Клятвы
Шрифт:
Лифт открылся, показав сонную красивую брюнетку. Руби двадцать один год, и она была такой же великолепной, как и ее мать, с дополнительным преимуществом полунормального детства. Ну, было время, когда она находилась у русских, и тогда мы были не совсем обычной семьей. Тем не менее, красота Руби была как внешней, так и внутренней. Даже в сонном состоянии она была уверена в себе.
— О, привет, — сказала она с улыбкой и помахала пальцем. — Скажите мне, что есть кофе.
Руби повзрослела с тех пор, как впервые приехала к Спарроу. Горячий шоколад
Мэдлин покачала головой.
— Нет. Кофе кончился. Попробуй проснуться вместе с остальными.
Большие глаза Руби уставились на мать, прежде чем повернуться к Лорне.
— Скажи, что мама шутит.
Лорна взяла Руби за руку.
— Я когда-нибудь подводила тебя?
Мы с Мэдлин вошли в лифт, и я получила текстовое сообщение от Гаррета, одного из людей Спарроу, который тесно сотрудничал с нашим внутренним кругом. В его текстовом сообщении говорилось, что машина наготове.
— У тебя есть какие-нибудь идеи о том, что происходит? — спросила я, пока мы спускались с девяносто седьмого этажа в подземный гараж.
Мэдлин покачала головой.
— Патрик в последнее время был необычно тихим. И ему повезло, что он поспал пять часов. Клянусь, иногда по ночам он ложится спать после меня и просыпается раньше меня. Если бы я спала крепче, то и не знала бы, что он там.
Я кивнула.
— Да, Стерлинг пришел раньше, чем я ожидала прошлой ночью, но он ушел, когда я перевернулась в два. Не уверена, что он возвращался.
— Мы встретились с Патриком за завтраком, и это был наш первый раз со вчера.
Я вспомнила сегодняшнее утро на кухне.
— Лорна сказала, что Рид уже работает на втором уровне.
Это был этаж под нашими домами, который мы, дамы, часто называли Бэт-пещерой. Именно там происходило все, что происходило со Спарроу.
— И получила сообщение от Стерлинга, в котором говорилось, что он в центре города, в «Спарроу Энтерпрайзиз».
— Еще один день в жизни…
Двери лифта открылись в частный гараж.
— Привет, — сказали мы с Мэдлин Гарретту, когда он поздоровался с нами и открыл заднюю дверь внедорожника.
Как только мы отправились в путь, я решила, так сказать, прощупать почву относительно возможности искупаться.
— Гарретт? — Его глаза встретились с моими в зеркале заднего вида. — Сегодня днем должно быть жарко. Что ты думаешь о том, чтобы мы отвезли детей на озеро?
Мы с Мэдлин заметили, как Гарретт делает вдох.
— Если это ваш план, я могу позвонить заранее и забронировать изолированное место на Норт-авеню-Бич. Мистеру Спарроу понадобится подкрепление.
Мэдлин кивнула.
— Думаешь, мистер Спарроу, — спросила я, — Не будет возражать против этого?
— Это зависит от него, миссис Спарроу. Я зарезервирую место на берегу и предупрежу людей. Вы должны это обсудить вдвоем. — Он улыбнулся. — Я был бы признателен, если бы вы получили его разрешение, прежде чем я доставлю вас всех туда.
Я вдохнула, любуясь залитыми солнцем улицами и тротуарами.
— Я поговорю с ним.
Вскоре мы были в Институте Спарроу.
Оказавшись внутри, Мэдлин направилась к своему кабинету.
Она заняла должность куратора волонтеров. Сначала я была обеспокоена отсутствием у нее опыта. Я была совершенно неправа. Хотя у Мэдлин не было обычной карьеры, она оказалась более чем способной. Ее опыт выходил за рамки резюме.
У Мэдлин были связи со многими жителями, о которых я могла только догадываться. Она превосходно умела выявлять лучшее в других людях. Как она однажды сказала мне, люди, которые испытали муки торговли людьми, хотят использовать свой опыт в конструктивном плане. У многих есть желание помогать другим. И большинство из них оказываются без средств.
Институт Спарроу стал этим средством.
У нас было финансирование и персонал.
Нам оказали медицинскую, психологическую и финансовую помощь. У нас были возможности для получения образования, а также программы трудоустройства и стажировки. У нас были связи, помогающие с жильем, едой и одеждой.
У нас также был длинный список претендентов на различные должности волонтеров. Сегодня у Мэдлин назначены интервью с тремя женщинами, направленными в нашу сторону детективами из специального отдела по делам жертв в Чикаго. Партнерство Института Спарроу, полиции Чикаго и региональных медицинских учреждений вылилось в нечто большее, чем я когда-либо могла себе представить.
— Миссис Спарроу?
Услышав свое имя, я остановилась по пути в свой офис.
— Да.
Ребенок, смотревший в мою сторону, был, вероятно, примерно одного возраста с Руби. Я догадалась, что если это правда, то это делает ее взрослой. Если она здесь, был хороший шанс, что за свои двадцать лет она пережила больше, чем большинство сорокалетних.
— Могу я, эм… поговорить с вами? — спросила она.
— Конечно, — ответила я. — Следуй за мной в кабинет.
Молодая женщина посмотрела на Гаррета.
Я не могла не заметить ее опасения. Чувство дискомфорта в присутствии мужчин не было чем-то необычным для многих выживших женщин. Я улыбнулась в ее сторону.
— Мистер Гивенс даст нам возможность поговорить наедине.
Она быстро кивнула.
Я отперла дверь. Мы ступили в мой личный кабинет.
Комнаты внутри были не очень впечатляющими — столы, компьютеры, несколько стульев, маленький столик, красочные картины и плакаты. Отсутствие высококлассного декора было намеренным.