Когда ты вернешься
Шрифт:
Парень внутри меня хотел раздеть ее, и оттрахать прямо у двери. Но мужчина, который знал, в чем она нуждается, собирался сначала обнять ее, а потом заняться с ней любовью. Я никогда не хотел, чтобы она думала, что для меня это только секс. Она была слишком дорога мне, чтобы относиться к ней как к горячей попке . . . не смотря на то, что ее попка была божественной.
Риз взяла мою шляпу и бросила ее на сидение рядом с нами, затем запустила свои пальцы в мои волосы. Ее поцелуи были похожи на теплый мед, я был чертовски уверен, что смог бы заниматься этим вечно. Мягкие изгибы в моих руках и рот ангела, были намного больше того, что я мог,
Мягкие пухлые губы коснулись моего небритого подбородка, когда она покрывала поцелуями мое лицо.
Ты не побрился, - прошептала она.
Я не ждал тебя.
Мне это нравится. Это сексуально, - пробормотала она, и ее рот вернулся к моему рту.
Это поранит твою кожу, - ответил я, прежде чем углубить поцелуй и утонуть в сладости. Мои руки скользнули под ее рубашку, чтобы прикоснуться к ее горячей коже, и она вздрогнула в моих руках.
Думаю, мне бы понравилось ее немного поранить. Если тот кто сделает это, будет тобой, - сказала она, переместившись на моих коленях и оседлав меня. Ее темные волосы упали на ее плечи, когда она подарила мне застенчивую, сексуальную улыбочку, которая заставила мою кровь кипеть еще сильнее.
Я потянулся наверх и обхватил ее лицо, проводя пальцами по ее щекам.
– Я никогда не смогу причинить боль этой коже. Это будет трагедией.
Она покраснела и наклонилась вперед, прижимая свое лицо к моим рукам.
– Ты нужен мне, - прошептала она. Озорные искорки в ее глазах было все, что мне нужно.
Подними свои руки, - она не стала задавать мне вопросы, и сделала именно так, как я ее просил. Я аккуратно снял с нее рубашку и положил рядом с нами. Рассматривая ее в лифчике, я снова почувствовал себя подростком, который, который впервые увидел женскую грудь. Черт, я скучал по ним.
Я хочу взять их в рот, но для этого мне нужно побриться, - сказал я ей, не в силах сдержать слюни от их вида.
Мэйс, пожалуйста. Я хочу почувствовать твою щетину на моей коже. Мне это нравится. Правда, нравится.
Она собиралась свести меня с ума. Я тоже хотел увидеть свои следы на ее коже. Я в любом случае чувствовал себя виноватым в том, что хотел причинить ей боль, но, услышав, как она умоляет меня об этом, это было сложно игнорировать.
Я дотянулся до ее спины и расстегнул лифчик. Мое сердце сильно забилось в груди, когда я освободил две полные груди. Эти идеальные круглые соски нуждались во мне также, как я нуждался в них.
К черту, я наклонил голову и всосал один в свой рот, лаская его языком. Вздохи и стоны Риз, когда она крепко потянула меня за волосы, подняли мой адреналин на максимальный уровень. Я хотел укусами пройтись вниз и услышать крики удовольствия. Но я не мог. Я никогда не хотел напугать ее или причинить ей боль. Я хотел, чтобы в моих руках она всегда чувствовала себя защищенной и лелеемой.
Я хочу снять с тебя рубашку, - произнесла она тихим стоном.
Я сделаю все, что она захочет. Я выпустил ее сосок изо рта, и в рекордное время сдернул с себя рубашку. Через секунду мой рот вернулся туда, где хотел быть. Ногти Риз нежно спускались вниз по моей груди, и ее ладони накрыли мои грудные мышцы, когда она наклонила спину и прошептала мое имя, так, что я почувствовал себя королем.
Когда-то она боялась этого. Осознание того, что она доверяет мне любить ее и доставлять ей удовольствие, было чем-то, что я никогда не принимал как должное. Когда то она
Она начала раскачивать бедрами, и я едва сдержался, чтобы не вздрогнуть. Мой член был готов вырваться из моих джинсов. То, что молния так сильно давила на него приносило одновременно боль и удовольствие.
Я позволил ее соску вновь покинуть мой рот, чтобы снова завладеть её ртом, и вдохнуть ее сладость. Когда она всхлипнула, я прервал поцелуй и прижался лбом к ее лбу.
– Давай снимем твои джинсы, - сказал я, желая трогать ее везде.
Давай снимем твои, - ответила она с улыбкой, затем отстранилась от меня и встала.
Я смотрел, как она расстегнула свои джинсы и начала медленно выскальзывать из них. Я был в восторге. Моему взору предстали черные атласные трусики, и боль от молнии стала еще хуже. Я дотянулся до своих джинсов и расстегнул их, чтобы дать себе немного облегчения. Но я не спускал глаз с Риз. Она спустила джинсы вниз по своим ножкам и отбросила их в сторону.
Трусики, - сказал я, но прозвучало это как рычание.
Ее личико покраснело, а ее глаза загорелись желанием, когда она быстренько освободилась от них. Теперь она была абсолютно голой. Я хотел ее такую, в моих руках на чертову вечность.
Ты так и не снял свои джинсы, - сказала она, глядя на мои боксеры, которые теперь были в поле ее зрения.
Я занимался этим. Ты отвлекла меня.
Тогда вставай и позволь мне помочь, - ответила она лукаво улыбаясь.
Клянусь, я бы прыгнул со скалы, если бы она меня попросила. Это улыбка могла заставить меня делать все что угодно
Риз
Мэйс встал и мой взгляд скользнул по его рельефному животу, который был настолько тверд, что я не могла держать руки далеко от него.
– Все что ты хочешь, - сказал он, смотря на меня так, словно я была для него целым миром.
Это был Мэйс, которого я знала. Мужчина, которому я доверяла. Человек, который я знала, никогда не причинит мне боль. Я чувствовала вину за то, что раньше сомневалась в нем. До недавнего времени у меня никогда не было безопасных и надежных отношений, и поэтому я не знала, как в них верить. До настоящего времени. Я сократила между нами расстояние и потянула за его уже расстегнутые джинсы, пока не поняла, что на нем по-прежнему были ботинки. Я обожала его ботинки.
– Тебе надо их снять, - напомнила я.
Он ухмыльнулся, наклонился и с легкостью стянул их
– Готово.
Он заставлял меня чувствовать себя так, словно я могла попросить его сделать, что угодно и он сделал бы это. Это была мощной и в тоже время достаточно унизительной эмоцией. Я продолжила стягивать его джинсы, останавливаясь чтобы восхититься его мускулистыми бедрами и идеальными икроножными мышцами. Я встала, разглядывая его боксеры. Мои щеки пылали, когда я прикоснулась к ним и начала их аккуратно стягивать. Я могла слышать прерывистое дыхание Мэйса, и мое тело дрожало от предвкушения. То, что я была так близко к нему — особенно к его пенису — возбуждало меня. Для меня это тоже было мощным чувством. Зная, что ему нравилось, когда я не торопила время, я остановилась и посмотрела на него в тот момент, когда спустила боксеры достаточно для того, чтобы освободить его. Его глаза горели от восторга. Наклонившись, я поцеловала припухшую красную головку.