Книга образов
Шрифт:
III
В странническом взоре
мир людской тщеты…
Кто людское горе
знает так, как ты.
Всюду, где проходит
светлая стезя,
боль к тебе возводит
влажные глаза.
В них кричит бездолье,
клятое людьми.
Мир, исполнен боли,
в них вопит: «Пойми!..»
С неутешной жаждой
вечной доброты.
Сколько слез! — И в каждой
отразишься ты!
Перевод В. Летучего
IV
Мы
нас с милой гуща парка.
Рука русалочья дрожит,
мое пожатье жарко.
Свет желтой белочкою в сень
мелькнет — и на попятный.
Лиловая сажает тень
на белом платье пятна.
Нас счастьем замело сейчас
в истоме золотистой.
Гудит, благословляя нас,
шмель в ряске бархатистой.
Перевод С. Петрова
V
Мне больно, больно, словно жду я,
что мир погибнет без следа,-
как будто милая, целуя,
«прощай», мне шепчет, — «навсегда!»
Как будто мертвый я, и злая
чужая женщина пришла,
и, на могильный холм ступая,
цветок последний унесла.
Перевод А. Биска
VI
Жила без ласки, без привета —
так, видно, было суждено…
Вдруг хлынуло потоком света,-
любовь ли, нет ли — все равно.
Потом ушло, — она осталась,-
глядит на пруд перед собой…
Как сон, все это начиналось
и обернулось вдруг судьбой.
Перевод Т. Сильман
VI
Жила-была себе. Уныло
тащился год за годом вновь.
Вдруг налетело, озарило…
Бог весть что — кажется, любовь.
И так же сразу все промчало.
Но пруд за домом был глубок…
Бывает словно сон начало
Того, что выпадет как рок.
Перевод С. Петрова
VI
Из года в год текла уныло
ее пустая жизнь… Но вот
любовь иль то, что ею было,
взошло на яркий небосвод.
Вдруг всё исчезло, и у дома
лишь пруд остался. Было так,
как будто это сна истома,
а наяву — судьбины знак.
Перевод В. Васильева
VII
Я сердцем — как забытая капелла,
где в алтаре разгульный май живет.
Давно когда-то буря налетела,
расколотила стекла, била в свод.
А нынче полукрадучись ползет,
за колокольчик в ризнице задела —
он Бога изумленного зовет
сойти сюда с неведомых высот,
зовет пронзительно, звенит несмело.
Хохочет ветер, прыг в окно, и вот
хватает звуки он остервенело
и звон о каменные плиты бьет.
И собрался желаний жалкий сброд
и нищенствует у двери замшелой.
Но церковку давно забыл народ.
Перевод С. Петрова
VIII
Нынче май встречает сухо
грустно-старая ветла.
Рядом с ней изба-старуха
одиноко прилегла.
Счастья в домике
а на иве нет гнезда.
Без следа их разметала
зимняя беда.
Перевод С. Петрова
IX
Над снежной ночью бесконечной
беспечный мертвенный покой,
и только в сердце — вещей, вечной
все веет болью и тоской.
Ты хочешь знать, зачем смолчало,
зачем скрывало сердце страх?
–
О, если б все оно сказало,
погасли б звезды в небесах.
Перевод А. Биска
X
Где ты, счастье взоров голубиных?
Не найти его, не доискаться.
Светлая вода стоит в ложбинах,
вечер кровью брызнул в тень акаций.
Девушки, смеясь, проходят мимо,
голоса за рощей отзвучали…
Снова звезды явятся и с ними
сны, до края полные печали.
Перевод Т. Сильман
XI
Как пришла любовь к тебе? Солнца лучом?
Или яблони цветом? Иль летним дождем?
Или молитвой? Ответь же!
Она с неба зарницей счастья сошла,
и, сложив два светлых своих крыла,
прильнула к душе расцветшей…
Перевод Т. Сильман
XI
Любовь как явиться к тебе смогла?
Как солнце пролилась, в цветах расцвела,
пришла, как молитва? — Послушай:
Счастье, сверкая, с неба сошло
и, крылья сложив, величаво вошло
в мою цветущую душу…
Перевод Н. Монахова
XII
Мы так задумались глубоко,
нас было двое — ты и я.
В кустах, как будто издалека,
неслось жужжание шмеля.
Мелькали солнечные пятна,
все было тихо, ни души,
и я шепнул тебе чуть внятно:
«Твои глаза так хороши…»
Перевод Т. Сильман
XII
В саду мы погрузились в думы,
и сумраком обвил нас хмель,
а наверху, гудя угрюмо,
запутывался в листьях шмель.
Тебе вплетала блики пышно,
как ленты, в волосы лоза,
и я лишь раз шепнул чуть слышно:
Какие у тебя глаза!
Перевод С. Петрова
XIII
Над нами осенью дышали буки,
я шел, не поднимая головы…
«Взгляни, мой друг, на розы в час разлуки!»
Но я сказал: «Они мертвы».
И я заплакал. А с небес пугливо
одна звезда заулыбалась мне…
День умирал. И резко и тоскливо
кричали галки в вышине.
Перевод Т. Сильман
XIV
Во сне, а быть может, весною
ты повстречала меня.
Но осень настала, и горько
ты плачешь при свете дня.
О чем ты? О листьях опавших?
Иль об ушедшей весне?
Я знаю, мы счастливы были
весной… а быть может, во сне.
Перевод Т. Сильман