Книга Трех
Шрифт:
Они двинулись дальше. Гурджи, теперь постоянный, как он приговаривал, приготовитель чавки и разводитель огнявки, важно шагал в первых рядах следом за карликом. Доли вёл путников через расчищенный под пашню участок леса мимо ольховой рощицы. Вдруг он остановился, задрал голову и прислушался.
В это же мгновение Тарен услышал неясный звук: слабый, тонкий вскрик. Казалось, он возник из ближнего колючего куста. Вытащив меч, Тарен поспешно опередил карлика. Сначала в темноте зарослей он не видел ничего. Он подошёл поближе, затем резко остановился и отшатнулся.
Это был гвитант.
Глава
ПТЕНЕЦ
Гвитант висел на ветке, как мятая чёрная тряпица. Одно крыло у него было поднято, другое неуклюже вывернулось к самой груди. Размером не больше ворона, он, видимо, был ещё птенцом с клочьями пуха между редкими пёрышками и непомерно большой головой. Но отдельные перья уже были красивы — тонкие и словно бы гофрированные. Стоило Тарену осторожно приблизиться, как гвитант судорожно замахал одним, как видно здоровым, крылом, пытаясь освободиться от колючих лап кустарника. Но тщетно. Тогда птица раскрыла свой загнутый клюв и угрожающе зашипела. Но глаза её при этом были тусклыми и полузакрытыми.
Спутники последовали за Тареном. Как только Гурджи увидел, кто это, он сжался, повернулся и пополз в укромное местечко, со страхом оглядываясь назад. Мелингар нервно заржал. Лишь невозмутимая белая свинья присела на задние ноги и весело захрюкала.
Ффлевддур, увидев птицу, тихо присвистнул.
— Нам повезло, что рядом нет родителей этого птенчика, — сказал он. — Эти существа способны разорвать человека в клочки, если их дитя в опасности.
— Она напоминает мне Ачрен, — сказала Эйлонви. — В особенности эти тёмные обводы вокруг глаз. Такие появлялись у неё, когда она была в дурном настроении.
Доли выхватил из-за пояса топор.
— Что ты собираешься делать? — спросил Тарен. Карлик посмотрел на него с удивлением.
— Собираюсь делать? Не собираюсь, а сделаю, — буркнул он. — У тебя есть ещё какие-нибудь глупые вопросы? Не воображаешь же ты, что я оставлю её сидеть здесь? Я собираюсь отрубить ей голову.
— Нет! — закричал Тарен, хватая карлика за руку. — Она же ранена!
— Радуйся этому, — набросился на Тарена Доли. — Если бы эта птичка не была ранена, никто — ни я, ни ты, ни они не стояли бы уже здесь живыми.
— Не стоит убивать её, — отстранил карлика Тарен. — Ей больно. Она нуждается в помощи.
— И верно, — сказала Эйлонви, — выглядит она не очень-то здоровой. Вид у неё, пожалуй, похуже, чем у Ачрен в самом плохом настроении.
Карлик швырнул свой топор на землю и упёр руки в бока.
— Я не могу сделаться невидимым, — запыхтел он, — но из этого не следует, что я глуп. Давайте, давайте, лечите злобное маленькое существо. Дайте ему попить, погладьте по головке. А потом посмотрите, что будет. Как только она наберётся сил, первое, что она сделает, разорвёт вас на кусочки. А потом полетит прямиком к Аровну. Тогда мы получим сполна за свою глупую доброту.
— Доли прав, — поддержал его Ффлевддур. — Если честно, то и мне не нравится рубить головы направо
— Медвин так бы не сказал, — ответил Тарен. — Он говорил о доброте ко всем существам и много рассказывал мне о гвитантах. Мне кажется, очень важно принести одного из них в Каер Датил. Насколько я знаю, никто ещё не захватывал в плен живого гвитанта. Кто может сказать, какую пользу мы извлечём из этого?
Бард почесал в затылке.
— Ладно. Хотя кто может предвидеть, от какого — живого или мёртвого — гвитанта больше пользы? И всё же затея рискованная.
Тарен жестом показал остальным держаться подальше от куста. Гвитант был не только поранен колючками куста, но и, возможно, его потрепал орёл. Спина его была в пятнах крови и перья с боков вырваны пучками. Тарен осторожно приблизился. Гвитант зашипел снова и злобно вскрикнул. Горло его затрепетало от протяжного дребезжащего треска. Тарен опасался, что птица вот-вот умрёт. Он положил руку на её вздрагивающее тело. Гвитант попытался ударить клювом, полоснуть когтями, но у него не было сил. Тарен бережно выпутал его из переплетения колючих веток.
— Если я найду нужные травы, — сказал он Эйлонви, — то смогу сделать лечебную припарку. Но мне нужна горячая вода, чтобы настоять травы.
Пока девушка устраивала из травы и листьев гнездо, Тарен попросил Гурджи развести костёр и нагреть на огне несколько камней, которые можно будет кинуть в чашу с водой. Затем с Хен Вен, которая не отставала от него ни на шаг, он отправился искать нужные травы.
— И сколько же ты собираешься толочься здесь? — сердито крикнул ему вслед Доли. — Не то чтобы очень меня это занимало. Ведь торопитесь-то вы, а не я. Хм-м! — Он сунул топор за пояс, нахлобучил поглубже на свои вихры шапочку и с остервенением стал набирать в грудь воздух.
Тарен опять с благодарностью вспомнил уроки Колла, научившего его разбираться в травах. Он нашёл неподалёку почти всё, что было необходимо. Хен Вен с энтузиазмом помогала ему. Она первой и нашла самые нужные травы.
Гвитант не отбивался и не шипел, пока Тарен накладывал припарку, намочив в горячем отваре лоскут от своей куртки.
Другой лекарственный настой он капля за каплей влил в раскрытый клюв птицы.
— Всё это чудесно, — сказал Доли, чьё любопытство взяло верх над недовольством. Он проследил всю процедуру от начала до конца и проворчал: — Интересно, а как ты собираешься тащить эту гадость? На собственной спине?
— Я не думал ещё, — просто ответил Тарен. — Может быть, завернуть его в мой плащ?
Доли фыркнул:
— В том-то и беда с вами, большеногими увальнями. Вы не видите дальше собственного носа. Но если ты думаешь, что я стану мастерить для него клетку, то жестоко ошибаешься.
— Клетка — это то, что нужно! — оживился Тарен. — Но я не стану беспокоить тебя своей просьбой. Постараюсь сделать сам.
Карлик презрительно глядел, как Тарен подламывал стволы молодых деревцов и пытался их переплести.