Книга Лета
Шрифт:
— Если вы отправите приглашения сегодня, то можете провести церемонию через десять дней, — кивнул зеленоглазый.
Эридан пристально посмотрел на чародейку. “Умница, выкрутилась из сложной ситуации”, - подумал он и, повернувшись к Элаху, сказал:
— Леди Кьяра утвердила дату, мне остается только согласиться с ее мудростью. Вы довольны, лорд Элах? Если у вас еще есть требования, то не стесняйтесь.
Последняя фраза прозвучала с холодной угрозой.
— Нет, Ваше Величество. До коронации я ваш гость, а
Слабо верилось, что Терим превратились в покорных овечек, но таковыми они хотели казаться. Эридан, с трудом подавив вскипевшее вновь раздражение, сказал:
— Прошу, располагайтесь в покоях. Желаете официальный ужин?
— Благодарим покорнейше, но мы устали с дороги. Может быть завтра?
— Хорошо. Если вам что-то понадобится, скажите леди Кьяре, и она распорядится.
На этом Терим откланялись и скрылись за дверями на гостевой уровень. Тифлингесса окинула Эридана недоуменным взглядом. Зачем он это сделал?
Встав с кресла, белобрысый раздраженно обернулся в сторону волшебника:
— Что это было, фомор тебя прокляни?
Зариллон испуганно втянул голову в плечи:
— Не гневайтесь, но вы явно были готовы нанести удар, и никто не думал вас остановить.
— Выглядело так, будто ты не на моей стороне, Зариллон, — прорычал Эридан, сделав шаг в его сторону.
Тифлингесса вскочила с кресла и частично закрыла собой волшебника.
— Да, я тоже хотела тебя остановить! — воскликнула она. — Но не знала, как это сделать.
Взгляд альбиноса успокоился, брови расслабились, разгладив глубокую складку. Теперь это было всего лишь усталое лицо.
— Я вынужден играть этот фарс до конца, — вздохнул он. — Элах просто тянет время, ему плевать на традиции. А, может, надеется, что дома объединятся, чтобы уничтожить меня, или проигнорируют приглашение, и у него будет повод тянуть время бесконечно… Быстрее было убить мерзавца, и другие бы поняли, что даже великий дом может пасть от моей руки, если не выполняет требования.
— Нет, — возразила девушка. — Убил бы ты Элаха, и как бы остальные узнали, как пал этот дом и за что? Да, фарс придется доиграть, заодно есть возможность выбрать линию поведения. Те, кто не явятся на коронацию… Это знак неуважения, и ты будешь вправе решать их судьбу. Если хотел убить, то следовало не останавливаться. Повторно угрозы через Фистиль смотрелись жалко, а не пугающе.
Ореол вокруг Эйлевара вспыхнул, словно факел, и глаза вновь стали красными. Схватившись за лицо, он внезапно крикнул:
— Пошли все вон! Вон!
— Эридан…
Девушка подошла к нему и положила руки на плечи, желая усмирить гнев:
— Мы в одной лодке. Не надо думать, что спорим с тобой из прихоти.
Она попыталась разглядеть в его глазах хоть какой-то отклик, но в них бушевало пламя эмоций. Отстранившись, Эридан проговорил глухим голосом:
— Мне
В его голове действительно завывала буря. Хотелось раскрошить чей-нибудь череп, рука непроизвольно тянулась к мечу. Непреодолимое желание разрушать толкнуло в сторону королевского уровня и выше, к макушке дерева, где была прекрасная площадка, на которой так замечательно было тренироваться вдали от посторонних глаз.
Проводив взглядом быстро удаляющегося Эридана, Зариллон сказал Кьяре:
— Не стоит трогать его, когда он злой. Это опасно.
— Поверь, я знаю, но у нас нет времени ждать, когда он остынет, — со вздохом ответила девушка, а про себя подумала: “Демоны бы побрали его и мое решение остаться”.
— Спасибо, что встала на мою защиту, — с улыбкой продолжил маг, — но я могу переместиться в башню или за пределы замка, когда запахнет жаренным, не стоит так рисковать.
— Я долго тебя подозревала, но сейчас ты — свой… Если он меня тронет, я его раскатаю, — зло прорычала тифлингесса, и немного успокоилась, выплеснув накопившуюся злость. — Скажи, как успехи по магической зиме? — спросила девушка уже более спокойным тоном.
— Редко у кого вызываю доверие, — хмыкнул эльф с горечью, — но меня это обычно не волнует… Нигде не задерживался подолгу. Насчет зимы… Вчера несколько часов ломали голову, и вот что удалось понять. Магия…
Он смолк, подбирая нужные слова, и вновь заговорил:
— Эта магия напрямую связана с Аурил. Через эти зоны она получает энергию из плана фей и становится сильнее, либо перенаправляет ее куда-то еще. Ее кормушка. Как разорвать эту связь, я пока не знаю. В идеале надо допросить тех фей, что колдовали зиму, но они куда-то исчезли.
— Надеюсь, ты что-нибудь придумаешь. Это стало бы хорошим козырем. Ладно, у всех действительно много работы.
Устало улыбнувшись магу, Кьяра поспешила за Эриданом. Чтобы догнать его, пришлось пробежаться, и даже так она перехватила его только у лестницы на уровень сокровищницы.
— Поговори со мной, пожалуйста, — попросила она, пытаясь остановить эльфа, схватив за рукав.
Тот обернулся, и девушка увидела платиновую рукоять, зажатую в ладони. На мгновение она испугалась, что он замахнется мечом. Белобрысый угрюмо буркнул:
— Сейчас не лучшее время. Мне нужно успокоиться.
Чародейка окинула его взглядом. Глаза голубые, но в них было желание убивать. Как смягчить его? Не пришло в голову ничего лучше, чем поцеловать, встав на цыпочки. Нежное соприкосновение губ грубо оборвалось. Эльф встряхнул ее за плечи:
— Что ты делаешь?
Чародейка отступила на пару шагов. Не сработало! В глазах вспыхнули алые угольки. Рукоять мелькнула в воздухе и звонко ударилась о стену, отколов часть барельефа.
— Ну что же, — прорычал Эридан. — О чем хотела поговорить?