Книга Мертвых
Шрифт:
– Не бойся. Я никогда не причиню тебе вреда.
– Я... не боюсь. Я бессмертна. Я бог, - она едва сдерживала дрожь в голосе.
Господин Темноты тихо рассмеялся, остановившись в полушаге от странницы.
– Мы не боги, сестра моя. Ты допускаешь ту же ошибку, что и другие наши... родственники. Вопреки всем словам смертных, мы представляем собой лишь другой, особый народ. Я в этом уже убедился. Я это знаю. В конце концов, у богов нет отцов. А бессмертие...
– он потянулся к ее волосам, но
– Не прикасайся ко мне, брат.
Если эти слова и тронули черную душу хозяина Зарока, то он не подал виду.
– Наше бессмертие - всего лишь очередной вид смерти. Оно закончится когда-нибудь, и все мы склонимся перед истинным богом.
– Ты заблудился в своих мыслях и поддался собственному безумию, брат мой. Я не собираюсь разбираться с твоими проблемами здесь и сейчас. Я пришла сюда не просить помощи, так как нашествие Зарретта - и твоя проблема тоже. Если он восстанет, никто из нас не останется в стороне.
Владыка Ночи замолчал. Он смотрел на нее глаза в глаза и походил собой на мрачную статую, нависшую над последним оплотом света в этом царстве. Она и забыла, как он изменился...
– Ты помнишь меня?
– задал хозяин дворца свой вопрос после долгих размышлений.
– Что?
– не поняла гостья.
– Ты помнишь меня, сестра? Ты помнишь, кем я был? Как вы все ко мне относились? Когда отец был свергнут, я стал среди вас отщепенцем, лишним пальцем на руке, и вы решили от меня избавиться. Я представлял собой лишь жалкую тень себя настоящего. Прятался по углам, не мог противиться вашей воле. Я был изгнан собственными сестрами и единственным братом во мрак.
– Я...
– Молчи. Мы с тобой не виделись с тех самых дней, когда Эзра заперла меня на Ледяной Пустоши, и ты меня не знаешь. А помнишь? Помнишь мои крики, когда меня, существо света и огня, толкнули в пропасть, полную мглы? Мои страдания не пережил никто из смертных и бессмертных. Никто из вас. Тьма овладела мной, но и раб однажды становится господином. Я не стал мстить. Однако я помню. Все.
Она смягчилась. Женщина положила руку на его плечо и улыбнулась. Мрак и свет на миг слились в единое целое.
– Знай: я была против. Я хотела все вернуть, но это невозможно. Я оплакивала потерю своего младшего брата долгие века и счастью моему не было предела, когда я узнала, что ты еще жив. Нас слишком мало, чтобы мы друг друга теряли.
– Да. Слишком мало...
– он снова потянулся к ее волосам, и на этот раз странница не стала его отталкивать. Огоньки его глаз затеплились бледным живым светом. Лишь на секунду. А потом его взгляд снова стал холодным и жестоким.
Князь Вечности небрежно стряхнул ее руку с плеча и вернулся к своему столу.
– Может, когда-то я и был среди вас, но сейчас уже нет. Я изменился,
– Что это значит?
– Что я помогу удержать отца в его клетке. Вся моя армия, все мои души и силы будут с тобой, Райна, и я сам поведу войско к Безмерному Древу. Также я клянусь не уничтожать Эзру и Бальбука, этих жалких змей на твоей груди, ведь есть участь много хуже смерти. Конечно же, при одном условии.
В этом она не сомневалась. Правительница великолепных Садов знала, что теперь он и шагу не ступит без ответной услуги, хотя надеялась, что в глубине своей сути он остался все тем же знакомым ей взбалмошным и одновременно стеснительным младшим братцем.
– Чего ты хочешь взамен?
Она уже предусмотрела все варианты и решила, что нет того, чего бы она ему не отдала взамен дальнейшего сна Зарретта.
Правитель Льда подался вперед. На душе у нее вдруг похолодело.
– Книги - прекрасное изобретение человечества. Когда тебе скучно, ты можешь погрузиться в их мир и найти себя среди их строк. Ты открываешь в себе способность обрести новую, более интересную жизнь на их страницах. Но даже они когда-то надоедают.
Он вздохнул, скидывая фолиант, лежащий на столе, на пол.
– Люди перестали меня интересовать уже давно, и вот теперь их культура внушает мне лишь скуку и ничего более. Впереди у меня вечность, и я страшусь провести ее в серости тоски.
– Не надо. Говори сразу, и я обдумаю твое предложение.
Он рассмеялся, а затем вдруг замолк. Он тихо прошептал:
– Я хочу тебя, Райна. Хочу, чтобы ты стала моей. А теперь скажи: ты отдашь мне свое сердце? Потому что в противном случае убирайся прочь и никогда не приходи больше. Разбирайтесь с отцом сами, я лишь позабавлюсь, разглядывая ваши бесполезные потуги.
– Одумайся, брат!
– его предложение поразило Райну до глубины души.
– Думаешь, когда Зарретт уничтожит нас, он оставит тебя? Нет!
– Пусть приходит. Я уничтожу его так же легко, как он уничтожит вас. Не надейся только, что вас троих я буду оплакивать.
Она задохнулась, не в силах вымолвить ни слова.
– Я вижу, что ты не согласна. Значит, мы больше никогда не встретимся.
Пространство вокруг нее дрогнуло.
Райна моргнула, и когда открыла глаза, увидела себя посреди Белой равнины, только теперь уже от черной крепости Зарока не осталось и следа - только лучи солнца играли в том месте, где раньше находились великолепные обсидиановые ворота.
Холхост их предал, поняла она. Но можно ли предать предателей?
(С) Халгаев Джал, 2016