Книжник
Шрифт:
может повредить маленькой местной общине. И высказал свои опасения.
— Пожалуй, мне не следует здесь задерживаться.
— Я всю жизнь рисковал головой, Сила, но никогда в этом не было столько смысла, как
сейчас. Впрочем, дело твое. — Он усмехнулся. — Куриат просто рвется поговорить с тобой.
С тех пор, как ты появился, он приходит сюда каждый Божий день. Сегодня опять стучался
ко мне ни свет ни заря.
— Он напоминает мне Тимофея. — Сила подумал о Диане и о том, каково
иметь жену и детей — и еще о том, почему это желание посещает его именно сейчас, когда
время для этого уже прошло.
— Так что скажешь?
— О чем?
— Интересно, о чем это ты так замечтался, Сила. — Епенет, казалось, развлекался. — Мне послать за Дианой, чтобы она привела Куриата?
Сила отвернулся, покрутил пальцами перо.
— Просто пошли за мальчиком.
Явился Куриат, и Сила целый час отвечал на его вопросы, пока не собрались остальные.
Пришедшие сидели тесно, чтобы всем хватило места. Сила глядел в их жаждущие лица
— большинство из них были ему незнакомы, но всех скрепляли узы любви Христовой.
— Я слышал Господа в Галилее, — сказал он. — Он стоял в лодке недалеко от берега, а
на склоне сидели тысячи людей и слушали. Голос его доносился до края толпы, где, на самом
верху, находился и я. — Он скривил рот в улыбке. — Я понял тогда не все из Его слов, но то, что понял, сильно встревожило меня. Слова его, как меч, проникали в мою душу, круша все
привычные понятия о том, кто я есть, и что мне делать со своей жизнью. Чтобы последовать
за ним, надо было все менять. Это напугало меня. И я ушел.
Сложив руки на коленях, Сила подался вперед, сцепил перед собой пальцы. Сквозь
слезы он не мог разглядеть лиц.
— Оглядываясь назад, я вижу, как много Господь давал мне возможностей, как часто я
сознавал, что Он говорит о поработивших меня грехах, как долго не давал Ему избавить меня
от сетей, в которые я сам себя загнал… — Он закрыл лицо руками. — О, как глупы мы, цепляясь за то, что имеем в этом мире, и полагая, что в этом наше спасение.
— Но ты же не цеплялся, Сила. Ты посвятил свою жизнь Христу. Иначе бы ты не был
сейчас здесь с нами.
Куриат со своим сострадательным сердцем. Опять совсем как Тимофей. Сила опустил
руки.
— Не могу сказать, что мне далось это без борьбы. Что я никогда не думал, о том, как
могла бы сложиться моя жизнь. — Он посмотрел на Диану. — Или о том, от чего я отказался.
Лицо ее смягчилось.
Мы все с чем-то боремся, Сила. — У нее был такой нежный изгиб губ. — Каждый
день несет с собой свои испытания.
— Да, — вздохнул он. — Каждый день — это борьба за веру. — Особенно, когда
видишь, как убивают людей только за то, что они следуют учению Христову:
если знаешь, что тебе не ответят тем же. — Иисус велел нам не заботиться о завтрашнем дне, ибо завтрашний день принесет свои заботы. Как нам всем хорошо известно, для нынешнего
73
дня довольно сегодняшних забот. Иисус учит нас искать прежде всего Царствия Божьего и
жить праведно, а Он Сам позаботится о нас. Я видел Иисуса. Слышал его слова. Но вы, те, кто сейчас здесь, со мною… Вам всегда нужно будет иметь веру в то, чего вы не видели
собственными глазами, доверяя свидетельству таких людей, как Петр, Павел, Иоанн Марк…
— И ты, — сказала Диана. — Мы верим твоим словам, Сила.
У него перехватило горло. Ему тяжело было смотреть ей в глаза.
— Этот мир — поле битвы с дьяволом, но если мы живем во Христе, то мы — победители — через смерть Его и воскресение. Верить — вот что самое трудное, когда весь
мир ополчается против тебя.
— Я слышал христиан, которые говорили, что воскресения не было.
Сила резко поднял взгляд и увидел, как отступил назад Урбан.
— Уверяю тебя, Иисус жив.
— А эти толки про то, что тело Иисуса спрятали, чтобы ученики могли лгать, что он
воскрес?
— Это не новость, Урбан, — покачал головой Сила. — Такие слухи ходят уже много
лет. Вожди иудеев заплатили сторожившим гробницу за их распространение. Может, я и
поверил бы им, если бы сам не встретил Иисуса. Но мы с учениками — лишь немногие из
видевших его. Он беседовал с сотнями своих последователей. Он провел с нами сорок дней
после воскресения, уча нас и приготовляя идти и нести истину: чтобы все могли
примириться с Богом через Него. А позже он явился Павлу. — Он развел руками, пожал
плечами. — Мир всегда будет говорить неправду об Иисусе.
— И ненавидеть тех, кто идет за ним, — добавил Епенет.
— Если бы Он остался с нами, весь мир узнал бы…
Сила улыбнулся:
— Настанет день, и перед именем Иисуса преклонится всякое колено, и всякий язык
исповедует, что Иисус Христос — Господь.
Куриат оглянулся на остальных.
— Это доказывают чудеса.
Диана положила руку на колено сыну.
— Чудеса не меняют людей. Помнишь, Сила рассказывал про десять прокаженных, которых исцелил Иисус? Только один вернулся с благодарностью.
— Пусть даже пятьсот человек засвидетельствовали бы о воскресении Христа в суде по
закону — что с того? Такова жизнь, друзья мои, что некоторые не хотят верить, и никакими
доказательствами их не убедить, — поддержал ее Епенет.