Ключ
Шрифт:
– Знаешь, у нас в детстве говорили, что, когда увидишь самую первую звезду, нужно загадывать желание, – сказал Матвей.
Она погладила его по щеке.
– Не веришь? Ну и правильно. Я много раз пытался в детстве, ничего не сбылось. Смотри, любуйся. Вот они, звезды. Вот он, город, у твоих ног. Тебе не холодно?
Ассо покачала головой.
– А то я включу свою кромешническую печку. Хотя бы этому я научился. Я еще попробую полечить тебе ногу, когда мы вернемся в квартиру. Попробую, не обещаю, что из этого что-то выйдет… Сейчас так
Матвей казался невероятно уставшим, и Ассо его понимала: он уже сутки удерживает непомерную ношу. Силу взрыва. На сколько его еще хватит? Она невесомо погладила прохладными пальцами его горячие веки, пробежалась по сияющим волосам. Матвей прижал ее крепче, уткнулся носом в шею – спрятался от мира. Если бы только она могла утолить его печаль, чего бы она не сделала для него!
Ассо дышала тихо, еле слышно. Матвей будто всхлипывал. Звезд становилось все больше и больше. Город переливался тысячами рукотворных звездочек, подмигивал, и невозможно было представить, что каждый огонек – это окно, а за окном человек… или люди. Ругаются. Целуются. Ссорятся. Расстаются навсегда. Любят друг друга. Мирятся. Обнимают детей. Пьют чай. Это отражение звездного неба заворожило Ассо даже сильнее, чем настоящее.
– Это просто нечестно, – выдохнул Матвей. – Я ненавижу его. Что он сделал? Ты теперь не ты. Я теперь не я. Я не узнаю тебя, не узнаю себя…
Ассо погладила его по голове и коснулась поцелуем губ – легко-легко, только чтобы показать, что она здесь, с ним, что они сейчас вместе, что бы он ни думал. Он потянулся к ней снова, и снова, и снова. Они целовались нежно, отрываясь и вглядываясь друг в друга, в самую глубину души. «Это я, – говорили ему глаза Ассо. – А это ты».
Глава 5
С утра они были уже у дома Эстрельи. Она жила в квартире на первом этаже, переделанной так, чтобы выходить сразу на воздух, в маленький садик. Немного поколебавшись, Матвей оставил Ассо и Дениса в машине и подошел к двери один. Позвонил. Затаил дыхание.
Мама Крысолова действительно была очень красива. Царственная посадка головы, уложенные короной рыжие косы, пронизывающий взгляд синих-синих глаз. Выглядела она моложе своих лет.
Из неполнорожденных, вне всяких сомнений.
– Здравствуйте, – сказал Матвей.
Она посмотрела, будто не понимая, наверное, удивляясь сходству незнакомца с ее сыном, – или, если она проницательнее, чем среднестатистический человек, несоответствию внешнего вида и внутреннего наполнения. Потом улыбнулась.
– Здравствуйте.
– Вы Эстрелья Викторовна?
– Да, я.
– Я, возможно, ищу вашего сына. Вы не могли бы дать мне его номер телефона? – Матвей подарил ей свою самую ослепительную улыбку.
– Мальчик, – сказала она, точно как Евгения Андреевна о Крысолове, –
Матвей перебрал в голове разные варианты ответа.
– Если я не ошибаюсь и он именно тот, кого я ищу, то он тоже ищет меня, – сказал он осторожно. – То есть не ищет, а хочет со мной встретиться.
– А если не хочет?
Она склонила голову к плечу, разглядывая гостя с добродушным любопытством.
– А если не хочет, то не давайте мне его телефон. Вы же можете сейчас запереть дверь и позвонить ему, уточнить, хочет он этого или нет. Я пока посижу тут у вас в садике. Можно вас о такой услуге попросить?
Эстрелья снова мягко улыбнулась, поднесла пальцы к виску и слегка потерла, будто у нее заболела голова.
– Мне неловко не приглашать вас в дом, но…
– Ну конечно, не надо приглашать, вы же меня впервые в жизни видите. Меня зовут Матвей. Спросите у него, пожалуйста.
– Нейтрал? – уточнила она тихо.
Матвей скрипнул зубами. Вот как следует теперь отвечать на этот вопрос? Впрочем, как сказал Велемир, ДНК не перестроишь. Он такой же, как Эстрелья.
– Да, к вашим услугам, – проговорил он с прохладцей.
– По официальному вопросу?
– По официальному приходят не так, Эстрелья Викторовна. И ваш сын, он же не кромешник, верно? Если вы сами…
– Верно, – оборвала она. – Сидите тут, я позвоню.
Дверь хлопнула. Матвей усмехнулся и присел на деревянную скамеечку, которую давно следовало подкрасить. Впрочем, весна была в полном разгаре, самое время подновлять краску, подправлять заборы, выгребать мусор…
Будет, наверное, очень странно, если он спросит у Эстрельи, как, собственно, имя ее сына, которого он разыскивает. И им еще повезло, что сын у нее, по всей видимости, один, а то как бы он ответил на вопрос «а какого именно сына»?
И что ему делать на следующем этапе, когда он получит этот номер?
Матвей потер лицо руками и вдруг сообразил, что вчера они забыли посмотреть эфир Велемира. Просто вылетело из головы. Он чересчур поспешил выкинуть из истории Велемира, а ведь зря: возможно, Крысолов что-то объявил там? Торопливо вытащив сотовый телефон, Матвей переключился на Фейринет.
Дверь открылась.
– Матвей, – торжественно объявила Эстрелья. – Он подтвердил, что действительно хотел бы с вами встретиться. Разрешил дать свой номер телефона и даже адрес. Записываете?
У Матвея оборвалось сердце. Хотя он допускал, что Крысолов готов к встрече с единокровным братом, он все же не ожидал, что все пройдет настолько легко.
– Да, спасибо!
Вбив в память заветные цифры и адрес, он раскланялся с Эстрельей и вернулся в машину. Упал на водительское сиденье и отсалютовал Ассо и Денису телефоном.
– Ну как?
– Есть. Номер и адрес. Нас ждут.
– Ничего себе! – Денис присвистнул.
Ассо положила руку Матвею на плечо: осторожнее.
– Да я знаю. Слушайте, мы вчера забыли о прямом эфире у Велемира…