Клубок

Чейз Джеймс Хедли

Я ответил, что все понял. У двери Реник обернулся:

– Я доложу вам, сэр, как только вернусь.

Шагая следом за Реником, я подумал, а не занять ли мне у него денег, чтобы заплатить Холдену. И решил, что не стоит. Возможно, у него и не было с собой пятидесяти долларов. Оставалось надеяться, что при встрече Холден не напомнит мне о долге.

Когда мы подошли к лестнице, Реник коротко взглянул на детективов, и те последовали за нами. Мы с Реником сели на заднее сиденье, детективы – на переднее. Технические эксперты

набились во вторую машину.

На Восточный берег мы приехали около шести вечера. Пляж еще кипел отдыхающими.

Реник велел всем оставаться в машинах, а меня взял с собой. По пути к пляжным кабинкам я, кажется, начал понимать, что чувствует бык, которого ведут на бойню.

Билл Холден сидел в конторке.

– О, мистер Барбер! – воскликнул он, увидев нас, поднялся из-за стола и вопросительно взглянул на Реника.

– Это лейтенант Реник из городской полиции, Билл, – пояснил я. – Он хочет задать несколько вопросов.

На лице Холдена отразилось удивление.

– О, конечно, лейтенант. Я вас слушаю.

Началось, подумал я. Если я сейчас не вывернусь, все будет кончено.

– Мы ищем девушку. Лет двадцати, хорошенькую, с рыжими волосами, одетую в сине-белое платье из хлопчатобумажной ткани. В больших солнцезащитных очках и балетных тапочках. Вы не видели такой на вашем пляже?

Холден без колебаний покачал головой.

– Извините, лейтенант, но спрашивать меня об этом бесполезно. За сезон тут бывают тысячи девушек. Для меня они все на одно лицо, как песчинки. Я их не различаю.

– У нас есть основания полагать, что девушка побывала на вашем пляже в ночь с понедельника на вторник. Вы были здесь в ту ночь?

– Нет, я уехал в восемь вечера. – Холден взглянул на меня. – Но вы остались, не так ли, мистер Барбер?

Каким-то чудом мне удался спокойный ответ.

– Не в понедельник. Билл. В тот вечер я был дома.

Реник уставился на меня.

– Похоже, я ничем не смогу вам помочь, лейтенант, – добавил Холден.

– А почему вы решили, что мистер Барбер был здесь в ночь на вторник? – вкрадчиво спросил Реник.

– Видите ли, он...

Я поспешил вмешаться:

– Я арендовал пляжную кабинку у мистера Холдена, Джон. Думал написать книгу. А дома как-то не работалось.

– Это правда? – недоверчиво спросил Реник. – Ты не говорил мне об этом.

Я выдавил из себя улыбку:

– С книгой ничего не вышло.

Реник пристально посмотрел на меня, затем повернулся к Холдену.

– По ночам кабинки закрыты?

– Конечно, – кивнул Холден. – Я запираю их сам, за исключением тех, что сдаются на ночь.

– Все замки целы?

– Да.

– А ты запирал свою кабинку, Гарри?

– Кажется, да. Но я не помню наверняка. Возможно, что и нет.

– Какую кабинку ты арендовал?

– Крайнюю слева, лейтенант, – ответил Холден.

– В ней сейчас кто-нибудь

есть?

Холден сверился с висящей на стене схемой.

– Она свободна.

– Вы когда-нибудь видели здесь Одетт Марло?

– Похищенную девушку? – Холден покачал головой. – Она никогда не приходила сюда, лейтенант. Ее я бы узнал. Я столько раз видел ее фотографии в газетах. Нет, она ни разу не появлялась на моем пляже.

– Я хочу осмотреть кабинку. Ключ у вас?

– Он должен быть в замке лейтенант.

Реник двинулся к двери, я за ним.

– О, мистер Барбер... – обратился ко мне Холден. Приплыли, подумал я и обернулся, скорчив гримасу.

– Я сейчас вернусь, – оборвал я его.

Реник тоже остановился, и я чуть не столкнулся с ним.

– В чем дело? – спросил он Холдена.

– Все нормально, – ответил тот. – Ничего особенного.

Лавируя меж загорелых тел, мы прошли к кабинке, в которой умерла Одетт. Ключ торчал в замке. Реник толкнул дверь, вошел.

– Ты не говорил, что снимаешь эту кабинку, Гарри.

– Я не думал, что тебя это заинтересует. – Я остался на пороге.

– Ее могли убить в этой кабинке.

– Ты так думаешь? Ее могли убить и на пляже.

– Вспомни, пожалуйста, запирал ты кабинку в ночь на вторник или нет?

– Нечего и вспоминать, я оставил ее открытой. Холдену я этого не сказал, чтобы не огорчать его. Я забыл ключ в замке. И обнаружил это лишь утром, когда приехал за пишущей машинкой.

– Значит, ее могли убить здесь.

– Джон, в кабинках не замки, а недоразумение. Ее могли убить в любой из них.

Добрую минуту Реник молчал, а я прислушивался к гулким ударам сердца. Затем он взглянул на часы.

– Ладно, Гарри, ты можешь ехать домой. Сегодня ты мне больше не понадобишься. Попроси кого-нибудь, чтобы тебя отвезли. А экспертов пришли сюда.

– Если нужно, я могу остаться.

– Нет. Поезжай домой.

Он уже не смотрел на меня. Я знал, что произойдет после моего отъезда. Они исследуют каждый дюйм поверхности, но найдут отпечатки пальцев Одетт Марло, а, возможно, Реи и О'Рейли, А потом Реник спросит Холдена, не видел ли тот высокого широкоплечего мужчину в коричневом костюме спортивного покроя, и Холден вспомнит, что на мне был именно такой костюм.

Послужит ли это доказательством того, что Одетт убил я? Едва ли. Но я понимал, что дело неотвратимо идет к аресту.

– Тогда до завтра, Джон.

– До завтра.

Он даже не повернулся, когда я вышел из кабинки и направился к конторке Холдена.

– Извините, Билл, что я не расплатился с вами. Как-то вылетело из головы. Завтра я пришлю вам чек. Хорошо?

– Не могли бы вы заплатить прямо сейчас, мистер Барбер? – помявшись, спросил Холден. – Мой босс не любит долгов.

– К сожалению, я оставил бумажник на работе. Завтра я пришлю вам чек.