Кольца Мирты
Шрифт:
Дикое, невероятное ощущение невыносимого горя, отчаяния и такой безумной ярости, что ее кости и внутренности, казалось, крошились и сплющились от чужой боли. Кто может такое испытывать? Как вынести подобные эмоции, не обезумев? Легкие Триши горели гневом и ненавистью, она не могла вдохнуть, а горло распирало от
И это оказалось настолько мучительно, так невыносимо, что и она не могла даже застонать. Тяжело всхлипнула, прикусив губу так, что та треснула. Сжалась, вдавила щеку в стену, пытаясь прояснить расплывшиеся и целиком ослепшие глаза, которые затянуло багровой пеленой, словно сосуды полопали…
— Не нужно! — едва слышно вырвалось сипло сквозь истерзанные губы, как дикая мольба…
К кому? О чем? Улавливала боль стоящих внизу?
И только теперь осознала, что это эмоции не умирающих там, на равнине солдат.
О, нет!
Это все рвало и скручивало изнутри молча идущего между рядами Канцлера, такого невозмутимого, отрешенного и холодного с виду… Который сейчас отчего-то замер посреди равнины. И смотрел не на солдат перед собой, не на тех, кто бездвижимый лежал позади, а куда-то сюда, на стену…
Прямо на задыхающуюся от этой невыносимой боли, скулящую у узкой бойницы Тришу…
И никакие доводы разума о расстоянии, собственной неспособности нормально увидеть и понять, невозможности кому-либо заметить ее саму за защитой камня и на таком удалении, не работали.
Ей стало страшно. Какое-то дикое, почти невыносимое ощущение потерянности, непонимания и отчаяния захлестнули Тришу с головой. И, по сути, уже не контролируя собственные порывы, до крику желая избавиться от этого захлестывающего ее ощущения чужой боли, она сжалась в комок и стала пробираться вниз, расталкивая
Как не скатилась со ступеней? Как живой выбралась?
Она не знала. Трише нужно было добраться до своего темного уголка в таверне и просто все обдумать, хоть как-то понять, что происходит, и почему ее внутренности сейчас скручивает такая мука. Она торопливо побежала по пустым улочкам, скрючившись от почти невыносимой боли внутри, все же надеясь, что та утихнет, стоит ей удалиться от источника… И только краем расплывающегося зрения замечала, что навстречу ей, туда, к городским воротам, неторопливо и уверенно, так, будто бы они здесь всем управляют, собираются группами те самые темные чужаки…
Их становилось все больше, но никто не останавливал бегущую вслепую девушку, наверное, смахивающую сейчас на полоумную. А у Триши не осталось сил, чтобы обдумывать, почему и этих людей окутывает то самое темное марево, как и высокую фигуру Канцлера?..
И только споткнувшись обо что-то на одном из перекрестков, полетев на землю кувырком, она вдруг поняла, что на улицах столицы не осталось ни одного живого стража, похоже. И к этому, наверное, приложили руку те самые чужаки… Видимо, у захватчицы, в самом деле, не было шанса против той силы, которой теперь обладал наставник и советник принца Мартина…
Но ее обуял такой страх в этот момент, когда в темном пятне на камнях дороги Триша распознала кровь, вытекающую из тела одного из стражей, что дальше девушка неслась, не разбирая уже дороги, даже не понимая, что все больше удаляется от харчевни, куда хотела попасть…