Кодекс «Альтмана»
Шрифт:
— Если что-нибудь стрясется, я ничего об этом не знаю.
— Естественно. Я тоже.
Ободренный успехом, МакДермид дал отбой и остался сидеть на ящике, размышляя о новых доходах, которые могла принести ему русская шпионка. Все зависело от того, что она предложит, но в конечном итоге МакДермид надеялся на миллиардные прибыли.
Услышав, как щелкнул замок, Рэнди наклонилась, чтобы надеть сандалии, и тихо зашептала, повернувшись к Джону так, чтобы ее голос не был слышен у двери за углом:
— Джон? Я вытащу тебя отсюда.
— Конечно, слышу. Я, знаешь ли, не глухой. Во всяком случае — пока. — Губы Смита распухли, и его речь казалась невнятной. В его голосе звучала болезненная нотка. — Отличная работа. Я потрясен.
Рэнди ощутила облегчение, смешанное с досадой:
— Черт побери, все это время ты находился в сознании.
— Не все, а только часть. — Смит попытался приподнять лицо.
Рэнди приложила палец к губам и покачала головой, веля Смиту не двигаться. Она поднялась на ноги и обошла пустую комнату. Она осмотрела пол, стены и потолок, словно разыскивая другой выход. На самом деле Рэнди ожидала найти подслушивающие устройства и видеокамеры, но камер в комнате не оказалось, а отсутствие свежих заплат на стенах подсказывало ей, что здесь нет и «жучков». Стены были голые, в помещении не было никакой мебели, кроме двух кресел. Рэнди не могла сказать точно, что здесь нет микрофонов, но видеокамер не было наверняка.
Она вернулась к своему креслу и чуть слышно произнесла:
— Они не могут нас видеть, и я не нашла микрофонов, но на всякий случай давай говорить как можно тише. Ты слышал разговор?
— Большую часть. Выдать меня — это была отличная мысль, вероятно, единственная версия, которой они могли поверить. Эпизод с русской шпионкой был просто великолепен. Крестьянка, которая рыдает и ползает на брюхе, также удалась тебе на славу. Я и не догадывался, что у тебя такой талант к перевоплощению.
— Твои похвалы греют мне душу, но мы по-прежнему взаперти. Если ты не хочешь, чтобы тебя замучили до смерти, нам нужно подумать, как поступить, когда они вернутся.
— Пока ты разыгрывала спектакль, у меня было достаточно времени для размышлений. Что тебе известно о рослом громиле с необычными волосами?
— О Фэн Дуне?
— Да, я знаю его под этим же именем.
— Он из Шанхая. Бывший военный, наемник и искатель приключений. В настоящее время он оказывает силовую поддержку состоятельным бизнесменам.
— Откуда у него такие волосы?
— Среди китайцев-хань немало рыжих — вероятно, они унаследовали эту особенность от одного из национальных меньшинств, которые были ассимилированы столетия назад. Могу предположить, что белые пряди — это первые признаки старения. Теперь твоя очередь. Что ты надумал, пока я ползала по грязному полу, спасая твою жизнь? Как нам выбраться отсюда?
— Мы внезапно набросимся на них и убежим.
Предложение Смита показалось Рэнди столь нелепым, что она утратила дар речи.
— Ты шутишь?
— Подумай сама. — С каждой минутой Смиту становилось все больнее шевелить разбитыми губами. — Что еще мы знаем о противнике? Мы видели четверых, но, может быть, за дверью поджидают и другие?
— Меня
— Нет, знаем. По крайней мере я знаю. Я внимательно слушал и, хотя мне тоже завязали глаза, сумел кое-что определить. Сейчас утро, возможно, позднее. Я слышал крики торговцев, гудки и свист кораблей в порту. Вдобавок я, кажется, уловил подземный гул, как будто поблизости проходит линия метро. Я думаю, что мы вновь оказались в районе Ваньчай, где-нибудь на задворках неподалеку от порта.
— Судя по виду этой комнаты, мы находимся в старом здании, — подхватила Рэнди. — Вероятно, здесь только одна лестница — единственный путь наружу.
Джон кивнул:
— Ты права, и это означает, что мы можем рассчитывать только на внезапность. Ты сумеешь справиться с МакДермидом?
— Одной левой.
— Уж лучше действуй обеими руками. Так будет надежнее и быстрее.
— Считай, что МакДермид обезврежен. Нам нужно выбраться отсюда со всей возможной скоростью — до того, как остальные сообразят, что произошло. Ты сможешь бежать? Тебя серьезно обработали.
— Мне уже лучше. К счастью, у меня ничто не сломано, и к нужному моменту я соберу все силы в кулак. Страх смерти — мощный стимул.
Рэнди внимательно осмотрела его и кивнула. В глазах Смита горел хорошо знакомый ей упрямый огонек.
— Ты медик, тебе виднее.
— Развяжи меня, но оставь веревки на месте, чтобы казалось, будто бы я по-прежнему приторочен к креслу.
Рэнди распутала узлы, проворно двигая пальцами.
Пока она трудилась, Джон наставлял ее:
— Они станут задавать вопросы о твоих русских связях. Какие у тебя цели. Что хочет купить твой торговец оружием, что у него есть на продажу... и так далее. Ты должна полностью приковать к себе их внимание. Особенно внимание Фэна.
Рэнди оставила веревки переплетенными, отчего казалось, что они туго натянуты:
— Благодарю за совет. Сама я нипочем не догадалась бы об этом.
Смит не обратил внимания на ее сарказм.
— Разумеется, у Фэна есть оружие. Я хочу неожиданно оглушить его, нанеся удар сбоку...
— Ты должен свалить его с первой попытки.
— Знаю. Я...
Они услышали звук ключа, поворачиваемого в замке. Джон мгновенно ссутулился в кресле, стараясь не сдвинуть с места нейлоновые веревки. Рэнди уселась в другое, приняв небрежную позу, готовая заключить сделку с МакДермидом, если будет предложена подходящая цена.
МакДермид появился первым. Следом за ним неторопливо шагал Фэн. На его лице читались подозрение и недовольство. Ему не нравилось, как МакДермид обошелся с русской. Ему были безразличны деловые интересы американца, вдобавок он не доверял Рэнди. Ее легенда выглядела слишком правдоподобной. От нее до сих пор не потребовали доказательств того, что она именно тот человек, которым себя называет, и Фэн собирался исправить эту оплошность.
Джон следил за Фэном из-под прикрытых век. Он заметил вопросительное выражение на его лице. Китаец был занят собственными мыслями, но не спускал со Смита глаз.