Кодекс чести

Жуков Вячеслав Владимирович

Этот его приход оказался неожиданным для Инны. Был поздний вечер. Спать не хотелось, Инна сидела перед телевизором, когда в двери раздался звонок. Прежде, чем открыть, она посмотрела в глазок и увидела Олега. Олег стоял и улыбался, терпеливо дожидаясь, пока она откроет дверь.

– Не хочешь пускать? У тебя кто-то есть? – спросил он, с порога пытаясь заглянуть в квартиру. Причем, вел себя довольно настороженно, хотя Инна, обрадовавшись его приходу, не обратила внимания на эту его настороженность.

– Что ты? Никого у меня нет. Просто твой приход настолько неожиданный.

Я уже собиралась лечь спать, – соврала женщина. Олег поцеловал ее в щечку.

– Значит, мы ляжем вместе, – сказал он, легонько хлопнув ее по упругой заднице.

– Олег, ну перестань, – нарочно закапризничала Инна. – Такие у тебя манеры. Ты, наверное, всех женщин хлопаешь по попам? – спросила она.

Он засмеялся.

– Нет, не всех, а только тех, мимо которых не могу пройти равнодушно. А потом, знаешь, у тебя замечательная попа. Рука так прямо сама и тянется к ней. Что, не веришь?

Инне было приятно слышать такое, хотя в словах любовника она находила некоторую пошлость.

– Ужинать будешь? – спросила она, приглядываясь и замечая на его лице бледность.

– Что ты на меня так смотришь? – улыбнулся Олег, он стоял, развернувшись к ней полу боком, не показывая левое плечо. Там, на лестничной площадке, когда она увидела его, не придала значения, хотя стоял он тоже так. А тут, при ярком свете она глянула и увидела, что пиджак на его левом плече испачкан кровью.

Инна переменилась в лице.

– Олег, что это такое? – она указала подрагивающим пальцем на кровь.

– Это? Да так, небольшая царапина. Хулиганы приставали к девушке. Пришлось вмешаться. В результате получил вот что, – он повернулся плечом. – Кстати, ты говорила, что раньше работала медсестрой в хирургии?

Инна кивнула.

– Так может, ты мне обработаешь рану? – попросил Олег, снимая пиджак. – Только тебе я спокойно могу доверить свое бренное тело, – пошутил он.

Осмотрев рану, Инна попыталась убедить любовника, что тому лучше бы обратиться в больницу, но Олег отказался. Пытался отшутиться, а на предупреждение Инны о том, что будет больно, пообещал потерпеть. И надо сказать, вел себя молодцом, хотя Инна знала, каких усилий стоит ему вытерпеть и не закричать, пока она обрабатывала ему рану.

В эту ночь любовью они не занимались. Видно Олегу из-за раны было не до этого, а сама Инна напрашиваться не стала. Самолюбие не позволило.

* * *

Утром их разбудил звонок. Спросонок, Инна сначала не поняла, телефон ли это звонит, или кто-то звонит в дверь. Открыв глаза, первым делом посмотрела на часы.

Было уже начало двенадцатого. Хорошенькое себе начало нового дня, и начинается оно с нежданного визита. Она посмотрела на Олега. Вот толстокожий человек. Спит и хоть бы что. Ну неужели не слышит? С этим мириться Инна не могла, и легонько толкнув Олега, сказала:

– Олег, кто-то пришел? Звонит в дверь. Слышешь?

Рязанцев открыл глаза.

– Кто, это, может быть? – спросил он, прислушиваясь к звонкам, которые начинали раздражать не только Инну, но и его. – Ты кого-нибудь ждешь?

– Я не знаю. И не жду никого. – Инна

встала. Привычка спать голой, сохранилась у нее с тех самых пор, как она вышла замуж. И теперь Инна не стала изменять ей. Но выходить в прихожую в таком виде не решилась, накинула халат, запахнувшись в который, подпоясалась пояском.

– Неужели родители приехали? – гадая по поводу неожиданного визита, проговорила она. – Они у меня в другом городе живут. Недавно мать звонила, сказала, что как-нибудь приедут.

Рязанцев упал на постель, посчитав, что ему в таком случаи вставать не стоит. И простонал:

– Только твоих родителей нам и не хватало сейчас.

Инна взглянула на него сердито, но ничего не сказала, пошла в прихожую. Открыла дверь и, растерялась, увидев майора Туманова и черноглазого Грека. С ними она познакомилась, когда они возили ее в морг на опознание тела мужа. Тогда особенно вопросами не докучали. Общение свелось к чисто формальной беседе. Но что им нужно на этот раз.

Поздоровавшись, Туманов вежливо спросил ее:

– Инна Николавна, вы узнаете нас? Я – майор Туманов. А это, – кивнул Федор на рядом стоящего Грека, который как завороженный уставился на большой вырез, откуда виднелась часть груди женщины, – капитан Греков.

Грек слегка кивнул, но глаза от выреза не отвел. И заметив это чрезмерное любопытство, Инна вздохнула. У всех мужиков при виде обнаженной части женского тела, возникает одно и тоже же желание. Какое, она додумывать не стала, спросила, что нужно оперативникам.

Услышав, кто пришел, Рязанцев вскочил с постели, схватил брюки и рубашку, висевшие на спинке стула и шмыгнул за дверь, мысленно умоляя эту дуру не впускать ментов. Какого черта им тут надо? Вряд ли, чтобы они узнали, что он здесь, отсиживается у дуры Инки. Иначе бы не стали сюсюкаться с ней, сразу бы вломились и пошли шарить по комнатам. Но если они пришли не за ним, тогда зачем? Что сыскарей привело сюда?

Быстро натянув брюки и одев рубашку, Рязанцев теперь проклинал себя за то, что вчера, придя к Инке, снял пиджак и вывернув его подкладкой наружу, повесил на вешалку. Его пистолет остался в наружном правом боковом кармане. А еще не известно, что произойдет дальше, но пистолет мог бы ему пригодиться. Теперь остается только одно: если что, не ждать, пока на него наденут наручники, а сразу прыгать в окно.

Он глянул в окно. Спальная комната выходила окном в противоположную от подъезда сторону дома. И внизу под окном никого из ментов не было, а второй этаж, это не пятый, если правильно прыгнуть. А ради спасения собственной жизни, стоит постараться и прыгнуть правильно.

– Инна Николавна, нам с вами надо поговорить, – сказал майор, открыто напрашиваясь, на приглашение войти.

Сердце у Олега Рязанцева замерло. Ну что стоило этой дуре, сказать «нет». Придумать что-то навроде того, что сейчас она занята, больна. Да мало ли что можно придумать, было бы желание. Но дура Инка поступила иначе. И Олег тихонечко вздохнул. Оказывается, иметь тупоголовую любовницу не всегда хорошо. И вот тому пример. Не хватало ему засыпаться из-за этой дуры.