Книга Трех
Шрифт:
Глава пятнадцатая
КОРОЛЬ ЭЙДДИЛЕГ
Его закручивала, затягивала спиральная струя. Он пытался глотнуть воздуха, но вода обрушилась на него, как горный обвал. Всё быстрее и быстрее увлекало его вниз, раскачивая вправо и влево. Тарен зацепился за что-то непонятное. Он хватался за него, держал мёртвой хваткой даже тогда, когда силы покинули его. Неимоверный грохот
Когда Тарен открыл глаза, он обнаружил, что лежит на гладкой поверхности камня, рука его крепко сжимала арфу Ффлевддура. Его оглушил грохот воды. Осторожно, ещё ничего не соображая, он стал ощупывать всё вокруг. Пальцы наткнулись на плоскую мокрую плиту. Бледный голубой свет мерцал над ним. Тарен решил, что его выбросило в пещеру или в грот. Он приподнялся, арфа в руке жалобно застонала.
— Эй, кто там играет на моей арфе? — эхом раздробился чей-то зов.
Тарен в этом слабом отзвуке узнал голос барда. Карабкаясь по скользкому камню, он поднялся и, с трудом переставляя ноги, направился на голос. На его пути вдруг возникла маленькая фигурка, неожиданно набросившаяся на него.
— Ты отлично всё сделал, Помощник Сторожа Свиньи! Здорово тебе удалось сократить путь! Я промокла до нитки да вдобавок потеряла свою игрушку. Ой, вот она! Мокрая, наверное, никуда теперь не годится. Ну-ка!
Тускло засиял золотистый свет и упал на мокрое, с прилипшими ко лбу волосами лицо Эйлонви. Её голубые глаза горели гневом.
Волосатая тень Гурджи подкатилась к ним. Он отряхивался, как мокрый пёс, и брызги веером летели вокруг.
— О, бедная, слабая голова набита грязьками и мразьками! — жалобно причитал он.
Минуту спустя и Ффлевддур присоединился к ним. Мелингар тихо ржал позади него.
— Мне показалось, что я слышал мою арфу, — сказал он. — Поначалу я и поверить не мог. Уж и не надеялся увидеть её. Но Ффлевддур Пламенный никогда не отчаивается! Однако такая удача!
— Я думал, что уже никогда не увижу не только арфы, но и вас, и ничего-ничего, — сказал Тарен, протягивая инструмент барду. — Нас вынесло в какую-то пещеру. Но она создана, по-моему, не природой, а руками человека. Взгляните на эти аккуратно вытесанные каменные плиты.
— Лучше взгляните на Мелингара, — бросила Эйлонви. — И вы увидите, что вся наша провизия потеряна. И всё наше оружие тоже. И всё благодаря твоей драгоценной идее сократить путь!
Увы, это была правда. Ремни развязались, и седло со всеми пристёгнутыми к нему сумками унесло течением. К счастью, у каждого из них были накрепко прицепленные к поясу мечи.
— Простите меня, — повинился Тарен. — Признаю, что мы попали в эту переделку по моей вине. Не надо было мне вести вас этой дорогой. Но что сделано, то сделано. Я привёл вас сюда, я и выведу.
Он огляделся вокруг. Грохот воды доносился из широкого, наполненного быстрой водой канала, обрамлённого каменными плитами набережной. Она оказалась гораздо шире, чем он себе представлял поначалу. В высоких арках горел и переливался разными цветами яркий свет. Тарен
— Всё это очень странно. Кажется, что мы глубоко под землёй. И всё же это не дно озера…
Прежде чем он успел произнести следующее слово, его схватили сзади чьи-то руки и нахлобучили на голову мешок, сильно пахнущий луком. Эйлонви завизжала, но тут же голос её заглох. Тарена тащили и толкали в разные стороны одновременно, словно желали разорвать на две части. Гурджи стал яростно рычать и тявкать.
— Сюда! Хватайте этого! — раздался грубый голос.
— Сам хватай! Не видишь, у меня руки заняты! — откликнулся другой.
Тарена ударили. Чья-то голова, круглая и твёрдая, с силой ткнула его в живот. Сквозь луковую темноту он слышал какие-то шлёпки и хлопки. Наверное, это отбивалась Эйлонви. Теперь его толкали в спину одновременно в четыре руки.
— На ту сторону! Скорее! Поторапливайтесь! — выкрикивали сердитые голоса.
— Эй, дурень, ты почему не отобрал у них мечи? — всполошённо выкрикнул кто-то.
Эйлонви опять завизжала, в ответ послышался звук удара и всё смолкло.
— Ладно, пусть мечи останутся при них. Но вина будет на тебе, если они явятся пред королём Эйддилегом при оружии.
Слепой рысью нёсся Тарен, подталкиваемый сзади, как казалось ему, сразу целой толпой людей, тянущих к нему руки. Все говорили разом. Шум стоял оглушительный. После множества поворотов, остановок и толчков его сильно пихнули в спину. Тяжёлая дверь с грохотом захлопнулась позади него. С головы у него сорвали луковый мешок.
Тарен заморгал, привыкая к свету. Вместе с Ффлевддуром и Эйлонви они стояли в центре зала с высокими сводчатыми потолками, освещёнными мерцающими огнями. Гурджи с ними радом не оказалось. Теперь можно разглядеть тех, кто захватил их. Это было полдюжины приземистых, круглых, коротконогих воинов.
С поясов у них свисали на длинных рукоятках топоры, на плечи были надеты луки, а за спиной торчали колчаны со стрелами. Тарен покосился и увидел чёрно-зелёный глаз коренастого парня, охранявшего Эйлонви. Перед ними за длинным каменным столом восседала и взирала на воинов престранная уродливая личность, заросшая щетинистой рыжей бородой. Платье на этом человечке было кричащих красно-зелёных цветов. Кольца вспыхивали на его пухлых пальцах.
— Что это? — закричал он. — Что это за люди? Разве я не отдавал приказа не беспокоить меня?
— Но, ваше величество, — начал один из воинов, — мы поймали их…
— Я что, приказывал тебе надоедать мне с подробностями? — закричал король Эйддилег, а это был, несомненно, он. — Вы погубите меня! — вопил он, сжимая лоб ладонями. — Вы станете причиной моей преждевременной смерти! Вон! Вон! Нет, не пленники, а вы, идиоты! — Тряся головой, охая, вздыхая и отплёвываясь, король рухнул на трон, выточенный из цельного камня.