Ключ власти

Белаш Александр Маркович

Отдельное жильё заполучила и Безуминка. Стала горделива. По званию она теперь дворянка, это обязывает держать гонор, соблюдать манеры. Вдобавок позабыть не может, что была возлюбленной у принца Цереса — разве такое забудешь!..

«Одна я осталась ни при чём, — вздохнула Лара с горечью. — Вдвоём с Лаской-слепушкой… Будто мы уже не Тёмные Звёзды и не клялись: „чтобы один помогал другому, и никто никому не делал подлостей“. Правду старые солдаты говорят: „На войне в одном окопе прятались, плечом к плечу в атаку поднимались — я со штыком,

его благородие с саблей… Эх, где ты, прежнее времечко!“ Может, правда домой уехать? Там все свои, все ровня…»

И понимала, что — уже не ровня. Покидала Гаген — перепуганная, сжавшаяся девчонка, отрезанный ломоть; под конвоем бабищи-охранницы уезжала в сумасшедший дом. А теперь — кадет Их Величеств, младший офицер войск связи и вообще эфирная вещунья. По-старому войти в дом не получится.

Была и другая причина, но о ней родным знать незачем. Не поймут-с. А на письме бы объяснение выглядело как стихи: «У подружки Ласки вот-вот прорежутся глазки».

То, что в ведомостях Гестеля называлось «инопланетный живой механизм по кличке Пата», исправно работало длиннющим языком — рубцы на лице Ласки изгладились начисто, а роговицы стали очищаться от бельм. Наконец, показались радужки и зрачки, но в зрачках сквозила какая-то серая муть.

— Это катаракты, — определил профессор Картерет, изучив глаза Ласки через особое зеркальце. — Позади зрачков стоят линзы, хрусталики; они должны быть прозрачными.

— А я немножко вижу, — радостно доложила Ласка. — Свет вижу.

— Вижу-вижу! — Пата лезла мокрым рылом, а Картерет сердито скрипел: — Хайта, оттащи его в сторону.

— Пата не его, — возражала упитанная златовласка. — Пата — она. Это… самка!

— Ты — служанка, в биологии не смыслишь. Твоя свинья — вообще не животное. Даже если она ест и гадит, это ничего не значит. Рассуждая научно, паровоз тоже пьёт, ест уголь и дрова, а выделяет дым, пар, тепло и золу. Но живым паровоз не является. Поняла?

Подумав, Хайта нашла аргумент в пользу Паты:

— Она разговаривает. И всё понимает.

— Тогда попробуй научить её читать, — едко заметил учёный старикан. — Желаю успеха!.. Впрочем, в теории допустимы и разумные машины. Однако пола у паровозов нет и быть не может.

На каникулах Тёмные Звёзды стали чаще встречаться. Утончённая дама-танцмейстерша тоже осталась в Гестеле. Она охотно давала девчонкам уроки в пустом и гулком гимнастическом зале. Лара сразу туда записалась, едва узнала, что дама учит бальным танцам. Без этого умения ты кто? коряга неуклюжая. А если желаешь выйти в свет, изволь делать всякие па и порхать под музыку.

В зал ходила и Бези: «Балов нет, маскарадов не бывает — где ещё девушке кровь разогнать? Раньше-то я у принца танцевала». В глазах гордости на тыщу унций, а тайной грусти — впятеро больше.

Музицировал им… пансионный поп, отец Конь! Играть на флейте он был мастер. Как загадочно молвила Безуминка: «Похоже, Конь имеет виды на танцмейстершу». «Он безбрачный!» — встала Лис на защиту. «Ну, засматриваться-то ему никто не запрещал», — отмахнулась Бези.

Учительница танцев упросила мориорок показать пляски подземелья. Так занятно! Под землёй, оказалось, это делают без платьев. Выплясывали они в верховых

костюмах. Отец Конь для приличия вышел. Хотя Хайта распухла на здешнем печеве, однако прыгать и вскидывать ноги выше головы она умела — будто цирковая акробатка! Правда, запыхалась.

На учёбу Тёмные Звёзды сходились в бывший тюремный корпус, где свил гнездо профессор с ассистентами. Лара упивалась вещанием со шлема, Безуминка наставляла её в тонкостях эфирной связи. Принцесса и графинька упражнялись в лунных полётах (правда, с грузом и пристёгнутые в креслах). Хайта приводила Пату, а Ласка приходила для лечения и за компанию.

В научном зале стало весело. Ассистенты — какие-то бакалавры, вылетевшие из университета за разные проступки, — с появлением красотки Бези мигом принялись за ней ухаживать. Едва профессор объявлял перерыв, то один, то другой отманивал златокудрую в затенённый угол, к гардеробу — подальше от Картерета! — любезничал и умолял о свидании.

А она их отвергала:

— Вы, сударь, кто? Вы пьяница, выгнанный со службы. Вам надо паломничать по храмам и головой об алтарь биться, а вы мне куры строите. Ручку поцеловать?.. а колбой по мозгам не хочешь?

— Я бросил пить, — клялся ассистент. — Его сиятельству графу обещал — ни-ни. Вот, он свидетель!

— Кто, собутыльник?

У стены напротив, на скамье для отдыха, изящная принцесса Красного престола, пригладив непокорную прядку, чинно дискутировала с синеокой дочкой графа Бертона. Инопланетная животина вместе с Хайтой сидела у ног благородных девиц.

Завела спор Эрита:

— Может, у Паты всё-таки есть пол? Хайта зря не скажет.

— Но профессор прав! — горячо возразила Лисси. — Пата — машина, только… органическая. Наподобие тех «человечков», которых чернокнижники выращивали в банках и бутылях — без отца и матери.

— Это обман. Мошенники выманивали деньги у князей. Жизнь происходит от жизни.

— Хайта говорит — зародыши машин сами собой плодятся в чане. Верно? — спросила Лис у служанки.

Та закивала:

— Да-да, юница моя! Там питательная жижа…

— То на Мориоре! — не уступала Эрита. — А здесь пат убивают солдаты — откуда берутся новые? Значит, пол им необходим — по науке.

— И где же он? — прислушавшись, свернула к ним Лара, гулявшая взад-вперёд вдоль зала для выработки плавной походки.

Следом за ней прыгала с книжкой прозревшая Ласка, шмыгая насморочным носом:

— Это какая буква?

— Уйди, зараза сопливая. Из-за тебя все будем с мокрыми вожжами до колен.

— Лари, зачем ты ругаешься? — Лис тотчас вступилась за младшую. — Микробов принёс Китус… — Она кивнула на ассистента, охмурявшего Безуминку в гардеробном углу.

— Сейчас он их Бези подсадит.

— …а мы остались здоровы по милости Божьей.

— Выдумали микробов каких-то… — хмыкнув, Лара дёрнула плечом. — Обычное поветрие! У нас целый квартал чихал, все ходили красноглазые, как кролики. А кто и помер, из младенчиков.

— Это животные, невидимые глазом, — терпеливо разъясняла Лисси. — Их изучают через оптическую трубку, микроскоп. Я о них читала, а вам отец Конь ещё не рассказывал. Похожи на маленьких пат, без глаз, со щетинками…

— Бррр, гадость. А этот, пол, у них есть?