Книга теней
Шрифт:
Воительница некоторое время слушала объяснения Инеррена, честно стараясь вникнуть в их суть. Затем махнула рукой: маги почти все полоумные, а тех немногих, с которыми можно иметь дело, все равно нормальному человеку понять невозможно...
– Что случилось с остальными членами нашей команды?
– поинтересовался чародей.
– Орик со своей долей почти сразу отправился на север. Вроде бы он там теперь правит. Король Туманных Холмов - можешь себе представить! Эту ящерицу, Вонка, я ни разу не видела после нашего возвращения - может, он тоже вернулся на родину. А твоя Айра исчезла через два
– А почему ты продолжаешь бои на Турнире? Извини за вопрос, но твоей доли, по-моему, вполне достаточно, чтобы уехать на родину и прожить в довольстве весь остаток жизни.
– Нет у меня родины, - вздохнула амазонка.
– Даже мира и того больше не существует...
Примерно десять лет назад юной Валерии, дочери кузнеца из небольшого города на берегу Колдовского Моря, пришлось вместе с остальными жителями взяться за оружие, отражая набеги диких кочевников с северо-востока. С тех пор она, узнав вкус свободы, блуждала по всему миру. Неоднократно возникали проблемы с некоторыми типами, считавшими, что женщина пригодна только для одного дела, - однако, познакомившись с ее клинком, те быстро меняли свое мнение. Кое-кого из них, правда, пришлось несколько порезать...
Однажды воительница выручила из беды странника, который подарил ей в награду тонкий металлический обруч-диадему. Он сказал тогда: когда все вокруг обернется против тебя, надень ее, пожелай оказаться в лучшем месте - и будешь там, где захочешь.
Валерия тогда лишь пожала плечами, но подарок приняла. И как-то раз, примерно через год с небольшим, она вспомнила эти слова. Только благодаря волшебной диадеме амазонке удалось избежать гибели, когда пираты, оказавшись не в состоянии победить в абордажном бою, просто подожгли галеру, на которой тогда плыла Валерия...
Новый мир принял ее гостеприимно. Никаких проблем ни с языком, ни с деньгами, ни с работой - хорошие бойцы ценились всюду. Но в один прекрасный день воительница затосковала по дому, по родным. Она вновь надела обруч и пожелала перенестись домой.
С тех пор ни один мир, в котором побывала Валерия, не нравился ей. На родину она так и не попала, сколько ни пыталась. И единственная страна, которая не встречала бы амазонку бранью и обнаженными клинками, была Аркана - небольшое, сильное и весьма известное королевство на юге. Мир, в котором находилась эта страна, называли Срединным, но говорили также, что у него имеется и много других имен.
Действительно, страны Срединного Мира, который отныне стал родным для воительницы, чем-то напоминали уголки всех тех миров, где она побывала за эти годы. Всех, кроме ее родной Мандении...
– Интересно...
– задумчиво проговорил Инеррен.
– Покажи, пожалуйста, эту твою диадему.
– Зачем?
– Попробую разобрать, что за заклятие лежит на ней. Может, тогда ты сможешь отправиться домой. Ничего не обещаю заранее, но попробовать стоит.
Валерия, немного покопавшись в мешке, протянула чародею металлический обруч примерно семи дюймов в диаметре. В передней части диадемы тускло мерцала лиловая жемчужина - единственная драгоценность, имевшаяся в ней.
Темный металл напоминал сталь, серебро и платину одновременно. Жесткий, легкий, упругий, отполированный и не дававший ни малейшего
Произведение Искусства?
Да, суть самого Искусства была заключена в этой диадеме.
Мысленно проникнув в центр артефакта - именно так по праву следовало называть такие предметы, - Инеррен медленно двигался в его толще по силовым линиям наружу, отмечая узлы сложнейшего заклинания. Он не был уверен в том, что сам мог бы соорудить такое. Петля, ловушка, ложное ответвление... Чародей дивился предусмотрительности того, кто сплел это заклятие.
А здесь... ага! Вот оно!
– Ты слышишь меня?!!
– Крик амазонки почти разрывал голову.
– Зачем так громко?
– раздраженно спросил Инеррен.
– Слышу.
– Ты уже три часа сидишь тут. Уставился на нее, словно баран на новые ворота. И...
– Неважно, - прервал он.
– Зато я нашел, в чем дело.
– Правда?
– Да. И нет.
– ...
– Ключевое слово заклятия - опасность, угроза. Этот обруч срабатывает так, как нужно, лишь в минуту опасности. Настоящей опасности - осознаешь ты сама это или нет.
– Чародей сделал многозначительную паузу, давая Валерии возможность до конца понять смысл.
– Если же прямой опасности нет, тебя заносит к черту на кулички - то есть, КУДА УГОДНО.
Он намеренно не добавил "КОМУ УГОДНО" - подобное знание не было предназначено для простых смертных. Даже Айре он бы не сообщил того, о чем начал подозревать после бесед с Рэйденом...
– Но, - продолжил Инеррен, - я не смогу переделать это заклинание так, чтобы обруч переносил тебя туда, куда хочется тебе. Тот, кто его сделал, был чрезвычайно искусен.
– Жаль.
– Амазонка аккуратно спрятала диадему в мешок.
– Тогда, если я правильно тебя поняла, мне нужно пользоваться им только в миг опасности?
– Да. И чем выше опасность, тем лучше он работает... Ты что же, собралась поступить ко мне в ученицы?
– усмехнулся чародей. Интересное развитие событий, как ни крути.
Валерия, слегка улыбнувшись в ответ, покачала головой.
– Я просто хочу хоть немного узнать об этом, чтобы не выглядеть дурой в следующий раз.
– А что, если речь пойдет о каком-либо другом проявлении Искусства, а не твоей диадеме? Магию, - нравоучительно сказал Инеррен, - нельзя познавать по частям. Вся она - единое целое; и тот, кто говорит, будто существуют разные виды волшебства и он, мол, владеет только вот таким, либо жалкий недоучка, либо вообще не понимает, о чем говорит.
– Но все маги утверждают, что у каждого есть свои личные приемы и методы, что стиль у каждого свой, и...
– Все-таки ты хочешь обучаться Искусству, - заключил чародей. Ладно, слушай: приемы-то у каждого свои, но это совсем не значит, что один маг не может пользоваться стилем другого. Прекрасно сможет, если поймет, в чем тот состоит.
– А чем они различаются?
– А чем различаются люди? Какая разница между мной, тобой, Ориком, Айрой и вот той парочкой, - Инеррен указал на двух гладиаторов, обменивавшихся ударами на Арене, - если не принимать в расчет то, чему мы научились в течение всей жизни?