Книга Лета

Зеленжар О.

В лазарете шел первый урок, Арум объяснял что-то нескольким облаченным в белое эльфам. Кьяра влетела в аудиторию мохнатой бурей. Вернув истинный облик, крикнула:

— Арум, ты срочно нужен, возьми посох!

— Что случилось? — растеряно спросил драконид, нащупывая рукой древко лечащего артефакта.

Объяснять было слишком долго, Кьяра жестом дала понять, что нужно бежать, и устремилась обратно на лестницу.

— Проклятая вещь, она его поглощает! — крикнула она, вбежав в тронный. — Разорви связь, сними проклятие!

Драконид подбежал к лежащему на

полу Эридану и слегка приподнял его голову. К ужасу тифлингессы, лицо эльфа превратилось в жуткую влажно поблескивающую маску, кровь сочилась из носа, стекая на подбородок, из уголков глаз, оставляя ярко расчерченные линии на щеках. Жрец вскинул руки, сплетая и направляя божественную силу, и несколько хвостов плети взметнулись вверх, нацеленные в заклинателя. Чародейка отреагировала мгновенно, в проклятый предмет ударил разряд молнии, быстро и точно, не задев ни эльфа, ни драконида. Дымящиеся щупальца дернулись прочь от Арума, погружаясь в окровавленные раны Эридана. Жрец прекратил шептать, взмахнул рукой, и плеть бессильно скользнула с руки, оставляя на полу красные следы. Кьяра накинула на нее скатерть и отшвырнула прочь, отправив вдогонку огненный снаряд. Пальцы дрожали от пережитого.

Еще несколько секунд, и раны на руке эльфа затянулись без следа. Кьяра опустилась на колени и тихо позвала:

— Эридан…

Залитые кровью глаза были невидяще распахнуты, и на какое-то мгновение она испугалась, что он умер, но его грудь продолжала вздыматься от дыхания, частого и судорожного, словно после бега.

— Он точно нас не видит, — подтвердил ее опасения Арум. — Зрачки расширенные и не реагируют. Скорей всего он и не слышит тебя…

— Я позову Зариллона… — произнесла девушка, продолжая с надеждой смотреть на жреца.

“Арум, скажи, что все хорошо”, - мелькнуло у нее в голове. “Скажи, что это не страшно”.

— Если он оглушен или ослеплен, почему не говорит и не двигается? — принялся рассуждать драконид, осматривая лицо эльфа. — Если он парализован, то почему зрачки как у бессознательного?

Он обернулся к Кьяре и встретил ее беспомощный взгляд.

— Зови Зариллона, — твердо сказал жрец. — Мне сейчас нужны его мозги.

Девушка устремилась в сторону магической башни и уже через несколько минут вернулась с всклокоченным волшебником. Поглядев на Эридана, тот вздохнул:

— Иногда я не люблю быть правым…

Опустившись на колени рядом с Арумом, маг пробормотал несколько магических фраз.

— Не вижу тут ни проклятия, ни заклятия, — сказал волшебник, прервав бормотание. — Что вообще произошло?

— Он взял и попытался с ней пообщаться, — быстро начала объяснять тифлингесса. — Она ответила. Он скинул плеть на пол, видимо, ей не понравилось. Хотел выкинуть в окно, а она обвила руку и стала проникать под кожу. Я попыталась снять эффект рассеиванием магии. Она его стала истязать.

Зариллон прикоснулся к крови на щеке Эридана, та еще не до конца застыла:

— А кровь почему пошла? Она же в руку вцепилась, а не в лицо.

Он обратился к дракониду:

— Арум, я не знаю. Он ведь здоров? Почему не работает?

—

Может в этом и загвоздка… — ответил жрец, потерев лоб. — Какой урон наносит эта плеть?

— Психический, — отозвалась Кьяра.

Задумчиво посмотрев на Эридана, Арум слегка отстранился от него:

— Она могла сжечь его разум. Я не владею знаниями, что делать в такой ситуации. Зариллон?

— Я тоже не знаю, — ответил некромант, задумчиво теребя перстень на пальце, — но попытаюсь спросить.

Он коснулся бледно-голубого камня, и его фигуру поглотили клубы синего дыма. Глядя на это, тифлингесса корила себя. “Зачем я не послушала мага?” — крутилось у нее в голове.

Рядом с некромантом появился высокий синекожий мужчина в восточной одежде и скимитаром на поясе. Они завели беседу на неизвестном девушке языке. Кьяра кинула взгляд на почти полностью сгоревшую скатерть. Плеть лежала на полу, словно мертвый паук, скрючив черные хвосты. Огонь ей совсем не повредил. Чародейка поздно вспомнила, что этот предмет родом из Нижних Миров, и владели им исчадия. Скинув с себя мантию, девушка завернула в нее плеть, чтобы не прикасаться руками.

Синекожий растворился в клубах дыма, и Зариллон сказал:

— Джинн сказал, что душевные болезни — не его специальность… У кого-нибудь еще есть идеи?

— Может сознание поглощено, а не выжжено? — робко спросила девушка. — Если она просто поработила сознание? Было видно, что Эридан борется с ней…

Тифлингесса развернула мантию, показав безвольно повисшую плеть. Рядом с Зариллоном появилась полупрозрачная рука, которая приподняла проклятый предмет.

— Мы с тобой спокойно брали ее в руки, и ничего не было, — задумчиво сказал волшебник, разглядывая оружие. — Ты говоришь, он с ней заговорил? Он на нее настроился?

— Настройки не было…

— Тогда как они могли разговаривать? И как сработало проклятье?

— Он к ней обратился, а ещё засветился вот этот камушек, — она подняла руку эльфа, показывая дар Маммона. — Это подарочек одного из лордов Девяти Преисподней. Может, плеть среагировала на него. Она интересовалась именем.

Некромант посмотрел на камень, бормоча магическую формулу.

— Не понимаю принцип работы этого артефакта, — наконец произнес она, все еще вглядываясь в камень, — но он не надет, а просто растет из руки. Я не заметил этого раньше. Он связан с телом Эридана теснее, чем мне думалось. Возможно, этот предмет немного изменил его, чтобы тот мог использовать силу прыжков, но в свою очередь сделал восприимчивым к артефактам из Нижних Миров.

— Однако это не дает ответов на вопрос, что с его разумом и как все исправить, — всплеснул руками Арум. — Если бы это была физическая болезнь, я бы смог с этим справиться, но освободить порабощенный разум?

— Я слышал о заклинаниях вроде Ментальная тюрьма, — начал рассуждать вслух волшебник. — Подозреваю, что это может быть тот же принцип.

— Я вложила в рассеивание почти всю свою силу, — напомнила Кьяра.

— Я сказал — принцип… Думаю, это может быть и не заклинание вовсе, а свойство предмета…