, Димон, умыкнув криш-наитскую кассу, успел скрыться за углом и присоединился к убегающему Гоше...
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
– Там... эта... челюсть,- округляя глаза, сообщил он.
– Слушай,- сказал я,- это не эта касса все пустеет и пустеет?
– Но.
– И до хуя еще,- говорю,- осталось?
– Ну...
– До хуя, до хуя. Не пизди кузену. Пошли в кафе, скот.
В кафе мы заказали литровый графин водки. Распивая его, я заметил Ирину с двухлетней дочкой и инвалидом Кратким. Молодожены кормили девочку водкой с сахаром, а когда та капризничала, центральный нападающий Краткий равномерно ударял девочку клюшкой по голове.
– Ирин,- заметил я,- твоей девочке срочно нужен врач-олигофренолог.
– Инвалид Краткий,- нахмурилась Ирина.- Разберись с подонком.
– "Цыцька" - чемпион!- поспешно сказал я.
Лицо инвалида просветлело, и он, подсев к нам, щелкнул в воздухе пальцами и закричал:
– Эй, кельнер! Еще, пжалста, водки.
Официант, еще болеe брусевший уроженец Кельна, метнулся к нам со свежим графином.
Тут дверь в кафе распахнулась и, клацая зубами (Шоколадный нетерпеливо ждет
появления Гигантской Вставной Челюсти), вошла сухонькая старушка с немецкими чертами лица. То была - без понтов - мамаша Грюнерхут.
– Мамаша Грюнерхут!- заорал кельнер.- Это вы, без понтов?
– С понтом не я,- огрызнулась мамаша.- Пришля я к тепе, синок, тля тофо, шьтоп ти покюшаль.
Тут добрая мамаша, причитая,
коричневого цвета с ароматной мясной подливой, пригоршню кислой капусты и маленькую бутылочку шнапса "Кларер". При виде шнапса кельнер вырвал прямо на инвалида Краткого.
– Мамажа,-weinte er.-Фить это от нифо я утраль ис Кермания.
– Komm zurьck,- сказала мамаша Грюнерхут.- Und zwar sofort.
– Nu jawo na huj,- упорствовал взорвавшийся кельнер.- Es gibt kein "zurьck".
Насат тароки нет!
Всe зааплодировали, кроме облеванного инвалида Краткого, который все еще безуспешно пытался достать кельнера клюшкой.
– Пойдем, Димон,- сказал я.- Тошно мне. Здесь по-русски не говорят.
Мы отобрали у инвалида графинчик водки и пошли к Витьку.
– Стой, Гоша,- взвизгнула мне в спину Ирина и иринулась за нами. Мы с Димоном
прибавили шагу.
ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ ...Не успели эти трое выскочить из кафе, как керамические зубы сомкнулись над
богомерзким заведением. И челюсть помчалась дальше, утробно вопя:
"Цыцька-чемпион!"...
(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)
Возле витькиного дома валялся пьяный Аркадий. Мы с величайшей осторожностью пнули его ногой и, переступив, протопали наверх к Витьку. У Витька
были пацаны - Серега и Пашка. Пашка совершенно слился с Ульянычем, а Серега оголился до такой степени, что всeм стало стыдно, и умственно отстал от нас настолько, что едва виднелся позади.
– Гоша, пидор, ты водку принес?
– Принес,- огрызнулся я и поставил на стол графин.- И ваще, пидором меня больше не называй.
– Пачиму?
– Патаму чьта.
– А звали их просто: Лишай до Короста,- задумчиво начал Серега.
– О чем это ты?
– Так, ваще...
Услышав про водку, Пашка с усилием отлепился от Ульяныча, а Витек от телефона; спустил на прощание воду и подсел к нам. Стали пить.
– А я не буду,- заявил Димон.- Я - кришнаит.
– Ну, так совершай плавные ротации на моем хую,- напыщенно произнес Пашка.
– Вы всe дураки,- сказал я.- А у маво кузена - убеждения.
– Да?- удивился Димон.
– Но.
– Сунь глаз в говно,- парировал Серега.
– Витек,- говорю,- дай мне Железную Руку.
– Эй-эй,- забеспокоился Серега.- Пашка, ты там ближе, ебни его чем-нибудь.
– Да уж ебну,- согласился Пашка.
– А ты его точно ебнешь?
– Уж будьте благонадежны.
Я не стал ждать, пока Пашка меня ебнет, и ебнул его сам. И говорю Димону:
– Ну их на хуй. Пойдем отсюда.