Книга для...
Шрифт:
Четверг – безымянный.
Но где же источник вдохновения?. И тут меня осенило. У меня же есть номер телефона таксиста, трубку в прошлый раз взяла… Правда, на часах уже первый час ночи, но раз он давал номер мобильного, то мог предположить, что будут звонить круглые сутки. Я вышел в прихожую, что бы позвонить со стационарного. Набрал цифры номера и стал ждать. Один длинный гудок. Тишина. Желание повесить трубку, но вот еще один длинный гудок. Тишина. Наверняка, поднимет он. Третий длинный гудок. Подожду до пятого и вешаю. Четвертый.
– Алле, – я тотчас же нажал на «отбой».
Тот же женский голос, что и в прошлый раз. Не сонный, немного грустный. С какой-то вопросительной интонацией. Я решил не обдумывать и не придумывать, а просто сесть за стол и начать письмо. Включил все лампы люстры, уменьшил до минимума громкость телевизора (будет слышно, только если забьют гол), взял несколько листов ксероксной бумаги и начал писать.
«Здравствуйте, девушка.
…..
Многоточие
* Кто я такой. Здесь я, конечно, не буду составлять свою краткую автобиографию, и прикладывать фото и ксерокопии документов. Нет. Я лишь собираюсь объяснить, почему это письмо Вам пишу именно Я. Вопрос чуть шире и чуть уже (к таким моим двойственностям стоит привыкнуть, однозначного у меня ничего нет – даже написание фамилии в паспорте отличное от родительской). Хотел бы пояснить, как я буду отвечать на вопрос «Кто я такой?». Есть соблазн попробовать сформировать свой образ, приукрасить и сопроводить некоторыми деталями. В каком то смысле воспарить над обыденностью и стать хотя бы для кого-то тем человеком, которым хотел бы быть сам. А вот здесь важно, поверишь ли ты, что я так поступать не собираюсь. Скорее наоборот. Постараюсь быть таким, какой я есть. Выделить себя для себя, ну и конечно для тебя. Как только начал говорить о себе, то как будто приблизился к тебе и перестал называть на «Вы». Ты не против?
* Кто ты? А сейчас постараюсь сформулировать, почему это письмо я пишу именно Тебе. Иногда мне кажется, что все случайности закономерны (обратное тоже, в общем, то верно). Так получилось, что твое существование помогло мне недавним весенним вечером. Уже за это я тебе благодарен. При чем благодарен не за поступки, которые ты совершила, думая обо мне. А вот просто за то, что ты есть, за то, какая ты есть и за то, где ты есть. Возможно, я слишком сумбурно пишу. Это все из-за волнения. Странного, необъяснимого волнения перед неизвестностью, перед незнакомым человеком, перед незнанием. Не зря говорят, что Знание – сила. Так вот, я бы хотел знать тебя. Не знать О тебе, а именно тебя. То есть, не объем груди, школьные оценки или девичью фамилию матери. Конечно, твои ответы на эти вопросы мне тоже интересны. Хотя, скорее даже не ответы, а твое отношение к самим вопросам. Какие из них тебя смутят, а какие покажутся глупыми или неуместными.
* Кто он? Собственно, я уже сказал, что в принципе меня не интересует твоя личная жизнь. Существование его, возможно, даже их. Странно, каждый день мы встречаем сотни людей, многие из которых могли быть лучшими друзьями, вторыми половинками, соратниками. Но проходим мимо лишь потому, что не учились вместе, не росли в одном дворе или не ходили в один кинотеатр. И вот всего на одну секунду мне показалось, что в тебе есть что-то, чем ты готова поделиться и недостает чего-то, что есть у меня. А он… Верю, что ты и от него получаешь, что-то важное, что-то меняющее тебя, уже изменившее. Я с трепетом отношусь ко всем радостям и неудачам, людям и событиям в твоей жизни, сделавшими тебя такой, какая ты есть. Именно они сформировали человека…
* Что произошло? Я общался в интернете с человеком… с образом человека, который сам себе придумал из редких телефонных разговоров, коротких писем и часов одиночества. Палитра всего нескольких цветов. Ярких, насыщенных, но ограниченных оттенков. Правда, мы всегда общаемся не с людьми, а с нашими представлениями о них, но в жизни эти представления краснеют, у них развеваются волосы на ветру или по щеке бежит слеза. А в интернете… Они могут лишь в скобках написать обо всем этом. Но разве можно написать «Извини, я не могу сейчас ничего написать»? Мы расстались, и черную дыру в моей душе осветила вспышка. Этой вспышкой была ты. Я не пытаюсь заменить расставание новой встречей, один образ другим. Просто иногда, верю, что жизнь – кинолента, а Бог – гениальный режиссер, скрывающий сценарий от актеров-людей, чтобы их игра была более естественной. Бог триедин? Да – это режиссер, сценарист и продюсер в одном лице».
Как только я дописал предложение, зазвонил телефон в прихожей. От неожиданности выронил ручку – если бы я только знал, что произойдет дальше. Что в сценарии моей жизни так много эпизодов, дающих мне шанс понять задумку Великого режиссера. Убедиться в его существовании и затем позволить себе импровизации. Но тогда я просто подошел к телефону и снял трубку.
– Эээ. Алло, – прикрыл микрофон рукой, не в силах сдержать нервное щёлканье зубами – наверняка, звонит она, ведь мой домашний номер телефона определился мобильником.
Прошло несколько секунд, и на том конце повесили трубку. Я вернулся к столу. Перечитал то, что уже написал. Что дальше? Внезапный звонок полностью сбил меня с толку. Посидел немного с закрытыми глазами и продолжил письмо.
«А еще… Я верю, что встреча наша не случайна. Дата и место ее не были определены. Возможно, она произошла чуть раньше
Негромкий хлопок, одновременно вспышка и струйки дыма, обжигающие касания к спине и шее, темнота. В комнате стало темно. Затем загудел и включился телевизор. Он немного осветил одну стену, но в глазах по прежнему статичная картина яркого контрастного пространства вокруг. Первые секунды, я ничего не смог сообразить… Взорвалась лампочка над головой. У меня люстра с яркой галогеновой лампой, она то и взорвалась. Я посмотрел на лист бумаги перед собой. В слабом голубоватом свечении экрана на ней проступили несколько прожженных полумесяцев. Осторожно провел рукой по шее. Из нее торчал небольшой осколок. Включил бра на стене и вышел в кухню. Думать обо всем этом не хотелось. Подмел пол к комнате (несколько стекляшек проплавили линолеум), слегка порезал руку. На шее и спине насчитал три маленьких ожога. Слова, которые писал, были последними на странице. Я поставил многоточие после слова «Здравствуйте», подписал своим именем и сложил лист вчетверо. Положил в нагрудный карман куртки и лег спать. Снов не видел.
Четверг получился скомканным. Я периодически доставал письмо из кармана и пытался определить по расположению прожженных участков свое будущее. Думал о том, как передать его девушке из такси. Постоянно натыкался на воспоминания о Тане. Везде. Последней каплей были новости по радио. Говорили о юбилее «современной оперы» «Юнона и Авось». Как только начали говорить об этой дате, я уже знал, чем все закончится. Но радио было в другом конце кабинета, и бежать к нему было лень. Я уже предчувствовал финал сообщения, знал, какие слова сейчас услышу. И услышал.
Я тебя никогда не забуду.
Ты меня никогда не увидишь.
Мысли о незнакомке, Тане и мужчине, который меня боится, иногда перебивали другие – о скором приезде Саши. Он явно привнесет какое-то новое звучание в мою историю. Вот только какое? Четверг был одним большим вопросительным знаком. Точку над i поставить не удавалось. Какое-то отсутствие соответствия между чем-то и чем-то. Я даже не мог определиться между чем и чем. Хотелось отдохнуть, хотя не чувствовалось усталости. Будущее представлялось набором разрозненных деталей конструктора, из которых мне предстояло построить… что? Башню? Замок? Хижину? Сумасшедший дом? Я был готов к абстракциям, но не выдерживал жесткости реального мира. Недостаток имен. Безымянный четверг. А еще на безымянном пальце носят кольцо, которое означает…
Вечером я вынул из коробки плеер, вставил диск, надел наушники… Батареек внутри не было. Выковырнул из пульта дистанционного управления телевизором. Диск с трудом раскрутился, звук застрял где-то внутри блестящей коробочки. И обо всем этом мне некому рассказать! Ну, не позвоню же я друзьям и стану жаловаться на отсутствие батареек в плеере! Нет, пожалуй, ни одного человека, которому это было бы интересно. Я не могу писать книгу для друзей. Для родственников. Для знакомых. Я не интересен им. А вот незнакомому человеку… Я вновь достал из куртки письмо той девушке. Надо писать книгу для незнакомца? Лег спать уверенный в том, что ночью увижу сон, который все объяснит. Ну, или хотя бы намекнет на то, что объяснение существует.
Пятница – мизинец.
Первая мысль после пробуждения: «А снилось ли мне что-нибудь?» Я так и не вспомнил. Зато чувствовал себя бодрым и уравновешенным. Пятница – последний рабочий день в неделе. Кроме того, я наткнулся на балконе на старые кроссовки. В это утро наконец-то совершил короткую пробежку. Душ, легкий завтрак. На работе я включил компьютер и начал писать книгу. До этого все никак не мог, не знал, с чего начать. Хотя бы маленький толчок вперед, а потом… Я безуспешно искал первую фразу всю неделю, а тут нашел сразу страницу. Текст о вечной встрече, который я разместил неделю назад на форуме. Скопировал его в новый документ, и у меня появилось начало. Дальше стало проще. Принялся описывать события последних дней, иногда слегка приукрашивая или, наоборот, скрывая подробности. Например, решил не писать, что каждый день, заходя в интернет, проверял, кто прочел этот самый текст «Мы встретились?». Она сделала это уже на следующий день, даже оставила короткую рецензию.
Начало было положено, я знал, что придется еще много работать, но вид первой страницы, заполненной черными знаками, опять чуть не затянул меня в омут мечтаний. Усилие воли – и я начал быстро, стараясь не забыть сверкающие внутри меня слова, набирать текст. Примерно через час остановился. Всего три страницы. Много или мало? С чем можно сравнить? Я открыл несколько документов с моими любимыми книгами. В одной сто четырнадцать. В другой – двести тридцать пять, в третьей – триста семнадцать. У меня всего три, но это практически один процент от самой большой! Затем я присмотрелся к размеру шрифта, границам и полям… После того, как привел свой текст в соответствие с «эталонными», у меня осталось всего полторы страницы. Я перечел их, исправил некоторые ошибки и заменил повторяющиеся слова синонимами… Обед. От моего энтузиазма не осталось и следа. А будет ли интересно незнакомому человеку узнавать детали, которых я и сам-то раньше не замечал? Рисунок обоев моей комнаты, душевные порывы и надрывы, описания поступков и мыслей…