Клятва амазонки
Шрифт:
Шагать приходилось осторожно, так как валу-ны заросли скользкими зелеными водорослями. Дно, почти не прикрытое прозрачной водой, убегало вниз, туда, где фьорд становился глубже, и терялось в синей темноте. Воздух совсем стих, и ни малейшее дунове-ние не волновало воды залива. Его поверхность стала гладкой как зеркало, и в ней отражались пушистые облака и далекие горы с розоватыми снежными вер-шинами. Дануте показалось, что она попала в сказку.
Как только переправа была закончена, всадни-ки оказались в густом хвойном лесу. Сосновые стволы здесь перемежались с разлапистыми старыми елями. Девушка редко бывала в лесу, и ее опьянил аромат хвойной смолы и щебетание птиц. На полянах она увидела множество грибов и ягод, а однажды Нильхи чуть
Исгерд почти все время ехал чуть сзади своей рабыни. Так ему было удобно видеть ее. Девушка за-сиделась в прокопченном доме и огнедышащей куз-нице, и каждый новый пейзаж вызывал в ней бурю восхищения. Кругом высились горы с замысловатыми гребнями и утесы, похожие на огромных великанов, которым было приказано охранять эти дивные места. Необыкновенная красота природы и чистота горного воздуха могли покорить любого, не то что рабыню, на короткое время вырвавшуюся из плена. И Данута просто сияла, радуясь такой прогулке. К тому же по-даренная викингом одежда очень украшала молодую женщину. Исгерд не уставал разглядывать круглые нежные бедра Дануты, его волновало колыхание ее высокой груди под белым шелком. Но и от нее не ус-кользнул плотоядный взгляд Исгерда.
— Ты зря на меня так смотришь, — улыбаясь, сказала она, — вспомни свои обещания.
Исгерд ничего не ответил.
Через некоторое время вдали стал различаться равномерный гул. С каждым шагом этот рокот все усиливался, и Данута спросила:
— Что это?
— А это и есть сюрприз, — с торжественным видом ответил викинг, и уже через несколько минут, обогнув скалистый мыс, они вышли к водопаду.
Склоны гор в этом месте были покрыты шел-ковистой зеленой травой. А посередине ущелья тремя каскадами падали белые вспененные потоки воды. Воздух вокруг был наполнен влажным туманом из водяных капель и, казалось, звенел от грохота падаю-щих струй. На краю водопада стояла старая дву-ствольная разлапистая береза, совсем как на Руси. А внизу водопад разбивался о громадный мшистый ка-мень. К нему вела неуверенная тропка, и можно было насладиться с этого небольшого острова игрой про-зрачных алмазных струй.
— Давай заберемся туда, — предложила ама-зонка и, не дожидаясь ответа, вскарабкалась на ка-мень.
— Здесь очень красиво, — говорила она, рас-сматривая цветные камешки в небольшом затишке с задней стороны валуна, — спасибо, что ты привез ме-ня сюда.
— Я знаю, — ответил Исгерд, — ты совсем измучилась в последнее время. Скоро эта работа в кузне кончится, и мы сможем с тобой часто выезжать на прогулки.
— А что это там за странный ствол? — спро-сила Данута, меняя тему разговора.
— Это вовсе не ствол, а изображение нашего бога, — ответил викинг, — пошли, покажу.
Они пробрались сквозь чащу на склоне ущелья и оказались на широкой поляне. Вековые ели, могу-чие сосны, белая береза, клен окружили эту лесную лужайку, толпясь в живописном беспорядке. Что-то особенное, волшебное было в этом необыкновенном месте. Внизу, под деревьями, царил полумрак. Проти-воборствуя с темнотой, золотистые лучи солнца за-лили светом всю поляну, густо поросшую цветущими лесными травами, наделив ее необыкновенным оча-рованием. В зеленой траве копошились пестренькие птички с красными пятнами на голове. Вид у них был веселый, игривый. Всюду царила торжественная ти-шина. Здесь и стоял идол, сделанный из толстого ду-бового ствола. Данута подошла к божеству.
— Это наш Фрейр, — начал рассказывать Ис-герд, — бог плодородия. У него есть жена Фрейя — богиня любви. Она вон там, на другом конце поляны.
Данута подняла глаза. Бог плодородия смотрел на девушку мудрым бесстрастным взглядом. Рот его был спрятан в пушистой бороде, ниспадающей до самого пояса. В правой руке Фрейра держал цветущий посох, а из кармана его торчал нос корабля.
— Что это? — спросила девушка.
— У него
— И все это помещается в кармане?
— Конечно, он же бог. Его и его жену Фрейю положено ублажать, приносить подарки. Тогда будет во всем везти. А если бог захочет, он выполнит твое самое сокровенное желание.
— Подарки? А какие?
— Богиню любви следует одаривать любовью, — прошептал прямо в ушко молодой женщине Ис-герд, — к этому времени он уже оказался сзади Дану-ты и крепко обнял ее, — неужели ты не догадываешь-ся?
Его широкие горячие ладони легли на полную девичью грудь и начали осторожно поглаживать сразу затвердевшие соски. Дануте вдруг стало душно и жарко, и она попыталась снять с груди его руки, ле-жавшие на ней, но ее попытки воспротивиться были слабые и неуверенные. Он развязал завязки ее новой рубашки и стал мять и сжимать ее обнаженную грудь, лаская упругую плоть и дрожа от вожделения.
— О, моя Дана, пощади меня! Уступи, прошу тебя! Я просто сгораю от любви к тебе! — как в лихо-радке шептал Исгерд.
— Послушай, ты только что женился, я не хо-чу причинять боль твоей жене, — неуверенно оттал-кивая его руки и задыхаясь от острого желания, бор-мотала она. Что за власть у него над ней? Стоит ему прикоснуться — и неодолимая страсть охватывает ее душу. Да, он отлично это знает. На людях она еще бы удержалась, а здесь, в таком месте, где так прекрасно! Ей не выстоять против двоих — его и своего вожде-леющего тела!
— Я не люблю Гудрун, просто я связан сло-вом. Ты сама всегда держишь слово и должна меня понять! Перед походом она сумела соблазнить меня. Она была девственна, и я вынужден был пообещать жениться. Она просто вырвала из меня это слово! Ты много не знаешь в нашей жизни, все очень не просто. Порой мне хочется все бросить и уехать вместе с Ин-гмаром в Нормандию. Это огромная тяжесть — ответ-ственность за такую большую семью. И большой труд. А если бы я не встретил тебя, у меня и радости было бы в жизни очень мало. Пойми меня, и подари свою любовь.
— Я люблю тебя, мой золотоволосый воин! Но все равно уйду, если не дашь свободы. Вот здесь, возле твоих богов, клянусь тебе в этом, чтобы не уп-рекал потом меня как обманщицу.
— Я никогда не отпущу тебя, — шептал он, медленно распуская ее косы и раздевая ее, восхити-тельно покорную и полностью сдавшуюся своему по-велителю.
Исгерд ловко закончил раздевание Дануты, не обращая внимания на ее робкие возражения, поле-тели в сторону и новый красивый наряд Даны, и оде-жда самого викинга. Они оказались полностью наги-ми, и теперь солнце ласково прикасалось к их обна-женные телам. Здесь, на этой волшебной поляне, Данута ощущала себя такой живой и такой свобод-ной! Она, не скрываясь, откровенно рассматривала своего красавца хозяина. Теперь она знала, что гипер-бореец Апполон был норвежцем, — перед ней стоял именно он. Солнце мерцающими бликами отливало в его слегка спутанных золотистых волосах, небрежно ниспадающих на широкие плечи. Огромные синие глаза, опушенные густыми, изящно изогнутыми ры-жевато-медовыми ресницами лучились неярким, но глубоким светом. Властные, чересчур чувственные, но идеально очерченные губы соблазнительно улы-бались. Сильный, волевой подбородок указывал на решительный и мужественный характер. Тронутая легким загаром могучая шея плавной линией перете-кала в бугристые плечи — норманн обладал совер-шенным телом! Викинг был прекрасен, и Данута и не заметила, как влюбилась. Да как можно устоять, когда он так смотрит! Дана вспомнила древнюю легенду о нимфе Дафни, которая, чтобы не попасть в оковы страсти к лукавому красавцу Апполону, бежала от него что было сил и спаслась, лишь превратившись в дерево. Ее глаза скользнули ниже, к подтянутому мускулистому животу, треугольнику курчавых свет-лых волос, к восставшему мужскому естеству, сто-явшему прямо, напряженно, показывая всю силу его желания.