Когнитивная симфония
Шрифт:
— Не очень большие. Вероятность я не назову, но дойти пешком до города будет непросто. Я пыталась следить за направлением, но ориентиров здесь нет, кроме Финна. И воды у нас тоже нет.
— Немного есть, — пилот показал ей бутылку.
— Уже что-то. Может, пойдём?
Она очень легко отнеслась к тому, что по милости Андрея оказалась в том же положении, в каком был он сам меньше десятка циклов назад. Даже хуже: тогда у него было направление — красная точка на горизонте, сейчас же предполагалось ориентироваться только по Финну, а с
Вздохнув, Андрей отдал ей один из батончиков и сделал первый неуверенный шаг прочь от обрыва. Рюкзака в машине тоже не оказалось, нести бутылку пришлось в руках, и это добавляло ещё одну каплю в его и без того смешанные чувства.
— Почему ваши планетоходы так убого снаряжены? — с лёгким раздражением спросил Андрей и обернулся, бросая последний взгляд на транспорт. — Могли бы и побольше воды положить.
— Ею никто не пользуется, — ответила Ре, проходя мимо. Пилот, опомнившись, догнал её. — Разве что отхлебнуть, когда в горле пересохнет. Никто ведь не ожидал, что кто-то вот так просто возьмёт и покатит в пустыню.
— Ну, давай, скажи, что я вёл себя как идиот, — пробурчал Андрей.
— У твоего поведения были причины. Люди часто забывают об этом, оценивая других. Со стороны всегда кажется, что можно сдержаться в критической ситуации, но это ложное впечатление. Они хотят, чтобы человек в любой ситуации думал правильно, не понимая, что все мы — пленники собственного мозга. Ты и так отлично справился. Кто-нибудь другой просто застрелил бы меня ещё в городе. Или застрелился бы сам.
— Я поэтому и поехал в пустыню, — признался пилот. — Пока вёл машину, всё пытался понять, что мне делать и как. Ну и решил, что ты сумеешь меня убедить. Так и вышло.
— Я рада, что не ошиблась в тебе, — тихо сказала Ре.
— Да? — Андрей снова обернулся. Планетоход по-прежнему призывно светил задними фарами, и стоило больших трудов заставить себя вспомнить, что в нём почти не осталось заряда. Висевший в небе над машиной Финн насмешливо глядел на пилота своим полуприкрытым глазом. — А я вот до сих пор не верю, что снова говорю с тобой, как тогда, до... ну, ты поняла.
— Возьми, — Ре протянула ему жетоны. — Мне доводилось убивать и раньше. Но это первый раз, когда я сожалею о сделанном.
«Как будто это их вернёт» — едва не выдал Андрей, но сдержался и сунул стальные пластинки с именами своего экипажа в карман. Ханне и Рашель уже всё равно. А если он разрушит всё, к чему они с Ре пришли, что это даст? Он хорошо представлял себе возможные варианты — теперь, когда эмоции остыли и окончательно вернулась способность думать правильно. Ре не носила маску и не предавала Андрея. В этом было заключено главное.
Адреналиновая волна лишает человека способности заглянуть в будущее, концентрируя его на настоящем — так уж устроен организм. А очевидные на первый взгляд поступки не всегда верны. Да, Андрей мог бы застрелить Ре, но что
Он не заметил, как закончились камни и под ногами зашелестела фиолетовая поросль.
Ре молчала — может, думала о своём, а может, просто не хотела отвлекать Андрея. Иногда она оборачивалась, сверяя направление по Финну за спиной, Андрей же давно потерялся и просто шагал, пялясь на собственную тень. Только сейчас он обратил внимание на тень от Финна — на Фрейе такого никогда не было, а прошлой ночью он шёл прямо на светило, оставив тень за спиной. Свет гигантской планеты был мягким, голубоватым, тень же — очень резкой, чёрным пятном ложась на кустарник.
Через несколько часов они выпили немного воды — Андрей старался экономить, хотя и понимал, что надолго этого не хватит. У них в запасе три-четыре цикла. Сколько можно пройти за это время? Сколько он проехал в своём безумном ралли по равнинам Клэр? Гнал Андрей за сотню, цифры на спидометре отпечатались в памяти очень чётко. Электромагнитная подвеска позволяла провернуть подобный фокус на бездорожье, тем более что степь тут была ровной, без ям и канав. Значит, километров сорок, не меньше. В нормальных условиях — сутки. Но на Клэр...
— Сколько нам придётся пройти? — спросил пилот, нарушив тишину.
— Пятьдесят с лишним километров, — отозвалась Ре так буднично, будто сообщала текущее время. — Воды хватит, главное — не пройти мимо города.
— Спутниковой связи у вас нет?
— Нет. В городе куда проще поставить одну-единственную вышку, а за его пределами можно обойтись и рацией. У нас запущены только два исследовательских спутника и... — она запнулась, — один оборонный.
Андрей промолчал, хотя мысли опять всколыхнулись. Жетоны Рашель и Ханны будто вспыхнули, обжигая грудь, и пилоту стоило больших усилий заставить себя сдержаться. Однажды он привыкнет, но сейчас... да, они с Ре сумели оставить позади то, что было. Но это внешне. Внутри же отголоски будут раздаваться ещё долго.
Он уже давно потерял счёт шагам — однообразная равнина Клэр ничем не отличалась от той, которую пилот пересекал в первый раз. Наверное, когда-нибудь на этой планете зацветут яблони, но сколько лет придётся ждать? Если бы Архитекторы не нуждались в убежище, Клэр так и осталась бы безжизненной. Всегда проще найти планету с собственной биосферой, чем обживать пустыню, и тем более пытаться поселиться на спутнике.
— Стой, — сказала Ре, и Андрей вздрогнул, выныривая из мыслей. Машинально он взглянул на небо, и на какое-то мгновение пилоту показалось, что время застыло на месте вместе с Финном. — Хватит. Время двадцать ноль-ноль. Лучше отдохнуть и продолжить в следующем цикле.