Кодекс Императора V

Сапфир Олег

— Это такой удар по моей репутации, — склонила голову королева. — По факту я теперь беспомощна. А у этой выскочки куда больше власти, чем у меня!

— Мы это исправим, — процедил Николаос Мегали.

От двойника Ариадны возникло столько проблем, что он уже был готов собственноручно ее прикончить. Только вот ни один убийца, отправленный в Российскую империю по ее душу, так и не вернулся. И фальшивая Ариадна продолжает подписывать важные бумаги от лица греческой короны. И почему-то их принимают в других странах куда охотнее, чем настоящие!

А

все почему? Потому что она подписывала только то, что было выгодно принимающей стороне. И вместе с выгодой многим знатным людям и правителям приходилось тем самым подтверждать ее личность.

Мир уже не понимает, какая из греческих королев настоящая… И Николаос Мегали понятия не имел, что с этим делать. Как и советники, планы которых по восстановлению репутации настоящей королевы проваливались раз за разом.

— Как мы это исправим? — королева подошла к окну, откуда открывался замечательный вид на город, который ее сейчас совсем не радовал. — Меня больше не признают, не приглашают на приемы. Я оказалась в полной изоляции!

Николаос Мегали понимал недовольство своей супруги, но прямо сейчас не мог решить эту проблему.

— Когда мы победим в войне, все станет очевидно для всего мира, — твердым тоном заявил король.

Внезапно в дверь постучали, и Николаос Мегали разрешил войти одному из своих советников. Высокий краснощекий мужчина принес важные сведения от разведки:

— Ваше Величество, — поклонился он. — Российская империя отличилась в Сирийском королевстве.

— Так, слушаю, — Николаос Мегали скрестил руки на груди.

Он надеялся, что в докладе будет хоть какой-то крючок, за который смогут зацепиться и греки. В конце концов, Российская империя не сможет долго воевать на несколько фронтов. И если у них начнется конфликт еще и с Сирией — это будет грекам только на руку.

— Сирийский принц взял в плен около сотни имперских аристократов после того, как они пытались устроить переворот. Некоторые и вовсе были замешаны в шпионаже, — ровным тоном начал советник. — Король Ази Карим Аль-Шамс хотел их казнить, о чем и сообщил Дмитрию Романову на переговорах. Но вместо того, чтобы принести извинения за действия своих людей, Российская империя объявила Сирийскому королевству войну. И сразу же захватила их дворец.

Услышав это, у Николаоса Мегали вытянулось лицо. Слишком быстро все произошло.

Но удивление быстро сменилось гневом.

— Да этот император совсем оборзел! — злостно воскликнул король. — Дмитрий опасен для общества! Его нужно либо ликвидировать, либо закрыть в самой глубокой темнице. Почему все остальные этого не видят?!

Королева молчала, продолжая с поникшим видом смотреть в окно. А советник не сразу собрался с мыслями. Ситуация действительно была сложной.

Но вдруг из-за одной из колонн раздался голос:

— Наверное, это из-за того, что весь мир видит, что бывает с теми, кто посмеет открыть рот в сторону Российской империи.

— Кто это? — спросил советник,

стараясь сохранять самообладание.

Николаос Мегали поднялся со своего места.

Из-за колонны вышла девушка во всем черном. Создавалось впечатление, что она сама состояла из тени. А в руках она держала огромный топор.

Николаос Мегали тотчас понял, что враг находится так близко. И быстро отошел от шока.

На груди короля висел защитный артефакт. Мгновенно активируя его, он выстроил вокруг себя особую защиту.

— Объявляю этот дворец закрытым на ремонт! — усмехнулась тень и ударила топором по колонне.

Она разлетелась мелкими осколками.

— Портальщик! — позвал он. — Незримые!

Даже у короля Греции был свой мастер порталов, но он использовал его исключительно ради обеспечения полной безопасности своей семьи.

Дверь кабинета тотчас отворилась, и сюда вбежали воины. Но тень исчезла…

Позади Николаоса Мегали открылся портал, и он быстро вместе с женой переместился в специальное безопасное место, находящееся на другом конце города.

Там уже были предупреждены, и короля с королевой встретили верные люди.

Николаос Мегали был весь на нервах, пока разведчик не явился к нему с докладом.

— Ваше Величество, бой во дворце закончился. Тень смогла улизнуть. Помимо нее, там были и другие. Но поскольку они все выглядят одинаково, точного количества мы определить не смогли. Точно больше десяти.

— Последствия? — Николаос Мегали поднял свой взгляд на разведчика.

— Около двадцати процентов дворца разрушено. Необходим срочный ремонт.

— Как они вообще смогли проникнуть?

Ведь во дворце стояла самая совершенная защита из возможных! А потому Николаос Мегали никак не мог понять, какой лазейкой воспользовались имперские тени?

— Мы еще выясняем. Но вас точно не убили бы. Ваша защита способна выдержать любой удар, — ответил разведчик. — Но репутационные потери будут серьезные.

Вторжение во дворец не удастся скрыть от остального мира… Слишком много свидетелей и в самом дворце, и вне его.

— Нужно им ответить. Но как? — задумался Николаос Мегали.

С кораблями у Греции одни промашки, и прежний план себя не оправдал.

— Ваше Величество, я передам ваш запрос аналитикам, — кивнул разведчик. Ведь он сам никак не мог ответить на столь сложный вопрос, над которым даже король ломает голову столько времени.

Надо придумать что-то новое, пока у Греции осталась хоть какая-то репутация.

* * *

Сидя в своем автомобиле по пути на важное мероприятие, я мысленно подводил результаты.

В принципе казна Российской империи хорошо пополнилась, когда мы взяли у сирийцев компенсацию золотом. Правда, казна во дворце была не особо большая. У них разбросаны разные тайники в скалах и самой пустыне, во избежание полного разграбления. Таких схронов очень много, и мне пока не было надобности их искать.