Кодекс страсти
Шрифт:
Глава 3
Две недели спустя, в четыре часа дня, Кэролайн, попивая чай, стояла под сводами библиотеки юридической школы Урбана в окружении выпускников школы, преподавателей и нескольких избранных студентов.
Это был День приема у декана – ежегодное мероприятие, устраиваемое ради того, чтобы напомнить выпускникам о традициях школы и дать им возможность неформально пообщаться с преподавателями и друг с другом.
Кэролайн получила приглашение на этот вечер от декана Гриерсона, на которого она произвела
Впрочем, Кэролайн было бы приятнее узнать, что ее письменная работа произвела впечатление на профессора Фрателли. Ей удалось сдать работу с запозданием всего лишь на день по отношению к сроку, и этот факт доставил ей большое удовольствие, но, кажется, ничуть не повлиял на отношение к ней Дэниелa-Разрушителя. Он даже не поднял на нее глаз, когда она подошла к нему после занятий. Она подала ему папку с рукописью, он прорычал что-то неразборчивое и засунул рукопись в свой обшарпанный портфель.
Кэролайн огляделась и увидела по ту сторону зала декана Гриерсона в окружении холеных мужчин среднего возраста. Не иначе как выпускники школы, и декана волнуют их чековые книжки. Кэролайн почувствовала легкое покалывание в затылке. Она медленно обернулась и встретилась взглядом с профессором Фрателли. Он насмешливо смотрел на нее. В туфлях на высоких каблуках она казалась почти одного роста с ним.
Она попыталась отвести взгляд в сторону, но не сумела. «Не будь дурой, – сказала она себе. – Ты ведь не заколдована. Посмотри куда-нибудь в сторону. Например, на декана».
– Профессор Фрателли, – проговорила она напряженным голосом, продолжая смотреть на него в упор.
Дэниела заворожили глаза Кэролайн Фолкнер. В уголках этих темно-голубых глаз притаились улыбчивые морщинки. Он не мог отвести от нее взгляда.
«Скажи что-нибудь», – приказал он себе.
– Мисс Фолкнер, я не ожидал увидеть вас здесь.
– Иначе бы вы не пришли сюда?
Голос Кэролайн был полон сарказма. Она еще шире открыла глаза, удивляясь самой себе. Никогда прежде она не была такой грубой. Профессор Фрателли скривил губы в сардонической ухмылке, которая обычно предшествовала его колкостям. Кэролайн глубоко вздохнула и взяла себя в руки.
– Нет, мисс Фолкнер, я все равно пришел бы. Прием у декана – обязательное мероприятие.
– Дэниел! Мисс Фолкнер! – прозвучал басистый голос декана. – Я хочу, чтобы вы познакомились с нашими выпускниками, которые не испугались погоды и приехали сегодня в Северную Филадельфию. – Он обратился к джентльмену в костюме из ткани в тонкую полоску. – Дэниел – наша звезда. Он только что закончил правку хрестоматии по заключению договоров и, в конце концов, выступит на конференции по защите прав на недвижимость.
Кэролайн заметила, что Дэниел Фрателли смотpeл на декана и двух выпускников так же свирепо, как на своих первокурсников. «Вот невежа! – подумала она. – Он готов нагрубить кому угодно, независимо от статуса человека и его доходов».
– А это –
Кэролайн и Марк Штайнер улыбнулись друг другу. – Днем я работал клерком у Вулворта, а вечером посещал занятия. – У Штайнера были приятный голос и открытая улыбка. – Я все это хорошо помню. У вас никогда не было ощущения, что между веками нужно вставить зубочистки, чтобы глаза не закрывались?
Кэролайн засмеялась:
– Признаюсь, что сон – это роскошь. Я всегда жду воскресенья, чтобы выспаться как следует.
– Я тоже помню эти воскресенья, – сказал Штайнер. – Полчаса на чтение газет, и затем – изучение сборников показательных случаев.
– Как приятно сознавать, что это можно пережить.
Кэролайн смотрела на Марка Штайнера, но ее затылок жгло, будто там был сфокусирован луч лазера. Дэниел Фрателли стоял сбоку и чуть позади нее. Она слегка покрутила головой. Смешно. Этот человек вовсе не смотрел на нее. Она просто слегка спятила, наверное, от перенапряжения на занятиях.
– Конечно, это можно пережить, – пробасил декан. – Кэролайн, вы говорите об этом так, будто юридическая школа Урбана – форпост испанской инквизиции.
Какой-то бесенок заставил Кэролайн сказать:
– Вы знаете, декан, некоторые профессора очень напоминают Торквемаду.
Она не смотрела на профессора Дэниела Фрателли. Она и без этого чувствовала, что он закипает.
– Некоторые профессора стараются создать на занятиях атмосферу соревнования, в которой оказываются начинающие юристы, покинув школу. Зверь кусает зверя. Выживает сильнейший, – произнес Фрателли с хрипотцой.
Он приблизился к Кэролайн почти вплотную, и она увидела на его лице легкую улыбку.
– Интересная аналогия, профессор Фрателли, ответила она, подняв голову и расправив плечи. – Я думала, что мы говорим о законе как предмете изучения, но, кажется, вы проповедуете закон джунглей.
– Приятно видеть, что студент может на равных спорить с профессором, как это было принято у нас в Гарварде, – сказал декан Гриерсон с гаснущей улыбкой. – Штайнер, я вижу профессора Гранта. Вы помните его? Должны помнить: он ведет курс защиты права. Уверен, что он не прочь встретиться с вами.
И без лишних слов декан проворно увел адвоката по недвижимости на встречу с профессором.
– Вряд ли декану понравился наш обмен мнениями, профессор, – сказала Кэролайн.
– Не знаю, – улыбнулся ей в ответ Дэниел. – Это дало ему возможность упомянуть о Гарварде. Он обожает говорить об этом.
Кэролайн почти не слышала его. Она была очарована его улыбкой, как бы приглашавшей ее разделить с ним его искреннее веселье. Кэролайн была вовлечена в силовое поле, порожденное этой улыбкой, и даже не заметила, как начала улыбаться в ответ. Это был инстинктивный отклик.