Ключ
Шрифт:
Мисс Силвер снисходительно улыбнулась.
— Увидим, — отозвалась она.
Глава 36
Мисс Силвер сидела с одной стороны длинного пустого стола, А Эван Мадок — с другой. Они находились в маленькой комнате с полом, покрытым линолеумом. Мебель в ней отсутствовала, за исключением лакированного желтого стола и нескольких неудобных стульев с деревянными сиденьями. Сырой, холодный воздух, насыщенный запахом дезинфектанта, напоминал о почтовых конторах и залах ожидания железнодорожных
Она пробыла в комнате несколько минут, прежде чем привели мистера Мадока. У нее сразу сложилось впечатление, что, независимо от того, застрелил ли этот человек мистера Харша или нет, он явно не возражал бы разделаться с ней. Мадок начал с энергичных протестов, но надзиратель похлопал его по плечу, сказал: «Полегче» и удалился на свой наблюдательный пост.
Сердито глядя ему вслед, Мадок услышал, что к нему обращается приятный женский голос, в котором, однако, слышались властные нотки. Голос напомнил ему его тетю Бронуэн Эванс, чьи поучения, цитаты из Библии и ириски оказали глубокое влияние на его детские годы. Повернувшись, он увидел маленькую пожилую леди в черном жакете и с букетиком анютиных глазок на шляпе.
— Садитесь, мистер Мадок, — сказала она. — Я хочу поговорить с вами.
Встретившись с ней взглядом, Мадок увидел в ее глазах единственное качество, которое уважал, — ум, — и сел на предложенный стул, хмурясь, но без дальнейших протестов.
— Я не знаю, кто вы, — отозвался он, — и мне нечего вам сказать.
Она улыбнулась.
— Я пока что не просила вас ничего говорить. Меня зовут Мод Силвер — мисс Мод Силвер, — и я частный детектив. Ваши друзья, которые не верят, что вы застрелили мистера Харша, наняли меня, А старший детектив-инспектор Лэм любезно организовал эту встречу.
Эван Мадок откинул черную прядь волос, щекотавшую ему нос, и резко осведомился:
— За каким чертом?
Мисс Силвер с упреком посмотрела на него. Ее взгляд указывал, что подобная невежливость может быть оправдана разве только в трущобах. Легкий румянец на лице Мадока свидетельствовал, что намек достиг цели. Он добавил менее грубо, хотя и с явным недовольством:
— Мне нечего сказать. А что касается моих друзей, то я понятия не имею об их существовании.
Взгляд мисс Силвер изменился. Он был все еще наставительным, но обещал прощение — совсем как взгляд тети Бронуэн, когда она заканчивала проповедь и вынимала из кармана ириску.
— У вас есть очень хорошие друзья, мистер Мадок. Мисс Фелл, у которой я остановилась; мисс Мид, которая обратилась ко мне за помощью.
Мадок ударил по столу ладонью.
— Вы не заставите меня поверить, будто Дженис Мид выплакала глаза из-за меня! Как-то она сказала мне, что я самый неприятный человек, какого ей приходилось встречать, и что она не осталась бы со мной и на неделю, если бы не Михаэль Харш!
Мисс Силвер кашлянула.
— Так оно и есть. Но она не верит, что вы его застрелили. Как ученый, вы должны понимать, что существует
Он горько усмехнулся.
— И вы хотите, чтобы я поверил, будто она готова за это платить?
Мисс Силвер игнорировала эту неприятную тему.
— Мисс Дженис верит в вашу невиновность на том основании, что вы очень любили мистера Харша.
На момент его глаза блеснули, А мышцы лица дернулись.
— Какое отношение это имеет к ней или к вам?
— Никакого, мистер Мадок. Я упомянула это лишь в качестве объяснения веры мисс Мид в вашу невиновность. Но, продолжая тему о ваших друзьях, моху добавить, что ваша сестра очень обеспокоена, как и, разумеется, ваша жена.
Мадок отодвинул стул так резко, что рисковал повредить линолеум. Надзиратель, наблюдавший сквозь стеклянную панель, взялся за дверную ручку. Но напрягший мускулы, словно перед прыжком, Эван Мадок, казалось, неожиданно передумал. Снова придвинувшись к столу, он оперся на него локтями, опустил подбородок на руки и пробормотал:
— У меня нет жены.
Мисс Силвер деликатно кашлянула.
— В таких делах доверие клиента весьма желательно. Как справедливо замечает лорд Теннисон, «не верь мне вовсе или верь во всем». Конечно, вы так мало обо мне знаете, что я не могу рассчитывать на ваше доверие, но я прошу вас не усложнять ситуацию ложью. Вы поженились с мисс Медорой Браун пять лет назад пятнадцатого июня в мэрилебонском загсе Лондона.
Мадок закрыл лицо руками. Черная прядь свесилась между пальцами. Внезапно он отбросил ее и выпрямился с кривой усмешкой на губах.
— Медора выбрала странный момент, чтобы объявить о нашем браке. Полагаю, вы не докопались до этого сами?
— Миссис Мадок была очень расстроена. Она сообщила мне о вашем браке, боясь, что ее могут вынудить дать показания против вас.
— И все это наверняка попадет в газеты!
— Об этом знают только старший инспектор, сержант Эбботт и я. Огласка в данный момент крайне нежелательна.
Мадок усмехнулся.
— Еще бы! Ей не хочется оказаться женой убийцы! Она ведь думает, что я это сделал!
Мисс Силвер кашлянула снова.
— У нас нет времени для подобных мелодрам, мистер Мадок. Вы в серьезном, даже в опасном положении. Но если вы будете со мной откровенны, я сумею вам помочь. — Она неожиданно улыбнулась. — Понимаете, я абсолютно уверена, что вы не убивали мистера Харша.
Мадок взмахнул руками, словно что-то отгоняя от себя.
— Почему?
— Потому что у вас такой скверный характер.
— Что вы имеете в виду?
Мисс Силвер помедлила, пристально глядя на него.
— Мистера Харша застрелил тот, кто заранее это спланировал. Он специально взял с собой пистолет, вытер его и нанес на него отпечатки пальцев мистера Харша. Думаю, вы способны на насилие в минуту страсти, но не на хлад покровное преднамеренное убийство. Если бы вы убили вашего лучшего друга в приступе гнева, то не позволили чтобы в этом обвинили другого человека.
— Откуда вы знаете? — ошеломленно спросил Мадок и добавил, словно пробудившись: — Что значит «другого человека»? Разве обвинили кого-то еще?