Кольца детей Ауле
Шрифт:
– Значит, ты пойдешь туда один, – сказал Фандуил, догадавшись о намерении гнома.
– Да, и приду за вами, как только встречусь с ним. Если и он не уговорит их, тогда мы вместе с ним подумаем, как быть дальше.
– В конце концов, попасть к ним в гости – это не главное, – рассудил бард. – Нам нужны не их угощения, а их кольца.
– Как по-твоему, Горм, сколько времени тебе понадобится? – спросил Фандуил.
– Дня два-три. Раз я назвался посланцем Дарина, сначала я должен буду поговорить с вождем Браином. Сегодня ему доложат обо мне, а завтра он назначит мне время для беседы. Если Коугнир в этом клане, я встречусь с
Фандуил оглянулся и кивнул на лес:
– Здесь неподалеку есть хорошее место для стоянки. Мы с Рамароном подождем тебя там.
Они спустились через лес к ручью и выбрали удобную поляну на ближайшем пригорке. Фандуил и Рамарон стали устраиваться на стоянку, а Горм огляделся по сторонам, чтобы запомнить место, и пошел обратно к воротам. Оставшись вдвоем, они пообедали, затем запасли дров на вечер. Фандуил с удовольствием улегся на траве в тени раскидистого вяза и уставился сквозь листву в безоблачное голубое небо. Ему ничего не стоило проваляться так целый день, наслаждаясь запахами леса, шелестом листвы и щебетанием птиц.
Но такое времяпровождение было не для непоседливого Рамарона. Он попробовал последовать примеру эльфа, поворочался с боку на бок, затем взял лютню, но тут же отложил ее.
– Нет, целый день мне здесь не высидеть – пойду-ка я погуляю по окрестностям, – не успев договорить, он вскочил на ноги и устремился в лес.
– Не уходи далеко, – крикнул ему вслед Фандуил.
Будучи эльфом, он не чувствовал хода времени, особенно в бездельи. Оставшееся до заката время прошло для него как одно затяжное мгновение, наполненное иссякающим жаром позднего лета и лесной прогалиной у ручья. Только когда солнце спустилось за хребет и окрестный лес вдруг разом погрузился в предвечерний сумрак, Фандуил приподнял голову с травы и вышел из блаженного, бездумно-созерцательного состояния.
Сумерки. Пора ужин делать, а Рамарон все еще где-то шляется. Значит, придется начинать самому.
Одним скользящим движением, как это могут только эльфы, он поднялся на ноги. Затем он развел костер, сходил с котелками к ручью за водой и поставил их на огонь. Засыпал крупу, нарвал трав для заварки. Снял один котелок, заварил туда травы, помешал крупу в другом. Снял другой котелок, поставил кашу у костра допревать.
Наступила ночь, безлунная и темная, хотя для глаз Фандуила она означала густые сумерки, не больше. Рамарона не было, и эльф начинал тревожиться. Благодаря Палландо глаза барда теперь видели в темноте не хуже эльфийских, но этого было мало, чтобы не потеряться в лесу.
Фандуил поужинал, все еще надеясь, что Рамарон вернется. Когда приблизилась полночь, он понял, что парня нужно разыскивать. Эльф поставил котелки с ужином у костра, положил в дорожную котомку немного провизии и фляжку с водой. Остальные вещи он спрятал в кусте и прикрыл маскировочным заклинанием. Надев котомку через плечо, он направился по следу Рамарона.
К счастью, этот след мог потерять только слепой. Там, где осторожные ступни эльфа прошли бы по тощей коряге, слегка вдавив ее в раскисшую низинную почву, четкие оттиски башмаков Рамарона уверенно пролегли по черной жиже рядом с корягой. Там, где ноги эльфа раздвинули бы высокую траву – легонько и бережно, чтобы она тут же сомкнулась позади – путь Рамарона отмечала
След вывел Фандуила к Синим горам и повел краем леса вдоль подножия хребта. Парень явно старался идти так, чтобы затем легко найти обратный путь. Вскоре на пути попалась лощина, рассекавшая нижнюю часть хребта и слишком соблазнительная, чтобы не заглянуть в нее. След Рамарона свернул туда и привел Фандуила к полуобвалившемуся входу в заброшенные гномьи шахты. Оглядев землю перед входом, эльф установил, что Рамарон потоптался снаружи, затем вошел внутрь. Оглядев ее внимательнее, он установил, что обратных следов не было.
Воображение Фандуила рассталось с перечнем всевозможных несчастий, подстерегавших беспечного путника в лесу – Рамарон не забрел в болото и не утонул в трясине, не свалился в овраг и не сломал себе шею, не был загрызен лесными хищниками. Но обновленный перечень – заблудиться под землей, быть засыпанным подземным обвалом или пойманным подозрительными гномами – выглядел ничуть не лучше. Мысленно проклиная удивительную способность парня находить беды на свою голову, Фандуил вошел в пещеру.
Любой другой на месте Рамарона к этому времени понял бы, что безнадежно заблудился. В глубине души это понимал и сам Рамарон, но его бесшабашная натура никак не соглашалась с очевидным. Он запоминал каждую развилку от самого входа и только на мгновение отвлекся взглянуть – а что там, в конце того коридора? Вернувшись на перекресток, он уже не мог с уверенностью сказать, из какого прохода пришел сюда, правого или левого.
Ну, подумаешь, не угадал он коридор, выбрал не тот из двух. Никогда не поздно вернуться, и он вернулся, но, похоже, попал на развилку, которую проглядел прежде. Рамарон был уверен, что нашел правильный коридор, когда вдруг вышел в подземный зал, которого еще не встречал на пути. Ох уж эти дурацкие гномьи штольни, где все коридоры похожи один на другой!
Он пошел наугад, надеясь на везение и интуицию. Нельзя сказать, чтобы эти качества никогда не подводили его, но ничего иного просто не приходило ему в голову. Отнюдь не скудное воображение барда не допускало и мысли, что такой отличный парень, как он – не глупый и не уродливый, даже наоборот – может заблудиться среди пятка… нет, пожалуй, десятка подземных коридоров, которые накопали эти гномы. Чтобы представить картину правильно, требовалось помнить и отчетливо осознавать, что гномы жили в Синих горах еще с Первой Эпохи, еще до заселения Казад-Дума, и все это время копали, копали, копали… Воображение Рамарона пока не справлялось с подобными задачами – по молодости оно давало сбои.
Ему казалось, что выход где-то рядом, за ближайшим поворотом. Не за этим, так за следующим. Так… и не за ним тоже – тогда наверняка за тем. Ему надоело под землей, он проголодался, да и Фандуил, наверное, начал беспокоиться. Чтобы скорее выбраться наружу, Рамарон пустился по коридорам впритруску. Следовало бы подумать, что чем быстрее двигаешься не в ту сторону, то быстрее удаляешься от цели, но у Рамарона не было привычки размышлять о подобном невезении. Если о нем размышлять, можно и вообще на месте остаться!