Кобра

Сильвен Доминик

Здание лаборатории «Коронида» - пять этажей из светлого камня в стиле а-ла Османн - вполне вписывалось в авеню Фридланд, хотя, если внимательно вглядеться, становилось ясно, что перед вами настоящий блокгауз. Алекс Брюс имел возможность убедиться, что «Коронида» охраняется не менее тщательно, чем, скажем, банк. Ему пришлось долго ждать в беломраморном холле под бдительным оком наголо стриженного охранника с мощной мускулатурой. Чуть дальше, за будкой с инфракрасным излучением, сидел

еще один, такого же вида здоровяк. Солидное заведение, подумал Брюс, заставляя себя набраться терпения.

– Вы по какому поводу, инспектор?

Вышедший к нему человек был в темно-сером костюме, бледно-розовой рубашке, без галстука, говорил он с итальянским акцентом, и за плечами у него было лет тридцать пять суматошной жизни. Темные вьющиеся волосы, приятное лицо, светлые глаза и едва заметный шрам на левой щеке. Зубы белые, но один резец не устоял под ударом кулака или какого-то тупого предмета, полученным однажды недобрым вечером. Малый, по-видимому, боялся зубных врачей или считал, что этот небольшой дефект лишь добавляет ему привлекательности.

– Майор Александр Брюс, криминальная полиция. Мне бы хотелось повидать Жюстена Лепека или Марко Ферензи.

Брюс нашел структурную схему «Корониды» в кабинете Поля Дарка, где царил безупречный порядок. Лепек и Ферензи заправляли текущими делами фармацевтической лаборатории. Что касается самого Поля Дарка, то он тоже, до того как над ним замаячила фигура с косой, а на лице обозначилась безумная улыбка, владел акциями предприятия и занимал третье место в иерархии людей, руководивших работой ста восьмидесяти других людей, из которых более сорока процентов были исследователями.

– Мое имя Федерико Андрованди. Я шурин Марко Ферензи и начальник службы безопасности. Надеюсь, ничего серьезного не произошло?

– Если вы не возражаете, я поговорю об этом непосредственно с вашим начальством, - ответил Брюс и протянул удостоверение.

Человек, назвавшийся Федерико, неспешно изучал его - похоже, холодный лик Республики, перечеркнутый красными буквами, составлявшими слово полиция, произвел на него сильное эстетическое впечатление.

– Вы увидите их обоих сразу, майор, - улыбнулся Андрованди.
– И даже четверых, поскольку Марко и Жюстен сегодня здесь с женами - Дани и моей младшей сестрой Карлой. Они собираются идти обедать. Вы явились кстати. Или некстати. Как уж они к этому отнесутся.

Брюс не ответил на улыбку итальянца. Он задумался над тем, почему родство с одним из патронов давало право начальнику службы безопасности болтать с посетителями, словно консьержу.

Кабинет, куда Андрованди проводил Брюса, был похож на место пребывания человека, который ни в чем себе не отказывал или же проводил больше времени на работе, чем дома. Роскошное гнездышко с великолепным видом на Эйфелеву башню. При этом возникало чувство, что привыкнуть ко всему этому можно за одну минуту. Широкий диван, бар с хромированной кофеваркой и напитками, каких только душа пожелает, много бамбукового дерева, стеклянная перегородка, за которой располагался гимнастический зал с сауной.

Большая хрустальная ваза с тропическими фруктами красовалась на столе красного дерева в ожидании момента, когда хозяин пожелает ими насладиться. Он или кто-то другой выбрал из нее все бананы и, съев, оставил шкурки на столе. Они уже успели покрыться темными пятнами и увять.

Сбросив с себя легкое утреннее оцепенение, Брюс ощущал, что его взгляд уподобился лучу лазера, а кожа приобрела особую чувствительность. Отопление в кабинете работало превосходно: вас нежно окутывало что-то теплое и восточное. Слух у Брюса тоже обострился. По кабинету распространялись легкие приятные звуки: телевизор с плоским экраном чуть слышно передавал тринадцатичасовые новости канала «Франс-2». В эту минуту внимание присутствующих было сосредоточено отнюдь не на начальнике службы безопасности, пытавшемся представить Брюса, - его никто не слушал, - а на блондинке лет тридцати с красивыми полноватыми ногами. Младшая сестра Федерико Андрованди. В желтом платье с глубоким вырезом, открывавшим спину до талии, Карла Ферензи громко разговаривала с тремя собеседниками: мужчиной лет пятидесяти, в халате, с босыми ногами, чьи волнистые седые волосы резко контрастировали с багровым лицом, другим мужчиной, загорелым и элегантным, по-видимому разменявшим четвертый десяток, и женщиной неопределенного возраста с черными, крашеными, но красивыми волосами. Державшая, как и все остальные, бокал шампанского, Карла Ферензи производила впечатление человека очень уверенного в себе.

Федерико направился к человеку в безупречном темном костюме и белой рубашке без галстука и что-то сказал ему на ухо. Стоящий рядом компаньон выглядел нелепо, и не только из-за халата. Брюс готов был держать пари: элегантного зовут Марко Ферензи. Так и оказалось. Брюс различил едва уловимый акцент, когда тот проговорил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– К нам майор Брюс из криминальной полиции.

Тут он встал и протянул руку для решительного рукопожатия:

– Прошу вас, входите.

Радостное оживление Карлы, вызванное алкоголем, сменилось тревогой. Другая женщина, без сомнения Дани Лепек, сохраняла олимпийское спокойствие. У нее было породистое лицо; по ее внешности без труда можно было догадаться, что в прошлом она манекенщица. Дани Лепек единственная курила.

Брюс объявил, что принес дурное известие и хотел бы поговорить с патронами с глазу на глаз.

– С патронами, - рассмеялся Жюстен Лепек, - звучит как в девятнадцатом веке.

Он добавил, что Карла и Дани в курсе всего, что происходит в «Корониде». Наступило короткое молчание, нарушенное блондинкой: ей бы хотелось знать, что случилось, сказала она дрожащим голосом.

– Успокойся, Карла, - ласково проговорила Дани Лепек, похлопав ее по руке, - всему свое время.

В этом зверинце водятся неплохие особи, - подумал Брюс.

– Поль Дарк был найден мертвым сегодня утром у себя дома, - объявил он, поглядев каждому по очереди прямо в лицо.