Кольца Мирты
Шрифт:
Он посмотрел на часы и повернулся, увидев, что пора менять компресс. Взяв со столика, который Фил еще утром подтащил к кровати, чистый бинт, Ройс смазал тот приличной порцией вязкой мази и оттянул с одной стороны одеяло. Это плечо не прятала даже тонкая батистовая ткань нательной рубашки. Они с самого начала отрезали от той рукав, вслед за рукавом платья. Так проще было добраться до раны. Он смотрел на эту руку каждый час.
Однако именно сейчас Ройс почему-то замер, глядя на ее кожу.
Синюшность медленно исчезала, сменяясь бледно-розоватой, уже куда более естественной окраской.
Видимо, мастерство Фила как лекаря росло не по дням, а по часам. Раньше Ройс не видел настолько молниеносного эффекта от его припарок и мазей. Но даже не удивление было виновно в его ступоре.
Зря Ройс согласился.
Может, стоит дождаться, пока принцессе станет лучше, и быстро уносить ноги из Мирты? Это малодушно и трусливо. Но остаться — будет просто глупо.
Он осторожно протянул ладонь и легко прикоснулся к ключице. Прошелся пальцами чуть выше, повторяя контур впадинки в основании шеи. Вроде бы говоря себе, что пытается определить жар и нащупать пульс. Только Ройс не выжил бы в своем деле, если бы обманывал самого себя. Он вдруг рассмотрел, насколько тонкая и изящная линия ее шеи, как хрупка Мелинда.
Она была красивой. Очень. Ройс заметил это и утром в кабинете Герцога. Только тогда он смотрел на Мелинду отстраненно. Теперь, после стольких часов проведенных в небольшом замкнутом пространстве рядом с ней, заботясь о принцессе, Ройс ощутил странную и нелепую близость с этой девушкой. Сейчас он осознал, насколько она красива.
Не самое разумное наблюдение.
Приказав разуму прийти в себя, Ройс решительно тряхнул головой и начал разматывать старую повязку. Только все равно не мог не заметить, что касается руки Мелинды чаще, чем это было необходимо в целях перевязки.
Раскаленная пустыня Буадэ! Ему это нравилось… Весьма глупое поведение. Тем более, что с момента его прибытия в Мирту не минуло и суток.
Ройс серьезно разозлился на себя. Но, тем не менее, не позволил раздражению вмешаться в свои действия и аккуратно закончил перевязку.
— Простите, — тихий голос заставил его пальцы дернуться чуть сильнее уже на последнем узелке.
Ройс удивленно поднял голову и встретился глазами с усталым, но удивительно ясным зеленым взглядом. В груди отчего-то появилось какое-то ненужное чувство, подозрительно напоминающее радостное облегчение.
— Что? — переспросил он, не поняв, к чему принцесса извиняется.
— Я не хотела сердить вас, мастер Ройс, — тяжело сглотнув, пояснила она, еще больше сбив Ройса с толку.
— Я не понимаю вас, Ваше Высочество, — совершенно откровенно признался он и подтянул одеяло, укрыв Мелинду до самого подбородка.
— Вы сердиты, — проговорила она так, словно что-то очевидное. Хотя Ройсу казалось, что он ничем не выдал своих внутренних противоречий. Тем более, что принцесса была еще без сознания тогда. — А поскольку больше здесь никого нет, я думаю, что сердитесь вы на меня. Вероятно, это не самое привычное дело для воина вашего уровня — ухаживать за немощной девушкой, — она и правда выглядела виноватой.
Ройс отступил от постели.
— Вы не немощная девушка,
— О, — казалось, она растерялась и даже смутилась. А, может, это зеркало, в отражении которого он наблюдал за Мэл, сбивало Ройса с толку. — Простите, — опять извинилась она, едва не заставив его усмехнуться. — Кажется, я чрезмерно самонадеянна, как самая настоящая царственная особа, — Мелинда скривила забавную виновато-ироничную рожицу.
Ей не стоило быть настолько самокритичной. Серьезно. Это усложняло его работу.
— Здесь никого не было, Ваше Высочество, — честно признался он, так и не обернувшись. — Но я сердился не на вас.
Ройс подошел к столику и принялся наводить порядок среди баночек. Налил в стакан отвар и повернулся к Мелинде с намерением заставить принцессу выпить зелье Фила.
Она лежала, повернув лицо в его сторону, и следила за действиями Ройса, нахмурив брови.
— Если вы и правда сердитесь не на меня, — увидев, что он повернулся, Мелинда опять заговорила. — И здесь больше никого нет, то на кого вы сердитесь, мастер Ройс? — она послушно выпила содержимое стакана, который он прижал к ее губам, даже не спрашивая, что в тот налито. Только немного скривилась под конец.
— На себя, — честно ответил Ройс, все еще не поняв, чем же себя выдал. Умение скрывать все свои эмоции было одним из тех навыков, которые не раз спасали его жизнь.
— О, — вновь повторила принцесса и задумчиво поджала губы.
Он снова не понял ее.
Впрочем, похоже, в этом счет у них был равен. Судя по всему, действия и ответы Ройса так же удивляли Мелинду, как и ее поведение его самого.
— Вам лучше поспать, Ваше Высочество, — спокойно заметил Ройс, больше не комментируя их предыдущую тему. — Организм еще не полностью избавился от сураби. Хотя не могу не признать, что ваше самочувствие и так поражает темпами поправки.
— Знаете, мне кажется, что я уже выспалась, — забавно сведя брови, Мелинда просительно посмотрела на него, словно умоляя не укладывать силой спать.
— Вы были в обмороке, а не спали, Ваше Высочество, — резонно заметил Ройс, отходя к окну.
— Для моего организма это равнозначно, мастер… — она вдруг весело хихикнула, заставив Ройса удивленно обернуться. — Вам не кажется, что это довольно странно — лежать в кровати, насколько я подозреваю, почти обнаженной, наедине с малознакомым мужчиной и церемонно обращаться к вам «мастер», слушая, как вы говорите «Ваше Высочество». Я ощущаю себя одной из тех особ, о которых пишут хроники, как жена Магистра Тирнии, например. Поговаривают, что ей не впервой принимать у себя в спальне незнакомцев. Интересно, она тоже обращается к ним «мастер», а они зовут ее «Ваше сиятельство»? Как думаете? — Мелинда лукаво подмигнула Ройсу.