Когда пришла чума
Шрифт:
Сильная резкая боль заставила меня разжать пальцы. Пистолет упал и тут же рядом возник очередной беглец. Луна осветила его лицо, и я увидел перед собой косматого мужика в фуфайке. У него в руках был еще один металлический прут, кажется, арматура, и он попытался ударить меня по голове. Все бежали, а он остался. Для чего? Наверное, хотел завладеть оружием. Но у меня только гранаты в разгрузке и нож на поясе, до которого я не успевал дотянуться.
С посвистом, полутораметровый кусок арматуру просвистел перед лицом, и я успел уклониться.
Я отступил и он промазал. Совсем чуть-чуть меня не достал, а когда приземлился, то получил удар с левой в нос.
– А-а-а!!! – выронив арматуру и зажимая окровавленный нос ладонями, застонал он, и я нанес второй удар.
Носок ботинка соприкоснулся с челюстью «каратиста» и он рухнул на траву. Рядом валялся мой пистолет и, подобрав его левой рукой, я выстрелил противнику в голову, и она разлетелась на куски. Кровь, мозги и кусочки костей украсили траву, а спустя пару секунд подбежали разведчики и с ними был дядька.
– Как ты!? – закричал он.
– Ничего, - я поморщился, приподнял правую руку и пошевелил пальцами. – Переломов нет. Ушиб.
– Иди к блиндажу.
Кивнув, я нашел автомат, повесил его на плечо и пошел в указанном направлении, а за беглецами началась охота. Их отстреливали, словно зверей, а потом согнали недобитков к минному полю. Причем только один рискнул побежать по минам, и он почти скрылся в лесу. Однако его достал наш снайпер и проблема пленных, которых необходимо перебить, решилась сама собой.
До утра меня не дергали. Поэтому я сидел возле блиндажа и наблюдал за тем, что происходило вокруг.
Летчикам дали возможность починить вторую вертушку, благо, запчасти имелись. Пусть попробуют. Глядишь, успеют скрыться до появления городского отряда. А может и не успеют. Это как повезет.
Пленников, кто сохранил человеческое лицо, инструктировал Чердын. Он поговорил с ними по душам и четверо решили присоединиться к разведчикам, а двое, среди них Жора Петровский, оставались. И, кажется, Чердын их завербовал. По крайней мере, договорился о какой-то явке в городе. Да и пусть. Нас это уже не касалось.
Разведчики формировали транспортную колонну, и старшим Наемник назначил проводника Сапсана. Он хоть и не военный, но мужик тертый и неглупый, должен справиться с поставленной задачей и дотащить до общины трофеи.
Ну, а дядька, получив от летчиков карты и кое-какую информацию, самостоятельно заправил и проверил вертолет. Все в порядке, можно улетать. Но перед этим я подозвал Чердына.
– Слушай, тут такое дело…
Я замялся, и он меня поторопил:
– Да говори уже, времени мало.
– Короче, может так получиться, что когда вы доберетесь до лесной базы, нас там не будет.
– Новое задание дадут? – он человек новый и не понял, что мы собираемся
– Да. Очень опасное.
– И что?
– А то, что землянку нашу можешь обживать. И все, что в ней, возьми себе. Там еще, возможно, девушка будет. Так ты присмотри за ней.
– Подруга твоя? – он улыбнулся.
– Нет. Просто хорошая девушка. Будет жаль, если она пропадет.
– Как ее зовут?
– Евгения.
– Понял тебя, Иван. Не беспокойся, присмотрю за девочкой и вашим имуществом.
– Вот и хорошо.
Мы ударили по рукам, и меня позвал Андрей Иванович. Я подхватил свое оружие, АК-74 с подствольником, новый АКМС и СВД из трофеев, а так же рюкзак с пожитками, и забрался в «восьмерку». Дядька был в кабине пилота и рядом находился только Наемник, который смотрел на спешно загружающих бронетранспортеры и грузовики разведчиков.
– А неплохие трофеи мы напоследок для Кораблева добыли, - улыбаясь, сказал он, подтаскивая к себе пулемет ПКМН с новеньким ночным прицелом. – Как думаешь Иван?
Трофеи, действительно, хорошие. Два полных бензовоза, бронетранспортер, полсотни стволов и боеприпасы, сухпайки, а так же грузовик с припасами, которые охранники отобрали у жителей Тимана. И это не все, поскольку многое пришлось бросить. Тут ведь еще автомобили есть, и трактора, и припасы, которые не успели вывезти в Ухту.
– Да, по трофеям неплохо вышло, - согласился я с Наемником.
Он посмотрел в сторону кабины и окликнул дядьку:
– Вага, когда летим!?
– Сейчас, - отозвался он и запустил движки.
Мой взгляд еще раз скользнул по аэродрому, и я заметил нашу лайку. Она стояла неподалеку и ждала, позову я ее или нет.
– Найда! – окликнул я лайку.
Собака, у которой раньше не было имени, поняла, что обращаются к ней и навострила уши.
– Ко мне! – ударив по колену, я махнул рукой.
Лайка подбежала к вертолету и запрыгнула внутрь.
– Хорошая собака, - я погладил ее по спину и указал на гору шмоток, сброшенных на пол. – Занимай пассажирское место.
Найда улеглась на армейский бушлат и замерла, а затем мы взлетели, и она вела себя на удивление спокойно.
41
В плане двух бывалых авантюристов, Наемника и Ваги, было много слабых мест и много «если». А что если захваченный ими вертолет будет перехвачен «крокодилами» из Ухты? А что если «восьмерку» обнаружат люди полковника Кораблева? А что если, несмотря на запрет улетевшего командира группы, разведчики выйдут на связь с полковником, и место, где приземлится МИ-8, не будет безопасным? А что если не удастся незаметно проникнуть в лагерь военных и вытащить Людмилу, бойцов и припасы? Все эти «если», конечно же, тревожили Вагриных и Наемника. Но они надеялись на удачу, и первый этап прошел достаточно гладко.