Кольца детей Ауле
Шрифт:
Это были гномы-шахтеры, которые никогда не общались с наземными народами и не знали других языков, кроме собственного. К счастью, еще до истории с кольцами Рамарон выучил у Горма несколько достаточных для объяснения гномьих фраз – «здравствуйте», «до свидания», «спасибо», «извините», «есть», «пить», «петь песни» и кое-что еще. Не растерявшись, он выпалил их все, за исключением «спасибо» и «до свидания».
Вдруг один из гномов указал на его голову, взволнованно говоря что-то. Остальные разом устремились к Рамарону
– Да не крал я этот шлем, не крал! – вскинулся Рамарон, но гномы не слушали его. – Есть у вас кто-нибудь, кто говорит по-нашему – я все ему объясню!
Но гномы не обращали на него никакого внимания, словно он был не больше, чем палкой, на которую надет шлем. Они были всецело поглощены разглядыванием символа и рун на лобной части шлема. Наконец шахтеры поуспокоились, а Рамарон понял, что его не собираются бить. Они взглянули друг на друга.
– Не крал я этот шлем! – повторил он еще раз, стараясь вложить в голос как можно больше убедительности. – Я нашел его, понимаете, на-шел!
Гномы не поняли его, но согласно закивали, а затем один из них сделал жест рукой, во все времена и у всех народов означавший «следуй за мной». Дорога до города оказалась длинной, но Рамарон терпеливо шел в окружении гномов, счастливый уже от того, что она выведет его отсюда. Шахтеры отвели его на рудный склад к пожилому гному, которому объяснили что-то на своем языке, и тот в сопровождении двух гномов повел чужака дальше. Все они были заметно взволнованы, но Рамарон затруднялся определить, насколько они враждебны, и никак не мог решить, является он пленником или только незваным гостем.
Его привели в покои к важному, богато одетому гному. Конвоиры в три голоса, наперебой рассказали ему что-то, затем выпихнули Рамарона вперед. Важный гном скользнул по нему беглым взглядом, затем уставился на его голову, где красовался съехавший набекрень шлем.
– Ты кто такой? – спросил гном, вволю налюбовавшись на шлем. Несмотря на хрипловатый акцент, он неплохо говорил на языке атани.
– Рамарон, – поспешил ответить Рамарон. – Я бард, хожу везде, пою песни.
– Везде… – многозначительно протянул гном. – Наши дальние выработки – это слишком уж везде…
– Я случайно, честное слово, случайно! Там была такая полуобвалившаяся дыра в горе, дай, думаю, зайду взгляну – зашел и заблудился.
– Давно?
– Наверное не меньше суток… если не больше, и все время на ногах. Сам диву даюсь, как меня ноги держат.
– Ты видишь в темноте, – сказал вдруг гном, в отличие от шахтеров заметивший эту ненормальность. – Это колдовство?
Рамарон мгновенно сообразил, что правда не только будет выглядеть неправдоподобнее любой лжи, но и вызовет лавину весьма неудобных вопросов.
– Нет, я такой с рождения. Бывает же, что родятся слепыми – а я
– Да ты уж не полуорк ли будешь?!
– Почему обязательно полуорк?
– Орки видят в темноте.
– Ну и что?! Гномы в ней видят, эльфы вон тоже видят. Почему я не полуэльф? Или не полугном?
Какое-то время гном вникал в запальчивое заявление Рамарона, затем что-то сказал остальным гномам, и они дружно захохотали, все четверо. От смеха они хватались за животы и сгибались пополам, тряся бородами.
– Ну и насмешил ты нас! – отдышался наконец важный гном. – Полугном – надо же такое сказать! Запомни, болван, ни эльфы, ни гномы не портят свою кровь, мешая ее с чужеродной. Это делают только гоблины да орки – не будем говорить о вас, аданах.
– Тоже мне, нашли орка! Да я на орка похож не больше, чем на гнома!
– На тебе шлем, который мог тебе достаться от папаши-орка.
– Вот этот шлем? Я думал, он гномий.
– Может, ты еще думал, что у нас не узнают шлем легендарного воителя Торгрима, который пропал без вести вместе со своим отрядом, когда оборонял клан от орков!
– Но я нашел его уже здесь, под землей!
– Здесь?
– Да, и надел, чтобы защититься от камней. Неужели я стал бы носить на голове это корыто, которое все время на нос сползает!
– Где ты его нашел? – взволнованно подлетел к нему гном, пропустив мимо ушей неподобающие высказывания в адрес легендарного шлема.
– Там, за озером… да мало ли где! – Рамарон безошибочно почувствовал себя хозяином положения. – Я едва держусь на ногах, я умираю с голода, а вы меня расспросами донимаете! Я больше ни слова не скажу, пока меня не накормят!
Эти слова наконец заставили гнома вникнуть в бедственное положение пришельца.
– Ладно, – согласился он, оценивающе глянув на Рамарона. – Сейчас тебя накормят, а пока садись сюда.
Он кивнул на скамью у стола. Рамарон с облегчением плюхнулся на нее, а гном заглянул в соседнюю комнату и что-то прокричал туда. Вскоре оттуда появилась гномиха неопределенного возраста, такая же важная и нарядная, как и позвавший ее гном. Она несла поднос, заставленный мисками, посреди которых красовался вместительный кувшин с пивом.
Содержимое подноса было поставлено перед Рамароном, который жадно принялся за еду. Все это время гном расхаживал по комнате, поглядывал то на гостя, то на шлем и что-то бормотал себе под нос, чтобы облегчить процесс мышления. Когда Рамарон опустошил миски и прикончил пиво в кувшине, гном уселся на скамью по другую сторону стола.
– Ты, говоришь, нашел этот шлем под землей? – вернулся он к прерванному разговору.
– Да, – подтвердил Рамарон. – Пока я там плутал, я набрел на длинный зал, в котором когда-то было сражение. В зале на полу лежало множество скелетов, а среди них был и этот в шлеме.