Книга-диалог
Шрифт:
Я: Но так, чтобы было понятно читателю? Такому даже, который со мной не знаком?
С: Да.
Я: Дорасскажу историю своей жизни до момента обрыва прошлой повести. А там видно. Итак, я начал общаться с вымышленным Собеседником и мысленно повторять «ада нет». Вначале, достаточно долго, еще до концепции двух адов, я понимал «ада нет», как вседозволенность. Полностью прекратил молиться и ходить в храм. Моя «духовная практика» свелась к медитации «просто сидения», мысленному повторянию
С: Ты что, не помнишь, родился у тебя сын через год брака или через 2 года?
Я: Через год, вроде… А может, и через два… Женились в октябре… А родился он в мае… Чуть меньше, чем через два года… Получается, жена забеременела где-то летом, чуть меньше, чем через год… Честно сказать, не хочу ни про бывшую жену, ни про сына. Боюсь читательского дурного глаза. Мой развод, в том числе, из-за этой свободы слова случился. Да и писал я уже подробно про свои отношения с женой.
С: Про сына не писал.
Я: И не хочу пока.
С: А почему развелись?
Я: Не хочу рассказывать.
С: Ну расскажи свою историю с момента развода.
Я: Ну так развод был буквально пару месяцев назад… То есть, нужно прям про сегодняшний день рассказывать.
С: Ну и рассказывай!
Я: Рассказывать особо нечего… Работу ищу.
С: С личной жизнью как?
Я: Работы нет, живу с мамой, пишу роман из диалогов не понятно с кем, где в 1000-ный раз рассказываю, как писался в штаны и молился, чтобы не кончить на экзаменах… Какие тут девушки?!
С: Ну есть, ведь, какие-то девушки все равно.
Я: Квартиру куплю – тогда, может… А щас уж как-нибудь так… Сексом последний раз занимался – с женой, почти год назад. Если не считать мастурбацию и пару случаев вирта по скайпу.
С: Расскажи про вирт!
Я: Да что там рассказывать… Не хочу опускаться до таких дешевых способов привлечения внимания.
С: Квартиру на какие деньги покупать собираешься?
Я: Вот издам этот роман и заработаю миллион долларов!
С: А серьезно?
Я: Серьезно. Буду писать такие книги-диалоги до тех пор, пока жанр не выработается и не издадут.
С: А если 10 книг напишешь, а все равно не издадут?
Я:
С: Может, тебе смириться и попробовать себя в продажах? Либо забить на концепцию двух адов, честно не мастурбировать, вообще жить в нормальном православии, и – как Бог управит? Может, и творчество нормальное, в итоге, вымолишь? А в промежутках между молитвами – просто дышать носом? Просто сидеть и дышать носом еще ни кто не запрещал. Если сидишь не в позе лотоса.
Я: А в позе лотоса – уже грех?
С: Как-то уже сомнительно… Зачем тебе этот лотос? Чтобы что-то сделать со своим умом? А что сделать? Успокоить? Отключить? Мало ли… так успокоишь… что и Бога забудешь!
Я: Насчет позы лотоса – не знаю, но вот в этих диалогах точно применима техника осознания дыхания. То есть, вот я сейчас пишу эту фразу и одновременно наблюдаю за своим дыханием. И дыхание как бы диктует мне, что писать дальше, вообще, что дальше делать – пока диктует писать – пишу, продиктует замолчать – замолчу.
С: Получается, твои взгляды – это православный сатанизм с примесью дзен-буддизма?
Я: Получается, как-то так…
С: Может, на сегодня уже прервешься и попробуешь найти кого-то на сайте знакомств и заняться виртуальным сексом по ватсапу?
Я: Смысл? За творчество, если найти свой жанр и голос, могут деньги заплатить. За виртуальный секс кто что заплатит? Надо сначала встать на ноги, а потом уж женщину искать.
Егор: Давай попробуем поговорить со мной!
Я: Давай с тобой.
Егор: Помолись только сначала.
***
Я: Ну ок – помолился. Теперь сегодня виртуального секса точно не будет (((
Егор: И не надо. Грех это.
Я: Ну так это же допустимый грех. Концепция двух адов, и все такое…
Егор: Прелесть эта твоя концепция двух адов! Прелесть в святоотческом сымсле – бесовская тонкая ложь.
Я: Поясню читателю, что сейчас Собеседник перестал мне отвечать, и я общаюсь совсем уже с собой. Егор это совсем уже я.
***
С: С Егором разговор все равно не получится. Хочешь предложить той девушке вирт-секс и стесняешься писать об этом в публичном тексте? (Параллельно с написанием этого текста Егор переписывается на сайте знакомств) Давай, не стесняйся! Потом, если что, не покажешь никому. Напиши ей!